Рэйчел Винсент - Отданная Душа

— Да. — Я сорвала пушек на фланелевых брюках, чувствуя себя неудобно с направлением дискуссии, которую в настоящее время возглавляла не я, и из-за наступившего чувства вины. — Я пыталась предупредить Мередит, но я знала, что если я открою рот, то буду в состоянии только кричать.

Дядя Брендон мрачно кивнул.

— Для этого существует ​​хорошая причина. Горе опустошает человека. А неминуемая смерть преследует всех людей. Человеку достаточно тяжело знать, что он умирает от рака или чего-то вроде этого. Но знать точный момент? Знать дату и время, которые все больше приближаются, а жизнь ускользает? Это свело бы людей с ума.

Я уставилась на него, сильно сжав брюки обеими руками.

— Вы думаете, что я этого не знаю?

— Конечно, знаешь. — Он провел рукой по густым каштановым волосам, выдыхая в отчаянии. — Ты понимаешь это гораздо лучше, чем я когда-либо смогу, и поэтому ты оказалась в больнице.

— Нет, это вы с тетей Вэл госпитализировали меня. — Я не могла позволить его замечанию остаться незамеченным.

— В конечном счете, да. —  Дядя Брендон признал это одним четким кивком. — Но только потому, что мы не могли помочь тебе своими силами. Мы даже не смогли успокоить тебя. Ты кричала более часа, после того, как предчувствие прошло, хотя, наверное, я единственный, кто мог сказать, когда это случилось.

Я повернулась и открыла верхний ящик своего комода, бросив в него штаны.

— Как ты смог это установить?

— Мужчины Баньши слышат вопль женщин до того, как он действительно прозвучит. Через некоторое время он изменяется от песни в крик. Ты была в ужасе — в истерике — и мы боялись, что ты захочешь навредить себе. Мы не знали, что делать.

— И вам не приходило в голову просто поговорить со мной? Скажи мне правду? — Я вырвала несколько пар нижнего белья из кучи и сунула их в другой ящик, а затем захлопнула его.

— Хотел. Я даже пытался, но ты не хотела слушать. Я сомневаюсь, что ты вообще могла услышать меня через собственный крик. Я не мог успокоить тебя, даже когда попытался воздействовать на тебя.

— Нэш смог. Он сделал это дважды. — Я опустилась на кровать вспоминая и рассеянно тяня на колени другие тряпки с кучи, успокаиваясь от одной мысли о Нэше.

— Нэш смог?— странное выражение пролетело по лицу моего дяди — некоторое странное сочетание удивления, грусти и беспокойства. — Он повлиял на тебя?

— Только чтобы успокоить меня в течении этих двух предчувствий. Почему? — И вдруг я поняла, о чем он действительно спрашивал. — Нет! Он никогда не будет пытаться заставить на меня что-то сделать. Он не такой.

Он, казалось, на мгновение обдумывал мою точку зрения, затем, наконец, кивнул.

— Хорошо. Я рад, что он может помочь тебе контролировать свой вопль, даже если при этом он должен использовать свое влияние. Это, конечно, лучше, чем альтернатива. — Он улыбнулся, как будто оставил меня в покое, но вместо этого, напряженная линия рта заставила меня придвинуться к краю. — Но мы отклонились от разговора. Кэйли, ты не можешь принять участие в сделке с Жнецом. И вам, конечно, вообще не следовало просить Жнеца шпионить. Если он попадется, ничего хорошего из этого не получиться. Они, наверное, уволят его.

— И что? — Что такое потерять работу по сравнению с жизнью невинной девушки? Кроме того, потеря работы не конец света, Эмма была тому доказательством. Она теряла работу раз в пару месяцев, в течение почти года, пока ее не наняли в кино. — Для того, чтобы быть Ловцом-душ, кажется необходимы довольно специфические навыки, и Нэш говорил, что Жнецы есть во всем мире. Конечно, он сможет найти работу в другом месте. Больницы ему не нравятся, в любом случае.