От всего сердца - Илона Эндрюс

своих привычек в ванной. Нам пришлось трижды переделывать их уборную, просто чтобы убедиться, что она эстетична и достаточно уединенна.

— Это заставляет его чувствовать себя в большей безопасности. Это его эквивалент сворачивания в форму эмбриона. Ты вообще добился от него ответа?

— Нет.

Я запечатала маленький бассейн.

— Давай попробуем более низкую температуру и успокаивающий свет.

Мощные насосы «Гертруды Хант», регулирующие температуру, включились, подавая в резервуар прохладную воду. Я приглушила свет. Водные растения внутри резервуара мягко флуоресцировали.

— Давай подождем, — сказала я. — Ты уже позавтракал?

— Не-а.

Я сунула руку в карман мантии, вытащила печенье в обертке, которое ранее стащила с кухни, и дала ему. Он проглотил его с жадностью.

Оунд продолжал нарезать круги.

Люди испытывали инстинктивный страх перед морскими глубинами. Даже если мы знаем, что водоем совершенно безопасен и в нем нет хищников, плавание в темной воде, где до дна не достать, пробуждает в большинстве из нас примитивную тревогу. У умбол же инстинктивный страх перед земными хищниками. На определенном этапе своего развития они становились добычей огромных рептилий и ужасающих птиц, которые ныряли в воду с большой высоты. Их терпимость к земному насилию очень мала. Она пугает их сверх всякой причины.

— У тебя была возможность поговорить с Миралитт?

Он кивнул.

— Ей понравилась запись. Она в деле. Я отвел ее к Деррил, та пока думает.

— Пойдет ли она на это?

— Если она захочет, то предложение у нее есть. Она примет его или нет.

Оунд стал замедляться. Холодная вода подействовала.

— Я перечитал договор, — сказал Шон.

Прошлой ночью, перед тем как лечь спать, я показала ему запись моего разговора с леди Вексин, записанный гостиницей. Она считала, что отбор будет аннулирован, а я была слишком увлечена ее рассказом, чтобы спросить почему. Шон решил перечитать наш договор с Доминионом, как только мы немного поспим.

— Она права. Скорее всего, они аннулируют отбор.

— Почему?

— Пара не может быть выбрана по умолчанию. Должно быть, по крайней мере, два кандидата, чтобы Суверен мог выбрать одного.

— Держу пари, такое предусмотрели, чтобы кандидаты не переубивали друг друга. Если останется только один, никто не станет парой.

Шон кивнул.

— Если она уйдет сегодня вечером, останется только Оунд. Выбор автоматически отменяется.

— Тьфу.

— Станет все хуже. — Я уставилась на него.

— Если они аннулируют этот выбор, мы будем на крючке для проведения следующего.

— Галактика, нет. Нет. Абсолютно нет. Больше никогда.

— Мы подписались на это.

— Нет. — Я поняла, что это был нерациональный ответ, но он был единственный, который я могла придумать.

Он обнял меня.

Мы оба согласились бы, чтобы в идеальном мире Косандион женился на леди Вексин и родил бы много сверхинтеллектуальных, красивых и физически развитых детей. К сожалению, ничто не указывало на то, что такое произойдет. Прошлой ночью Ората начала опрос населения Доминиона относительно наилучшей даты для нового отбора, если текущий будет отменен.

— Я так устала, — прошептала я ему на ухо.

— Я знаю, любимая. Знаю. Мне жаль, что я втянул нас в это.

— Ты не втягивал нас в это. Мы взялись за руки и вместе прыгнули с того утеса.

Когда мы говорили и думали о том, чтобы сделать это неделю назад, это не казалось таким… таким… таким большим. Таким сложным. Галактика, прошла всего неделя. Как…

— Это похоже на бездонную дыру, и мы продолжаем бросать в нее время, магию и ресурсы, а она становится все больше, — сказала я ему.

— Я просто хочу, чтобы это было сделано. Я хочу, чтобы с этим дерьмом было покончено. Я хочу, чтобы все убрались из нашей гостиницы. Им всем нужно пойти куда-то еще, и нам нужно отправиться за Уилмосом.

Я застонала и стукнулась лбом о его плечо.

— А мы даже не знаем, что найдем по другую сторону портала Каррона.

Мы стояли вместе несколько минут. Шон гладил меня по волосам.

— Если они аннулируют выбор, у них не будет сразу другого, — сказала я. — Могут потребоваться годы, чтобы устроить его снова.

— Может, он сделает нам всем одолжение и женится на рыбе.

— Я не могу, — сказал позади нас механический голос Оунда.

Мы повернулись. Он перестал плавать и завис возле прозрачной стены.

— Я не могу этого сделать. Это слишком опасно. Я недостаточно храбр. Я не могу отправиться в Доминион. Я не могу остаться там. Я не могу стать его парой. Меня могут убить. Могут убить моего отпрыска. Все это закончится трагедией и смертью. Так много смертей.

— Ну, а это идея, — сказал Шон себе под нос.

— Мне так жаль. Я неудачник. Я подвел свой народ. Я пришел сюда за второстепенной просьбой. От этого зависит выживание моего народа. Если я уйду, мы уйдем ни с чем. Но у меня нет мужества. У меня нет сил. Я несчастен.

От него распространилось слегка непрозрачное облако воды.

Я скрыла вздох.

— Я поговорю с Сувереном от вашего имени. — Плавники Оунда слабо затрепетали.

— Вы сделаете это?

— Да. Вы наш гость. Ваше благополучие важно для нас. Я уверена, что можно найти какое-то решение. Отдохните и постарайтесь не волноваться.

Я взяла Шона за руку для моральной поддержки, пока не потеряла ее и тоже не описалась, и мы вдвоем вернулись наверх.

— Я НЕ ПОНИМАЮ. — МИРАЛИТТ НАХМУРИЛАСЬ, СМОТРЯ НА МЕНЯ. — ОМБОЛ НЕ хочет становиться парой? Неужели он думает, что мы не сможем защитить его?

Я вздохнула. Вокруг меня на частном балконе Косандиона кипела бурная деятельность. Сразу после попытки убийства в «Геймдэй» Косандион запросил приватный портал. Учитывая, что в Доминионе надвигалась гражданская война, отказ казался неразумным. Большой портал все равно был закрыт большую часть времени, поэтому мы полностью закрыли его и открыли меньший прямо на балконе. Он мог переносить только одного человека за раз.

Как только портал был открыт, вошли охранники Миралитт и расположились вокруг балкона, готовые ответить на любые угрозы. В нормальной ситуации я бы восприняла это как оскорбление, но если бы я отказалась, у Миралитт была бы аневризма, а нам нужна была услуга от нее. Все это дело было уроком, чтобы научиться идти на компромисс.

С открытием портала балкон превратился в удаленный кабинет Суверена. С одной стороны Ората сидела в окружении полупрозрачных экранов, просматривая их содержимое и отдавая быстрые команды небольшой группе своих сотрудников. С другой стороны, Его Святейшество находился в таком же положении, с экранами и толпой помощников. Он указывал на экраны и выдавал инструкции короткими уверенными очередями, как генерал в разгар битвы. Косандион сидел за своим столом, ближе всего