Семенной - Кейтлин Морган Стунич
Иииии теперь моя очередь (Ив)
— Доброе утро! — Коннор рано врывается в номер, пока я сижу и уныло жую яблокоподобный фрукт. Только подобный. В нем ярко-фиолетовая косточка, так что… определенно не настоящее яблоко. — Смотрите, что у меня есть. — Коннор снимает расстегнутый пиджак и поворачивается, с ухмылкой демонстрируя спину.
— Мы не видели тебя два дня, — замечает Аврил, колдуя над моей прической. Сегодня мне предстоит надеть суперсложный наряд. Это, эм. День Тассеографии. Что, как я понимаю, означает гадание на чайных листьях? Я не знаю. Видимо, часть ритуала включает в себя дегустацию различных цветочных нектаров и меда. Я не утруждаю себя тем, чтобы сказать Рюрику, насколько это «по-мотыльковому». — Где ты пропадал?
— Знакомился со своей новой парой, — кокетливо отвечает Коннор, указывая на свою спину. Он больше не носит очки. Интересно, есть ли у Весталис медицинские возможности для восстановления идеального зрения человеку. Тот вчерашний укол избавил меня от аллергии; я держу на коленях двуглавую кошку. Она укусила меня всего дважды. Ну, по крайней мере, одна голова. Другая мне очень даже нравится. — На самом деле, я здесь только с визитом, как принц. — Он ухмыляется, садится и выбирает один из макарунов. Надеюсь, не тот, что со вкусом улыбающихся пчел и летних дней; это мой любимый.
— Где Брот? — требует ответа Рюрик, вылетая из нашей спальни в красном шелковом халате, который волочится по полу. Он распахнут и свободно висит на плечах, обнажая его бледный торс. Его шелковые штаны сидят слишком низко, и я изо всех сил стараюсь не пялиться.
— Он ждет в коридоре. — Коннор указывает в ту сторону. — Мы не могли вынести разлуки друг с другом, но я очень хотел вас увидеть, поэтому уговорил его прийти сюда. Он сказал, что войти в комнату было бы слишком похоже на уступку Рюрику, а он этого не хотел.
Я фыркаю, а Рюрик вздыхает.
Он величественно подходит к двери и распахивает ее, кладя руку на косяк и глядя на своего упрямого идиота-брата.
— Что, во имя Звезд, ты делаешь? Заходи. — Повисает долгая пауза, а затем голос моего мужа понижается до холодного приказа. — Это приказ, Брот. В конце концов, ты мой самый любимый из всех моих братьев.
Брот вваливается в комнату, но отказывается садиться. Его черная отметина на подбородке действительно выглядит как козлиная бородка, и мне становится немного жаль Коннора, пока я не вижу, как он разглядывает свою пару. Что ж, лучше он, чем я. Я вообще не нахожу Брота привлекательным.
Обе кошачьи головы теперь шипят, и я хихикаю. Брот медлит мгновение, прежде чем заговорить.
— Что случилось с Ранетом? — спрашивает он, пока Рюрик указывает на стул у стола.
— Садись. Ешь. Это тоже приказы.
Брот без возражений делает, как велено. Может, то представление с обезглавливанием его брата немного изменило его отношение? Надеюсь, что так. Это транслировалось на всю Ноктуиду. А значит, Абраксас мог это видеть. Офицер Хит мог это видеть.
Осталось всего несколько дней, говорю я себе, но это не помогает от сегодняшнего головокружения.
— Почему мать и отец убили Ранета? — требует ответа Брот, но не так, словно он действительно обсуждает тему убийства брата родителями. Он не звучит так, будто он убит горем или типа того, просто требовательно и с любопытством. Полагаю, со ста двумя братьями и сестрами было бы трудно узнать их всех, не говоря уже о том, чтобы любить их всех.
— Я будущий король Ноктуиды, а он угрожал мятежом. Мать и Отец поступили единственным образом, которым он им позволил. Чаю? — Рюрик указывает на чайник, но Брот его игнорирует.
Брот замечает, что я изучаю узор на его крыльях, и распушает их, словно хочет, чтобы весь мир увидел. Его узор не так уж плох; он состоит из повторяющихся ромбов, как лоскутное одеяло. Хм.
— Нет, я откажусь. Спасибо. — Брот властно фыркает, и Рюрик слегка улыбается. Может, ему правда нравится этот брат? Безусловно, он не так уж расстроен из-за Ранета. Я спрашивала его об этом в постели, когда мы были одни, и все, что он мне ответил, что к счастью, его родители не пришли за нами.
У меня кружится голова, и я с трудом удерживаюсь на стуле. Аврил хватает меня за плечо в последнюю секунду, и я прихожу в себя. Кошка спрыгивает с моих колен, и я роняю яблокоподобную штуку из руки.
— Ты в порядке? — шепчет Аврил, и я киваю, не желая показывать Броту, что что-то не так.
— Просто проголодалась. — Я хватаю другой кусок фрукта, но чувствую взгляд Рюрика на своей спине. — Вы хорошо провели последние несколько дней? — со смешком спрашиваю я Коннора, и он ухмыляется в ответ. Наклоняется и кладет локоть на край стола.
— Корематы, — шепчет он, и я смеюсь. Откусываю огромный кусок фрукта, пока Брот ощетинивается.
— Наша личная жизнь должна оставаться личной. — Он отчитывает свою пару, но в остальном ничего не делает, чтобы его остановить. У меня такое чувство, что я знаю, кто будет главным в этих отношениях, и это не Брот.
— Все говорят о том, как Фалопексы хороши в постели. Только и разговоров о том, какие они искусные, но знаешь что? Я считаю, что Весталис сильно недооценены. — Коннор, кажется, не замечает, как раздражен Рюрик, как раздражена Аврил, как раздражена его собственная пара. Я единственная, кого забавляет его болтовня. — Эти зажимы…
— Хватит, Коннор, — выдыхает Аврил, откладывая расческу на стол. — На данный момент все. Я не хочу делать все эти сложные завитки до самого выхода, иначе ты их растреплешь.
— Спасибо, — честно говорю я ей. Мне действительно жаль, что она служанка без пары. Я принцесса, а теперь Коннор — принц. Должно быть, паршиво остаться не у дел.
— Ты на меня злишься? — спрашивает Коннор у нее, и хотя я не много слышала об их совместном прошлом, догадываюсь, что они знакомы давно. — Мы расстались за несколько месяцев до того, как все это случилось, — добавляет он, и я такая… о. Оооо.
— Я в курсе, Коннор. — Аврил прищуривается. — Я ревную не тебя. Я просто ревную в принципе. Меня тоже похитили пришельцы. Меня тоже втянули во все это против моей воли. Но у меня нет ни власти, ни права голоса в том, что происходит. Я просто плыву по течению.
— Когда я стану королевой, я дам тебе свободу, — говорю я ей, и она просто
