Ласточка в Академии Штормового ветра (СИ) - Юлия Марлин

сообщником мы вычислили. Мотив определили. Считаю это дело закрытым. Поддерживаете, господин Дилайн?

Тот взъярился:

— Прошу не вмешиваться в работу имперского Бюро. Мы сами определим, закрыто дело или нет. — Затем сморщился и уточнил: — Кстати об Ансур. Правильно понял, что это она «прокляла» напарника тёмной хворью?

Молча кивнула.

— С ее смертью проклятие потеряет силу, — заметил Велиал. — Уже завтра Малиус Вир должен прийти в себе.

— Прекрасно, — Дилайн опять уставился на меня и вроде собрался задать новый вопрос.

Рэн не позволил:

— Жена пережила сильное потрясение. На сегодня допрос окончен.

Через мгновение мужчины и пропахший гарью факультет пропали из виду. Вдогонку летели голоса ректора и Дилайна:

— Бедный мальчик. Вот уж воистину не повезло стать оболочкой ингубуса. А Ансур, право слово, удивила. Это какой ненормальной надо быть, чтобы стать сообщницей чудовища…

— Думаю, девчонка влюбилась.

— В ингубуса?

— В выбранное им тело, Дюрбэ. Чего не сделаешь ради любимого…

Колючие слова опекуна полоснули по сердцу бритвой.

Я еще крепче прижалась к мужской груди и закусила губу, чтобы не расплакаться. От усталости мутило, под ложечкой плескалась боль. Но не стресс причинял невыносимые мучения, а жертва — на которую ради меня пошёл Киаррэн.

Как я теперь буду смотреть мужу в глаза?

Как буду спать в одной постели?

Чем смогу отплатить за спасение? Смогу ли когда-нибудь?

А если, да, то какая плата будет соразмерна отданной магической силе?

Глава 40. Одно пламя на двоих

Я стояла на смотровой площадке Темной Башни, огороженной каменным парапетом, и зимний воздух казался невероятно свежим и вкусным.

Во внутреннем дворе было людно — студенты разъезжались по домам. Из-за событий с ингубусом многие приняли решение пропустить ежегодный Рождественский бал. Парни и девушки рассаживались в повозки, что отвезут на железнодорожный вокзал, за коренными жителями Валланда родители прислали магические сани.

Душа вывернулась на изнанку, когда у одних таких, с вырезанными по дереву защитными знаками, я заметила Кая с подругой. Как и в таверне мисс Пенелопы, он обнимал золотоволосую за талию, и она отвечала счастливой улыбкой. Со дня пыток ингубуса минули две ночи и день — меня навестили сокурсники, преподаватели, даже опекун, но только не Кай.

Оборотень уезжает на рождественские каникулы вместе с другой. Я остаюсь в Академии с мужем. Возможно, мы еще увидимся, но былой теплоты между нами не будет.

Внезапно по позвоночнику пополз мороз.

Я передернулась, упираясь глазами в макушку Дилайна. Опекун и Малиус грузили вещи в наёмную повозку. Слова куратора оказались пророческими. После смерти Ансур, черное проклятье рассыпалась — уже на следующий день дознаватель поднялся с койки с полным резервом.

Расследование убийств было завершено. Однако вчера, ближе к вечеру, Дилайн сообщил о намерении вернуться после каникул, чтобы провести ряд дополнительных исследований. Считает, у Альберта был еще один сообщник: слишком уж ловко падший уходил от поисковых заклятий и вершил свои черные делишки. Без посторонней помощи сильного мага не обошлось.

Сморщилась и поймала злобный взгляд. Задрав голову, Дилайн сверлил мою фигуру за парапетом.

Сила в крови жарко заволновалась. Я отпрянула и поняла, что ладони объяты пламенем. Ненависть к опекуну растравила Унсурэ и оно снова рвалось из тела, желая выжечь пространство дотла. После прошлого магического выброса в лазарете, резерв восполнялся несколько недель, и все это время в груди царило страшное опустошение. На этот раз магия вернулась через сутки.

Значит ли это, что божественная сила в крови растёт?

Я судорожно всплеснула руками. На плиты, шипя и плавясь, посыпались горящие капли. Ни сильный ветер, ни мороз не затушили темное пламя. Оранжевые язычки переползли на манжеты, затем рукава.

Глотая ругательства, направилась в переход, но в дверях столкнулась с Рэном. Муж изогнул красивую бровь, когда механически спрятала руки за спину.

— Долго собираешься молчать?

Я потупилась.

Как признаться, что после всего не то, что говорить, даже смотреть на него не могу. Стыдно и горестно. Он заключил сделку с духом Смерти и вскоре останется без магии, зато я не представляю, куда девать растущую магическую мощь.

— Анжи, — щеку согрело теплое прикосновение. — Я ничего не требую взамен.

Уж лучше б требовал! Приказывал, рычал. Велел раздеться, забрал невинность, все что угодно, только не это невыносимое благородство, от какого я лезу на стены.

Новый всплеск эмоций подстегнул божественное Унсурэ. Рукавицы воспламенились. А затем я вся окуталась пламенем, которое рвануло к Киаррэну, словно признало второго хозяина.

Шаг, и губы обжёг поцелуй.

Я с рождения знала огонь для демонов — естественный живительный источник.

Но то, что Киаррэн сотворил…

Выпил весь магический огонь, вобрал моё пламя губами, отнял мучительный жар. Я пошатнулась и повисла в мужских руках. Каждый раз после выброса накатывает усталость и слабость. В глазах ожидаемо темнеет. А еще я была искренне потрясена.

Всего один поцелуй погасил ярость Унсурэ. Муж и до этого усмирял непокорную магическую стихию через прикосновения или лаской, но сейчас я испытала странное удовлетворение. Вернее, не я — а сила в крови. Будто, наконец, обрела долгожданную вторую половинку.

— Как? — Спросила, едва ворочая языком.

Жар отхлынул, тело постепенно начинало замерзать.

Муж поднял жену на руки и, мельком скользнув по сереющему горизонту, отправился в тепло.

— Скоро узнаем. Но сначала придёшь в себя и успокоишься.

… Вместе с мужем провела в покоях до темноты. За окнами мигали зимние звезды, на нижних этажах шли последние приготовления к Рождественскому балу. Если честно, я обрадовалась, что мы не пойдём. Гибель Альберта подточила стойкость до основания, даже под пытками не смогу заставить себя сегодня веселиться.

Когда часы приблизились к девяти, Рэн активировал портальный артефакт. Потом взял за руку и подтолкнул в вертикальный колодец света. Перемещение откликнулось внутри приятной щекоткой, в лицо пахнули ароматы чернил и кожи.

Я и муж оказались в помещении с книжными стеллажами. В арочных потолках горели лампы, в темноте мигали маячки.

В первый момент решила: Рэн воспользовался порталом, чтобы перенести нас в запретное крыло академической библиотеки, но присмотрелась к защитным плетениям на стенах и чуть не ахнула — каждое горящее кружево украшала императорская печать.

— Мы во Дворце?

— Тебя это смущает? — Муж лениво улыбнулся.

А я испуганно огляделась.

Императорский дворец заперт за семью степенями защиты. Тысячи сложных плетений, мириады произнесенных заклятий. Сюда не пробиться и не войти, только если… у вас заранее не проложена портальная линия. Сердце гулко заколотилось. Если Рэн без предупреждения является во Дворец, то кем в таком случае ему приходится наш достопочтенный император Августиан?

— Туда, —