Цветок для короля (СИ) - Моран Маша

— Прошу, господин лекарь!.. Она что-то сотворила с сестрой… Только вы можете помочь…

— Госпожа Лу что-то сделала с твоей сестрой?

Го Лэй кивнул и заплакал:

— Со всеми, кто хотел уйти из крепости… Ваш призрак приказал всех выгнать и никого не пускать, но позволил остаться тем, кто хочет… Мать желала уйти… А я не хотел… Матушка не отпускала сестру… Но потом что-то произошло… Я… я спрятался… и все видел… Госпожа Лу… она… она кусала людей, и они нападали на призрака… Он всех убил… Но… мне удалось увести сестру и спрятать… Но она теперь другая… Это какая-то хворь! Госпожа Лу заразила ее!.. Вы же лучший лекарь во всем Ванжане! Вы можете излечить все болезни! Помогите ей, прошу!..

К концу он уже рыдал, давясь слезами и капая слюной на подол ее плаща.

Катарина застыла. Ее сковало холодом, будто рядом снова оказалась Ледяная Демоница. Что могла натворить хрупкая и слабая госпожа Лу? Самым большим ее грехом была навязчивость.

Но Го Лэй сказал, что она… кусала людей?

— Отведи меня к сестре.

Го Лэй вскочил на ноги и зажег свечу.

— Идите за мной.

С трудом держа себя в руках, Катарина шагнула за Го Лэем. Ее заживо сжигали ужас воспоминаний и страх за Сунлиня.

Но сначала она поможет тем, кто в ней сейчас нуждается.

Ступеней было всего три, но каждая будто вела ее самое сердце Огненной Горы, где несчастные проводят вечность в страданиях. Оказалось, что боль воспоминаний все еще живет внутри и переносить ее слишком сложно. Не из-за того, что в тот момент ей было страшно, как никогда, нет. А из-за того, что в сердце навсегда поселился страх предательства. И теперь, когда она обрела человека, ради которого впервые в жизни пожелала быть мужчиной, этот страх расцветал с новой силой. И что бы она не твердила себе, сколько бы раз не вспоминала слова Сунлиня, поверить в то, что он не откажется от нее, было все еще сложно. Но как же ее манила возможность принадлежать ему…

Го Лэй повернул за угол, и на Катарину обрушился звон металлических цепей – этот звук она узнала сразу.

Удары железа о камень и душераздирающий скрежет.

Го Лэй остановился, и Катарина замерла рядом с ним.

Они оказались в просторном квадратном подземелье с высоким потолком, в котором было проделано несколько отверстий. Через них внутрь проникал слабый серый свет, и сыпалась сверкающая снежная пыль. По углам были разбросаны мешки и дрова.

У противоположной стены, прижав колени к груди и обхватив их руками, сидела и дрожала худенькая девушка.

Грязные волосы полностью закрывали лицо. Вся она была обвита цепями.

— Сюин, это я – Го Лэй…

Девушка вдруг резко вскинула голову и прыгнула вперед.

Едва не падая, Катарина отшатнулась назад. Но цепи натянулись, и Сюин рухнула на пол шагах в десяти от брата.

Она подняла голову и зарычала. Жуткий звук шел, казалось, откуда-то из ее груди.

Катарина в ужасе смотрела на монстра, оказавшегося перед ней. Черные зубы, длинные и острые, с жуткими клыками. Зрачки и радужки исчезли – вместо них глаза были наполнены кровью, которая вытекала из уголков тонкими струйками. Кожа посерела и кое-где начала покрываться черными пятнами.

— Сюин… – Го Лэй упал на колени и заплакал, протягивая к сестре руки.

Сюин повела головой, повернув ухо к брату, будто не видела его, но прислушивалась. Медленно она начала ползти к нему, опираясь на все четыре конечности.

Катарина едва успела оттащить крестьянина назад, схватив за шиворот и совершенно забыв о цепях, удерживающих девушку.

— Спасите ее, господин лекарь… Молю, спасите! Я знаю, вы можете!.. – Он заплакал еще громче и вновь принялся целовать сапоги Катарины. – Что с ней стало? Она… она превратилась в Создание Ночи?

Утратив к ним всякий интерес и будто бы забыв о чужом присутствии, Сюин поползла обратно к своей стене и прижалась к ней щекой, как если бы пыталась что-то услышать по ту сторону.

Создание Ночи?

Катарина покачала головой:

— Нет… Это не Создание Ночи…

— Вы знаете?! Знаете, что с ней? Как это вылечить?

Катарина смотрела на Сюин, пока Го Лэй обнимал ее колени, умоляя помочь.

Ею овладело странное оцепенение. Мальчишка сказал, что Лу покусала крестьян и приказала им напасть на призрака…

— Что с призраком?

Го Лэй непонимающе моргнул:

— Ч-что?

Катарина закричала:

— Что стало с призраком?!

Сюин зарычала, а потом принялась скулить, судорожно вжимаясь в стену.

— Он… он перерубил всех… Приказал господину Дайске и тому, в белом, сжечь трупы и… и ушел из крепости.

— Ушел?

Катарина не знала, что испытывает, слыша это. Радость, что он жив и может спастись? Или горечь от того, что… бросил ее?

— Д-да… Было… было плохо слышно. Но кажется, он пошел за госпожой Лу…

Боги, нет…

Лу… Фао Лу, кто же ты такая, демон тебя побери?

Ей хватило силы сотворить это. А еще командующий… Баи ведь сказал, что изувеченный Фао Рэн – ее рук дело. Кто она, если способна на подобное?

Сунлинь отправился за ней. В одиночку. Без Дайске и Баи. О чем он вообще думал?!

Но он не бросил ее. Не оставил одну.

Боги, она извращенная эгоистка, если испытывает радость от того, что он отправился охотиться на монстра, а не спасать свою жизнь. Которая стоит больше их всех вместе взятых. Обезумела от любви к нему. Это уже нездоровое темное чувство, которое овладело ее сердцем полностью.

Сюин начала скрести когтями о каменную стену. Длинные и черные, они оставляли на кирпичах глубокие борозды.

Сунлинь справился со многими монстрами, подобными ей… Но кто они вообще такие?! Кто такая Лу?

— Говоришь, госпожа Лу укусила твою сестру, и она стала такой?

Го Лэй закивал:

— Да! Сразу же!.. И все исполняли ее приказы.

— Что она приказала? – Кажется, Катарина уже знала.

— Уничтожить призрака… Господин лекарь, что будет с моей сестрой?

Катарина наклонилась и схватила первый попавшийся мешок, лежащий у стены. Внутри оказался рис. Собрав горсть, она швырнула его на пол. Тут же Сюин бросилась к рассыпавшимся зернам и начала по одному их собирать.