Очарованная силой - Нина Черная
- Помолвка, - поджал он губы и крепче сжал мою талию, почти до боли.
С шага я не сбилась, вошла в ритм танцев, однако сердце заколотилось так быстро, что казалось, готово выпрыгнуть из грудной клетки. Мной завладели горечь и разочарование. Неужели, я ждала от Нижинского какого-то иного поведения? На что рассчитывала?
- Это не маскарад, - повела я плечами и слегка поморщилась, взгляда не отвела, не хотела еще и тут давать слабину, - так оказалось проще в общении с бароном и родственниками Тамы. У меня вызывают вопросы его брат и жена его дяди. Один смотрит с интересом, будто препарирует, вторая изображает матушку и оставляет символы их странной веры на моем зеркале среди ночи.
- Ты не говорила про то, что Аксинья наносила тебе ночной визит, - нахмурился граф, заодно прекратил сверлить меня взглядом.
- Аксинья? – вскинула я брови, забыла, как звали жену Гуюка, - да, не запомнила имя этой женщины, - быстро созналась, заметив удивление в глазах Ала, - я не уверена, что это она заходила, видела только со спины, и не уверена, что их странный шестиконечный амулет остался после ночного визита. Однако что-то подсказывает мне, что я не ошиблась.
- Ты ведь не трогала тот амулет? – граф перехватил мою руку, вынуждая прогнуться в пояснице, как требовал танец.
Дыхание сбилось от неожиданности, я ведь совершенно забыла о шагах, каблук проехался по начищенному паркету. Если бы Ал вовремя не прижал к себе за талию, нарушив приличия, я бы некрасиво растянулась на полу. Теперь же я оказалась плотно прижата к его часто вздымающейся груди. В нос ударил терпкий аромат мужского одеколона, отчего слегка закружилась голова. Прикусила губу, чтобы скорее прийти в себя, и отстранилась.
Его глаза совсем почернели, а от пронизывающего взгляда по телу прошлись колючие мурашки. Внизу живота привычно разгорелся пожар. Захотелось наплевать за все, схватить его за отворот камзола и утащить в ближайшую нишу.
Останавливало то, что мы разыграли с Тамой, множество юбок и жесткие завязи корсета.
- Не трогала, - произнесла я, наконец, облизав пересохшие губы, - я не настолько наивна, чтобы прибирать к рукам сомнительные украшения.
- Очень надеюсь, потому что людям ты доверяешь без проверки, - его взгляд обжигал, заставлял плавиться от предвкушения.
Однако мной владели не только инстинкты. Стоило, наконец, признать, что граф меня волновал. Мое сердце билось чаще от одного его взгляда, его близости. С ним я позволяла себе слезы, меня он находил в таком виде, какой никому было не позволено разглядывать. Кажется, я испытывала к нему не только страсть. Нечто глубокое, нежное и такое не нужное сейчас.
- Неужели? – скривила я губы в ухмылке.
Совершенно не хотелось, чтобы он понял, о чем я только что подумала. Граф не романтик, он меня растопчет и оставит с кровоточащим сердцем. Его претензии сейчас – это отступление от его планов и собственнические чувства. Так он когда-то смотрел на Фел, когда она посмела отдать свой поцелуй и сердце Тарасу.
- Ты доверилась бывшему разбойнику, который сломал тебе когда-то нос, - приподнял одну бровь граф, - и сейчас идешь у него на поводу. Откуда ты знаешь, что он не затеял свою игру? Ты разузнала о его мотивах идти с нами в Республику?
- Слишком много вопросов, граф, - прошипела я под последние аккорды танца и остановилась.
Мы оба тяжело дышали и сверлили друг друга взглядами. Горечь о невозможности наших отношений сменилась во мне раздражением и возмущением. Он поднял те темы, над которыми я порой и сама задумалась.
- Почему я доверяю тебе? – спросила напоследок. - Ты ни разу не размышлял?
Ответа ждать не стала. Резко развернулась и направилась обратно к фуршетным столам. Наплевала на правила приличия – не дождалась, когда меня проводят. Нижинский вывел меня из себя, отчитал, как неразумного ребенка, хотелось рвать и метать. Я со злостью схватила первый попавшийся фужер с игристым напитком и выпила залпом. Кажется, кто-то из гостей в удивлении охнул.
- Жажда замучила, - криво усмехнулась я, вернув опустевшую емкость на место.
Совесть даже не трепыхнулась, я не леди, чтобы так долго играть роль благородной девушки, осталось лишь сожаление. Я не знала, что могли подмешать в напитки. Вдруг, снова отраву?
Я попыталась отыскать Таму взглядом, чтобы предложить выйти из душного зала на воздух, только не обнаружила парня на прежнем месте. Прикусила губу и осмотрелась. Танцующие пары стали сливаться в одно пятно, кажется, не осталось почти никого у столов. Вдалеке промелькнула знакомая макушка волчонка. Он тоже с кем-то вальсировал. Граф, как и бывший разбойник, исчез из моего поля зрения.
Вот, значит, как? Неужели, сговорились против меня? Топнула ногой в раздражении и отправилась на поиски туалетной комнаты в одиночестве. Хорошо, что гости удовлетворили свое любопытство в отношении меня. Большинство провожало дежурными улыбками, остальные просто не замечали.
В коридоре мне стало зябко от сквозняка, уши сдавила резкая тишина. Она будто сжала меня в объятиях, заключила голову в тиски, меня даже слегка повело. Однако я быстро справилась с недомоганием и продолжила поиски. Никто меня не задерживал, видимо, после торжественной части бала гостям позволялись вольности.
Искомое помещение затерялось в самом конце узкого коридора. Оттуда как раз стайкой выпорхнули две молодые леди. Они мило хихикали и перешептывались. Заметив меня, замерли, глаза их расширились, как от испуга, щеки покрыл румянец. Девушки вежливо кивнули, видимо, узнали, и быстро испарились.
Я лишь пожала плечами и зашла в заветную комнату. Скрипнула дверь, отчего-то звук прошелся холодком по позвоночнику. Какие странные ощущения. Глянула на себя в зеркало и порядком расстроилась: прическа немного растрепалась, щеки разрумянились, как у встреченных только что девушек, а глаза мерцали в полутьме. На леди я походила мало.
Быстро освежилась, привела себя в порядок и натянула беспристрастную маску. Осталось немного потерпеть, моей выдержки должно хватить до полуночи.
Глянула на себя еще раз в зеркало, чтобы убедиться, что все в порядке и замерла от неожиданности. Позади меня отражался чей-то темный силуэт. Сердце заколотилось раненой птицей, а я стремглав развернулась, готовая дать отпор. Только не успела ничего предпринять. В лицо чем-то брызнули, отчего запершило в носу, а голова закружилась.
Я
