Блеф демона (ЛП) - Харрисон Ким

Она рассмеялась, пока я мягко тронулась, не сводя глаз с кричащей вывески кварталах в двух впереди. Оставалось лишь восстановить те древние чары лей-линии.

Чёрт. Похоже, у нас получилось.

Глава 29

К несчастью, Burger Daddy был закрыт: два дня назад Ал разнёс магистральный водопровод. Зато Waffle House работал — пусть и с урезанным меню. Мы с птицей Элис сидели за угловым столиком; узор на пластике Formica давно стёрся в мутную дымку хлорки и времени. Солнце уже поднялось высоко, и движение на улицах удивляло оживлённостью: всего несколько ночей назад Ал терроризировал жителей Цинци. Над городом висело чувство ожидания, словно кто-то долго не решался выдохнуть: демона сослали в Безвременье, Пискари объявили дважды мёртвым, и образовался вакуум власти, который предстояло заполнить Ринну Кормелю. Насколько всё может быть плохо, если Waffle House до сих пор открыт?

Наш одолженный, прикрытый иллюзией грузовик стоял снаружи. Джонни — на заднем сиденье, под брезентом. Даже если бы его заметили, вряд ли кто-то сказал бы хоть слово. Не в Низинах.

Элис пошла к стойке заказывать еду — у них не хватало людей — с последними крошками наших денег в руке. Я вздохнула, плечи осели, и ворон рядом со мной наклонил голову, впившись острым вниманием в камень у меня на шее.

— Моё, — сказала я.

Ворон хрипло хохотнул, подпрыгивая на месте, словно тронутый. Он явно понимал, что значит «моё», и всё равно хотел это.

Waffle House, подумала я, оглядывая почти пустой зал. Когда мы пришли, тут было битком, а теперь остались лишь пожилая пара в углу, дотягивавшая одинокие кофе, да парень со шваброй, протиравший пол.

Поморщившись, я подтянула сумку поближе, прикрывая её: глаза защипало от слабого, но настойчивого запаха жженого янтаря.

— Эй, Слик, — сказала я, и птица перевела внимание с Элис на меня. — Птицы вообще запахи чувствуют?

Ворон снова каркнул, драматично кивая.

— Прости, — добавила я, и он, переступая боком, перебрался на другой край стола.

И всё же улыбка нашла меня, когда я проследила за вниманием птицы: Элис кокетничала с парнем за стойкой. Она держалась весело, но напряжение уже пробивалось наружу: адреналин от того, что сперва уделала Тритон, а потом Скотта, выветрился, оставив место ломоте и усталости. Добро пожаловать в мой мир, детка.

Осанка сдала; я вытянула ноги под столом, чувствуя, как наливается синяк там, где Адажио вытаскивал меня из земли. Или это я прыгала в грузовик. Или тащила туда Джонни. Локоть тоже ныл. Понятия не имею, когда приложилась.

Слик захлопал крыльями от возбуждения, когда Элис вернулась с подносом: две бутылки воды и две корзинки. Пахло тёплым хлебом, а не блинчиками и хешбраунами, и я выпрямилась, заинтригованная. Бургеры и курица?

— Урезанное меню, — пояснила она, ставя поднос и валясь на стул напротив; рука тут же потянулась гладить ворона по шее. — Я взяла гамбургер и сэндвич с курицей. Бери что хочешь. Что не съешь — доем я.

Я забрала бутылку воды и щёлкнула крышкой.

— А, возьму бургер, если твой ворон не против курятины.

— Слик? — она моргнула, и лицо тут же стало почти школьным. — Господи, конечно нет. Вороны постоянно едят птенцов. — Она перехватила корзинку и принялась сюсюкать с птицей у локтя. — Правда ведь, мой маленький дикарь?

Ворон вежливо принял тоненькую полоску дымящейся курятины, а я глотками осушала воду. Я уже забыла, как старое Безвременье может оставлять жажду.

— А, спасибо, — сказала я, поднимая бургер, чтобы объяснить свой выбор. — Сколько у нас осталось?

— Нисколько. — Она дала птице ещё один ломтик. — В обмен я простерилизовала им бак воды. Теперь у них кофе будет до конца дня.

— О! Отлично. — Я откусила, плечи снова опали. — Хорошо придумала… — Булочка могла быть тонковата, а ломтик помидора — жалким, но я умирала с голоду, и это было как рай.

С набитым ртом я смотрела, как птица принимает третий кусочек, зажимает его в лапе и аккуратно обгрызает края.

— Скотт пойдёт за ним прямо к нам, — добавила я. — На тебе, может, и нет чипа, а вот твоя птица — чипирована.

— Да, знаю. — Элис вздохнула, вытерла руку, потом взяла ворона за голову и заставила смотреть на себя. — Слик, иди сыграй в прятки со Скоттом.

Ворон подпрыгнул пару раз и взмыл в воздух, раздражённо каркнув, когда влетел на кухню и, по всей видимости, выскочил наружу через открытую дверь.

В торжествующей улыбке Элис было что-то неловкое, и я всунула обратно на бургер тонкий ломтик помидора, прежде чем откусить снова. Waffle House был одним из немногих межвидовых ресторанов, где подавали помидоры. Но Waffle House плевать хотел на чужие мнения.

— Слушай, как только мы погрузим Джонни на лодку, я хочу вернуть грузовик.

Элис застыла.

— Почему?

— Потому что он не наш? — сказала я, решив, что вопрос из детского сада.

— Мы его завели, — проговорила Элис с набитым ртом. — Никому он не был нужен.

Я вдохнула и выдохнула.

— От того, что мы его завели, он не стал нашим.

Лоб Элис сморщился.

— А со сном как? — раздражённо сказала она. — Ты там, где-нибудь в расписании сон отметила?

Я отодвинулась от стола, взяла бутылку воды.

— Я разберусь с грузовиком, если хочешь завалиться спать в библиотеке.

— Нет, я в порядке.

Ещё бы. Я уставилась в высокие окна, глядя, как люди и прочие любители дневного света выплывают на улицы. В последние дни сирен было слишком много. Слишком много пожаров, слишком много угроз. Зато Ал вернулся в Безвременье.

— На самом деле я хочу увидеть, как ты снова разожжёшь чары в этом амулете, — сказала она. — Если бы мы почти не потеряли души в Безвременье, добывая его, я бы решила, что ты всё выдумала.

Я уставилась на Элис, она жевала почти вызывающе, с полным ртом.

— Я не выдумываю.

Проглотив, Элис наклонилась ближе, хотя вокруг никого не было, кто мог бы подслушать.

— Если бы это было возможно, Ковен знал бы как это сделать.

Намек на улыбку дернул уголок моего рта.

— Может, Ковен и знал, да те, кто умел, умерли раньше, чем успели тебе показать. — Это было неправдой — умение демоническое, — но напоминание о том, что Ковен, скорее всего, растерял массу навыков из-за преждевременных потерь, могло слегка охладить её гордыню.

— Ладно, — Элис отложила остатки сэндвича и вытерла пальцы тонкой, почти бесполезной салфеткой. — Покажи.

— Сейчас?

Элис насмешливо обвела рукой почти пустой зал.

Она была права, и я достала из кармана погасший амулет. Уперев локоть в стол, аккуратно удерживала древний круг кончиками пальцев. Элис подалась ближе, повернулась так, чтобы заслонить стол от случайных взглядов. Да, я тоже заинтересовалась бы невозможной штукой, которая может безопасно вернуть меня домой.

— Как меня учили, по сути, ты заново наполняешь остаточную тень энергии, что оставило исходное заклинание в металле, — сказала я, и Элис кивнула, глядя на него с жутковатой сосредоточенностью. — С деревянным амулетом так не выйдет. Поверхность разрушается, и рисунок теряется. Но нужно тонко. Энергия, взятая прямо с лей-линии, его сломает. Нужна энергия твоей ауры, и сразу всё вливать нельзя. Накладывать слоями, оболочка к оболочке.

— Оболочка к оболочке? — переспросила Элис. — То есть ты разделяешь ауру на её оболочки?

— Именно, — подтвердила я. Амулет в одной руке, другой я буквально стянула ауру с кончиков пальцев, прогнала её вверх, за локоть. Оголённую плоть заломило — как при гриппе, — и я подумала, не стоило ли поставить вокруг себя защитный круг. Аура — первая линия обороны, а я только что обнажила себя для любой психической заразы, что могла прикипеть к нижней стороне стола. Но это был всего лишь Waffle House, я решила, что обойдётся.

— Ах, ты сейчас… — начала Элис, и я кивнула.

— Больше увидишь, если включишь второе зрение. — Сказав это, я перевела всю свою ауру в чисто-красный.