Проклятие факультета драконов - Саша Ларина

есть, вроде как, мой, мне тоже очень интересно. Было бы кстати, если он вдруг решил пропустить это совсем неважное собрание. К речам профессора Хардина я уже привыкла, но если меня будут отчитывать три взрослых мужчины, боюсь, не выдержу.

— Прошу присаживайтесь, Вильям. Лорд Веллингер прибудет с минуты на минуту. — равнодушно ответил ректор, разрушив остатки моих хрупких надежд, и не обманул.

В эту же секунду в приемную вошел знакомый мне мужчина, все в том же элегантном сером костюме тройке и с тем же пронзительным взглядом темных синих глаз. Внимательно осмотрел меня, насупив брови, с высоты своего внушительного роста и, надо полагать, прожитых лет, а после этого, сжав зубы так, что побелели скулы, молча прошагал мимо. Поздоровался бы хоть, не чужие люди все-таки!

— Доброе утро, ректор Хардин. — официально поприветствовал главу Академии лорд Веллингер — Почему моя дочь снаружи? Виновницы нашей незапланированной встречи не собираются принимать в ней участия?

— Тесса неважно себя чувствует. — тут же отозвался лорд Оллард — Для девочки этот инцидент стал серьезным потрясением.

— Для нас всех, Вильям. — шумно выдохнул ректор, понизив тон — Для начала, настоятельно прошу вас побеседовать с детьми, донести до них, что любые споры можно решить мирным путем и выяснить, что стало причиной драки.

— Причиной драки? Она напала на мою дочь! — вон оно как… — Вы обязаны отчислить эту девицу немедленно! Я должен быть уверен, что здесь Тесса в безопасности и никакие безумные адептки не угрожают ее жизни и здоровью!

Хм. Лорд Веллингер что-то не возражает… Даже голоса не подает. Стало быть, сидит, краснеет за свое невоспитанное, безумное чадо…

— Вильям, прошу. Лишние эмоции нам сейчас ни к чему. — зато у профессора Хардина вместо нервов стальные канаты — У нас есть варианты решения проблемы дальнейшего взаимодействия адепток, на случай, если они продолжат обучение в Академии. Этим вопросом займется Хоргар Вилдхарт, лично, за безопасность дочери можете не волноваться. Что же касается наказания, в инциденте принимали участие двое и если я приму решение об отчислении, уехать придется и Аларии и Тессе.

— Это возмутительно! — судя по звукам, лорд Оллард даже на ноги поднялся — Ты хочешь сказать, что мою одаренную дочь, в жилах которой течет кровь дракона, выгонят из Академии к компании какой-то магички средней руки?

Ну это он зря, конечно! Где-где, а в учебе блондинка и рядом со мной не стояла. Дама она, возможно, и одаренная, только пользоваться своим даром даже не пытается. Но лорду Веллингер-то откуда об этом знать? Вот и помалкивает, наверное…

— Именно так. Согласно устава нашего учебного заведения. — твердо сообщил ректор и я с трудом сдержала довольную улыбку. Вот! Не прошли даром наши беседы! — Восьмой пункт десятого параграфа гласит, что физическое насилие, издевательства и любые другие унижения личности — недопустимые формы поведения. Адепт, что нарушил данный пункт устава должен быть привлечен к ответственности. И ваша дочь, лорд Оллард, — не исключение.

— Моя дочь — жертва, к которой применили физическое насилие, над ней издевались, ее оскорбили! — тут же нашелся, что ответить мужчина — Тесса никогда бы не подняла руку на другого человека, она высокородная аристократка! И воспитание у нее соответствующее, в отличие от девчонки, что напала на нее, надо полагать!

— Уважаемый лорд Оллард, — о, мой местный отец заговорил. Извиняться будет? — Приношу извинения, — как в воду глядела! — но вынужден напомнить. Господин Хардин уже сообщил, что лишние эмоции нам ни к чему. Прошу, давайте упустим эту часть беседы и перейдем к более важному вопросу — как нам исправить ситуацию.

— Исправлять ситуацию надо было раньше! — буквально зарычал в ответ отец Тессы — Например, рассказать дочери, основы поведения леди в приличном обществе!

— Извини, Норман, я пытался. — негромко откашлялся лорд Веллингер и продолжил в той же спокойной манере, но с каждой секундой говорил все громче — Во-первых, не смейте называть мою дочь безумной девицей. Во-вторых, моя девочка не магичка средней руки, как вы выразились, а талантливая ученица, способная заткнуть за пояс добрую половину вашего хваленого факультета драконов! В-третьих, моральным устоям Аларии можно позавидовать, она честная, справедливая, добрая и отзывчивая юная леди. И, наконец, в отличие от вашего ребенка, Риа ждет в приемной и готова отвечать за свои поступки. Но даже не надейтесь, что я позволю ей оправдываться и извиняться перед вами или вашей дочерью!

За дверью стало так тихо, что можно было услышать легкое дуновение весеннего ветерка или, например, как дрожат мои пересохшие от волнения губы. В одно мгновение, я словно вернулась в детство, где рядом всегда был взрослый, сильный мужчина, который не позволит никому меня обижать. Защитит, убережет, заступится! Только сейчас это был не мой любимый дедушка, а совершенно чужой человек, которого вдруг нестерпимо захотелось обнять и назвать папой.

— Доченька, — пелена слез, застилающая глаза не позволила заметить, как лорд Веллингер вышел из кабинета и опустился передо мной на корточки — звездочка моя, не плачь, пожалуйста, они этого не заслуживают. Слышишь?

В ответ я придушено всхлипнула, тщетно пытаясь сдержаться, и разревелась в голос, размазывая по щекам слезы. Будто, кто-то переключил тумблер в голове, напомнив мне, что я не одна на всем белом свете, что я могу быть слабой, что могу попросить о помощи. И получить ее.

— Солнышко, — отец осторожно заправил прядь волос за ухо и прижал меня к груди — расскажи мне, что произошло и я клянусь, мы все исправим. Вместе.

— Они весь год меня достают! — не уверена, что слова можно разобрать, но с нестерпимым желанием выдать все, как на духу, бороться сил не было — Унижают, издеваются, оскорбляют! Я не виновата! Она первая полезла, она всегда первая лезет!

— Маленькая моя, почему ты раньше не сказала? — перешел на шепот лорд, нежно поглаживая меня по голове — Зачем терпела?

— Я думала, тебе дела нет до меня. — святые, сколько у меня там этих слез, невыплаканных? — Ты даже не писал ни разу и домой приезжать запретил.

— Не надо обижать отца, адептка. — решил присоединиться к беседе ректор — Фалберт заставил меня трижды в неделю отчитываться о ваших делах!

— Отчитываться?.. — как зачарованная повторила я, отстранившись от мужчины.

— Прости, Алария, мне пришлось. — неверно расценил мой жест отец — Переживал, что не захочешь со мной говорить, после того, как я вынудил тебя поехать в Академию. Ты даже не сказала, что я забыл внести вторую часть оплаты за питание. Старый дурак!

— У тебя и так денег не много… — теперь мне еще и стыдно, что