Сказка для Истинной (СИ) - Шана Лаут

том, что гложило меня на самом деле всё это время, пока я летала по миру после увиденного осаждаемого дворца драконов: — «Хочу сказать тебе, что с генералом и его семьёй всё в порядке. Не волнуйся и за своих мужчин. Мы спасём их от этой твари, но ты нам поможешь. Просто дай нам часть своей силы и потерпи, будет немного больно».

И ведь не соврала. Больно было. Не так сильно, как в день моего перемещения, но знатно. У меня тянуло всё, точнее из меня тянули, и нутро сопротивлялось как могло. Пока я не заставила себя силой расслабится и просто отдаться потоку.

— Могли и попросить, — про себя простонала я в сторону сферы, когда боль чуть отошла на задний план, и я смогла увидеть матово-кровавую поверхность.

Она всё ещё отражала то, что показывала до этого. А именно сжигаемое существо. В этот раз огонь был цвета сферы, как и глаза ведьм вокруг него, и это помогало. Чёрный ужас плавился активнее, сопротивлялся, конечно, но этого уже было недостаточно. Пламя слишком активно пожирало чёрную плоть, обращая её в пепел и поглощая в себя.

Когда же последняя частичка монстра сгорела, меня будто отпустило. Сфера больше не держала, так что я просто осела на пол. Упала бы, наверное, полностью, если бы не подоспевший Дорен, схвативший меня в объятья и жадно мной дышавший.

Глава 42

Главный бой

Анита

— Всё хорошо, — прошептала я моему берсу. — Пока что.

— Нет. Всё, — прорычал он в ответ. — Хватит, — и рывком встал, чтобы унести к постели.

С ним сложно было поспорить. Мне больше не хотелось участвовать ни в чём. Так что, бросив взгляд на источник, я хотела уже дать себя спокойно увести, как приметила сменившуюся картинку на алом фоне.

— Дорен, — остановила оборотня и указала на увиденное. — Это же Эрона, да? И Интис. Сарим.

— Что? — не понял берс и хмуро обернулся на указанное мной, останавливаясь.

В отражении сферы мы оба видели, как огромный дракон цвета чистейшего золота возвышался над двумя сломленными платиновыми, которых защищали мои мужья и жених. Точнее Эрон и Сарим защищали, готовые начать бой, а Интис всеми силами пытался привести в чувства поверженных. И всё это происходило на огромной песчаной арене, на которой зрителями стали рыцари обеих армий — и те, что шли за Эроном, потому что были одеты в чёрные доспехи, как и он, и те, что остались верны короне — в золотых доспехах.

— Что они творят? — спросил Дорен.

Я не знала, что на это ответить. Но, кажется, это сбывался изначальный план моего мужа-дракона: вызвать противника на бой, где ставкой был трон и власть, а ещё месть за прошлое.

Эрон что-то сказал джину — сфера не передавала звуков, — и тот отошёл к Интису, чтобы своей силой перенести его и братьев-драконов подальше от центра назревающей битвы, а потом и вовсе накрыл центр арены каким-то куполом, видимо, магическим. Потому что, едва он появился, тело Эрона передёрнуло и стало меняться, заволакиваясь дымкой, из которой уже вскоре вышел не менее большой, чем противник, чёрный дракон.

Его отличали от золотого разве что шипы, как корона, окружали голову и кровавый цвет глаз. Вид перевоплотившегося Эрона не понравился его оппоненту, так что тот сразу напал. И столкнулись два гиганта, заставляя землю вокруг дрожать вместе со зрительскими местами. Благо ни песок с неё, ни огонь, которым драконы поливали друг друга, не проникали за барьер джина.

И казалось, что битве не будет конца, ведь противники казались равными друг друга. Пока в какой-то момент золотой вдруг не стал хвататься за голову и вертеться туда-сюда, совершенно ничего не замечая. Чем, конечно, воспользовался Эрон, поваливая его на землю и прижимая всем телом, а лапами хватая за мощную шею.

Армия победителя взревела на радостях, но тут же осеклась, когда вдруг золотой стал терять цвет, становясь всё белее и белее, пока совсем не выцвел. Эрон же стал словно отливать золотом, при этом оставаясь чёрным, зато его шипы чуть выросли, а рога изогнулись сильнее. Магия — не иначе.

Вот теперь можно было ликовать, но все молчали. Драконы обернулись назад людьми. Эрон поднялся с тела поверженного, кажется, принца или правителя — я не знаю, кто он, — вынул меч из ножен и приставил к горлу мужчины. При этом он что-то говорил очень громко и так, чтобы его расслышали все, кто был там.

Читать по губам я не умела, к сожалению или счастью. Но рядом со мной был Дорен, отличившийся этим знанием. Он объяснил, что мой дракон объявил себя победителем, назвал своё настоящее имя и имя предков, как представлялся нам, и заявил о возвращении трона его семье. А тех, кто был недоволен, вызывал на бой. Вот только, судя по увиденному, никто лезть в новую драку не захотел.

Золотые рыцари мгновенно преклонили перед ним колени и опустили головы. Рыцари пришедшие за Эроном опустили лишь головы. Так что никто из них не видел того, что мы: на одном из балконов для богатых зрителей, стоял еле держащийся на ногах мужчина в богатых одеждах. В какой-то момент он просто рухнул, а из его рта вылетело чёрное маленькое нечто и кляксой взметнулось ввысь, а уже оттуда рвануло в сторону моего дракона.

— Эрон! — испугано выкрикнула я, забыв, что он меня просто не услышит. Даже с рук оборотня спрыгнула, чтобы подбежать обратно к сфере. Оно летело быстрее, чем двигалась я, чем джин, бросившийся в сторону дракона, строя на ходу барьеры, и клякса легко их преодолевает, целясь точно в спину моего защитника.

Всё, что я могла, это молится Миру в этот момент. Просить остановить либо время, либо это нечто, либо дать Эрону увернуться, раз ничто не может его защитить.

Сферы я коснулась как раз в момент, когда должно было случиться неотвратимое. Глаза мои были зажмурены, потому что я боялась увидеть худшее, но от правды не скроешься, как ни старайся, и лучше принять её, какой она есть.

— Анита? — услышала я удивлённый голос Эрона, который почему-то вдруг охрип, словно лишился силы. Где-то выкрикивал это имя Сарим, а за ним и Интис, но их голоса звучали ещё тише.

Я всё же открыла глаза, желая узнать, почему же меня зовут. И очень удивилась, ведь оказалась лицом точно перед опасностью, зависшей в полуметре от меня. При этом нас отделяла что-то вроде полу-прозрачной алой стены, растущей из моей