Контракт с монстром - Анастасия Ригерман
Я шла, чувствуя себя космонавтом в этом неуклюжем, шуршащем костюме. На стекло шлема падали капли дождя, и мне приходилось постоянно его протирать. Сзади, как тень, двигался Назар. Его молчаливое присутствие было одновременно успокаивающим и давящим. Впереди, разделяя меня и авангард, шел Игнат. Его спина в тактическом жилете была напряжена, каждое движение выверено.
— Юля, ты как там? — его голос в моем ухе прозвучал тихо, только для меня, на отдельном канале.
— Жутко неудобно, но жива, — прошептала я в микрофон, встроенный в воротник.
— Держись рядом, — повторил он в очередной раз.
Мы вышли на опушку. Лес расступился, открыв вид на то, что когда-то было проходной. Высокий, ржавый забор с клоками колючей проволоки, провалившиеся ворота, которые висели на одной петле. И на них, едва читаемая под потеками ржавчины и грязи, зловеще белела табличка:
«ОПАСНО! ЗАКРЫТАЯ ТЕРРИТОРИЯ. ПОВЫШЕННЫЙ РАДИАЦИОННЫЙ ФОН».
Картина была настолько жуткой, что по спине пробежал холодок, не связанный с погодой. Арс поднял руку, и группа замерла.
— Тимур, проверь фон, — скомандовал Макс. Его голос в общем эфире звучал спокойно и властно.
Тим, легкий и бесшумный, как призрак, скользнул вперед. Он снял с пояса небольшой прибор с мерцающим экраном и начал медленно сканировать местность перед воротами, потом у самих ворот.
— Странно… — его голос в наушниках прозвучал недоуменно. — Фон в норме. Даже чуть ниже среднегородского. Никаких всплесков.
— А твои игрушки точно не врут? — раздался в эфире сухой, слегка насмешливый голос Арсения. Но шутки в нем не было, только холодная проверка.
Прежде чем Тимур что-то ответил, отозвался один из людей Арса, Страж по имени Виктор:
— Подтверждаю. Мои датчики тоже молчат. Радиация в пределах нормы. Никаких химических или биологических маркеров в воздухе.
Тишина в эфире стала тяжелой, наэлектризованной. Ложная табличка. Это было хуже, чем реальная угроза. Это означало, что кто-то установил ее здесь для маскировки. И кем бы он ни был, ему было что скрывать.
— Двигаемся внутрь. Осторожно, — нарушил молчание Макс. Его голос стал жестче.
Мы просочились через пролом в заборе. Перед нами открылась территория НИИ — царство разрухи и забвения. Провалившиеся асфальтовые дорожки, заросшие бурьяном, здания с выбитыми окнами, которые теперь походили на черепа. Но очень скоро стало ясно, что мы здесь не одни.
— Следы, — донесся в эфире низкий голос Назара, который шел чуть в стороне. — Много. Очень много следов. Не старше недели.
— И колея от тяжелой техники, — добавил Тимур, присев у размытой дождем дороги. — Свежая. Грузовики, что-то на гусеницах…
Мы продвигались глубже, к главному корпусу, ощущая себя мишенями на хорошо простреливаемой местности. Атмосфера сгущалась. И тут Тимур, исследовавший полуразрушенную пристройку, снова вышел на связь. Его голос потерял всю свою привычную иронию.
— Идите сюда. Я нашел кое-что.
Мы собрались у края огромной бетонной площадки, заросшей трещинами и мелким кустарником. И посреди этого запустения возвышалось… нечто. Это не было частью здания. Это выглядело как гигантская, грубо сваренная из толстенных металлических балок рама, напоминающая ворота высотой с двухэтажный дом. К ней тянулись оплавленные кабели, валялись брошенные генераторы. Она стояла, упираясь в бетонное основание, а за ней была лишь стена главного корпуса. Она вела в никуда. Или в очень конкретное «никуда».
Макс медленно подошел к сооружению. Он замер перед ним. Его могучая фигура на фоне этого техногенного монстра вдруг показалась меньше обычного. Он смотрел на него не как на незнакомый объект, а как на что-то… вполне узнаваемое. В его позе читалось леденящее душу понимание.
— А вот и они… — прошептал он так тихо, что микрофон едва уловил слова. Но в эфире они прозвучали как удар гонга.
И тут Арсений не выдержал. Он резко шагнул вперед, его лицо под капюшоном было искажено не терпящей отлагательств яростью.
— Кто «они», Гордеев? — прогремело в ночи, срывая с места маскировку тишины. Он стоял вплотную к Максу, игнорируя напрягшихся Тимура и Назара. — У тебя была информация о том, с кем мы имеем дело. Самое время ей поделиться. Прямо сейчас. Или я сворачиваю операцию и объявляю эту территорию зоной интересов Стражей!
Воздух между двумя лидерами снова заискрил, но теперь это была уже не настороженность, а готовая вспыхнуть вражда. И над всем этим возвышались зловещие, непонятные «ворота в никуда», молчаливый свидетель чьих-то тайных дел.
Тишина после слов Арсения была оглушительной. Даже лес вокруг, казалось, замер, прислушиваясь. Все взгляды впились в Макса. Его лицо в тусклом свете налобных фонарей было каменным, но в глубине глаз бушевала буря.
— Врата, ведущие в другой мир, — начал он. Его голос, обычно такой уверенный, звучал непривычно приглушенно, будто он сам не верил до конца в то, что говорит. Макс обвел всех нас взглядом, задержавшись на мне. — Дух Леса показал мне видения. Существует множество других миров, похожих на наш. Один из них каким-то образом соприкоснулся с нашим. Оттуда приходят… другие. Но это еще не все. Открывшийся проход вызвал аномалии, разрыв в ткани миров. И если его не закрыть…
Игнат резко выдохнул, его пальцы сжались в кулаки. Арсений лишь презрительно скривил губу.
— Думал, мы проглотим эти детские сказки? — сквозь зубы процедил Арс.
— Это не сказки! — голос Макса окреп, в нем зазвучала та самая дикая, первобытная сила, что связывала его с лесом. — Они выглядят как мы. У них могут быть наши лица. Лица наших матерей, братьев, друзей. Но это не они. Это кто-то из другого мира. Параллельного. Со своей историей, со своей судьбой. И они пришли сюда не с добром. Вот все, что мне открыли Духи. Или у тебя есть какое-то другое объяснение?
— Бред! — отмахнулся Арс от новой информации, как от назойливой мухи. — Параллельные миры… У меня нет времени на эту мистическую чепуху, но есть факты: незаконная деятельность на закрытой территории, фальшивые таблички, следы. Этого достаточно, чтобы прикрыть незаконную лабораторию, или что они тут устроили. Ребята, собираемся! Мы идем за подкреплением и будем брать объект по уставу.
Он развернулся, чтобы отдать приказ своим людям. В этот момент мое сердце упало куда-то в пятки. Мы теряли наш последний шанс, не принимая правду, какой бы она не была.
— Подожди! — крикнула я, и мой голос, усиленный микрофоном, прозвучал неожиданно громко. — Я докажу, что Макс прав. Тимур, помнишь, те кабели, которые мы смотрели? Они идут не к генераторам, а к той будке! — Я указала на небольшое полуразрушенное здание из шлакоблоков рядом с порталом.
Тимур замер.
