Коррин Джексон - Сила вечной любви (ЛП)

Только Ашер знал эту часть плана: Защитить целительниц. В конечном счёте я не была на

сто процентов уверенна в том, будет ли Симус на моей стороне - в конец концов он ведь

защитник, а защитники провели целое столетие, убивая целительниц. Возможно я была

несправедлива, но я не особо хорошо его знала, а я научилась, что нужно тщательно взвешивать,

кому можно доверять.

- Реми сказала, что ты предал нас, а я ответила, что она лгунья. А оказывается это ты за всем

стоял. За всем, что случилось ... Люди, которые погибли. Моя дочь. О Боже, моя дочь!

Доротея начала всхлипывать, её горе передалось мне. Мне так хотелось, чтобы всё было

по-другому, и я смогла предупредить их раньше. Если бы я нашла возможность убедить их, то

Эрин, возможно, была бы ещё жива. Я полагала, что Доротея будет винить меня - точно также,

как и себя. Она доверилась не тем людям, и таким образом потеряла обоих детей.

- Доротея, они умерли не напрасно, - умолял мой дед. - Мы на войне, а войну нельзя

выиграть без жертв. Как бы это не было болезненно!

В то время, как я слушала Франка, я поняла, что опасность, исходящая от человека, лежит в

его пылкости. Его голос звучал так искренне. И как бы безумно это не было, он верил в своё

дело. Кто знал, как это отразится на Доротеи?

- Спроси Алкаиса, - добавил Франк. - Он объяснит тебе так, чтобы ты поняла. Твой сын это

понимает.

Движение с другой стороны машины привлекло моё внимание, и я поняла, что Алкаис

вовсе не сбежал.

Доротея начала задыхаться.

- Я слышала, что ты сказал о нём. Ты превратил моего сына в монстра, такого, как сам!

- Доротея пожалуйста...

- Нет! - закричала она. - Ни слова больше! Ты закончил с целительницами, Франк. Я всем

расскажу, что ты сделал, и мы покинем это место. Если ты попытаешься найти нас, тогда я убью

тебя лично. А моему сыну можешь передать ... - Она сделала глубокий вздох. -... ему можешь

передать, что для меня он умер.

Она положила трубку, и две вещи случились одновременно: Алкаис вышел из тени, и моя

щека взорвалась, когда Франк ударил меня мобильным. Я упала на колени на бетонный пол и

прижала руку к кровоточащей ране.

- Реми? - закричал Габриель, я слышала панику в его голосе. - Пожалуйста убирайся оттуда.

Помогите же ей кто-нибудь! - Когда я не ответила, он кричал дальше, чтобы другие забрали

меня.

Раньше меня бы одолел страх, но я изменилась. Я и это переживу. Опустив руку, я

посмотрела на дедушку. Что-то в моем взгляде заставило его сделать шаг назад. Увидев мою

реакцию, его лицо помрачнело.

Мой голос эхом отзывался в стенах подземного гаража.

- Я же глупая девчонка. Ты ведь так думал, верно? Легко контролировать и еще легче

обмануть. - Я с отвращением покачала головой. - Я знала, что ты не привезешь сюда отца. Скажи

ему, Алкаис!

Дедушка наблюдал за приближением Алкаиса и открыл дверь машины. На его лице был

написан ужас, когда он обнаружил, что в машине никого нет. Он уставился на Алкаиса. В его

взгляде читалась неконтролируемая ярость. А Алкаис? Он производил унылое впечатление, но

209

Коррин Джексон – Прикосновение: Сила вечной любви

Corrine Jackson – Ignited (Die Macht der ewigen Liebe)

(Похитители чувств #3 / Sense Thieves #3)

мне его не жаль. Он застрелил сестру и теперь дорога домой ему закрыта. Что поделать, он сам

принял такое решение.

Я встала, опустила защитную стену и дала волю своим способностям, после чего стоявшие

позади меня Ксавьер и Марк сделали несколько шагов назад. Они явно боялись. Остальные

шестеро защитников нахмурились, когда волна моей энергии причинила им боль, но оказались

слишком глупыми, чтобы держаться на расстоянии.

- Ты проиграешь, Франк. У тебя ничего нет. Ты ничто и никто. Война окончена.

Он напряг плечи и ловким движением руки вытащил нож из кармана.

- Нет, Реми, - прошептал он. - Для тебя это никогда не закончится. Может тебе и удалось

спасти отца, но я найду его и твою сестру. А когда это произойдет, я заставлю тебя смотреть, как

уничтожаю их. Ты никогда от меня не избавишься!

Еще никто, никогда ненавидел меня так страстно, всей душой. Я чувствовала нахлынувшее

на меня тепло, даже стоя на своем месте я знала, что он прав. Это никогда не закончится, потому

что у него нет ничего, ради чего стоило бы жить, кроме этой своей мести. Он никого не любит, и

как я предполагала, все его положительные стороны умерли вместе с бабушкой.

- Сдавайся, Франк, - сказала я. - Пожалуйста. Пока не поздно.

Откинув голову назад, он рассмеялся.

- Думаешь, тебе удастся чего-нибудь добиться? Одной против всех нас?

- Она не одна, - выкрикнул Ашер.

Его голос раздался в моем ухе и вокруг. Бросив взгляд через плечо, я увидела их: Ашер,

Эдит, Урзула, Шон и четверо защитников, присматривавших за мной и Люси в музее. Они

пришли по лестнице, а не спустились на лифте и разделившись, медленно приближались к нам.

Мы с Ашером обменялись взглядами. Ты готов? Он больше не мог слышать мои мысли, но

это и не нужно. Вряд ли кто-то знал меня лучше, чем он. Чтобы они раз и навсегда оставили мою

семью в покое, мы должны устроить для Франка и остальных хорошее шоу.

Балансируя на ступнях, я развернулась к дедушке. Мой план базировался на переоценке

дедушкой своих способностей и его вере в то, что отчаянно желая иметь хоть какую-то семью, я

готова пожертвовать всем. Но что если я ошибалась?

Сжав руки в кулаки, я настолько близко подошла к нему, что мне стало плохо.

- Последний шанс, Франк. Уходи, или ты умрешь. Решать тебе.

На какое-то мгновение на его лице промелькнул страх. Затем дедушка улыбнулся, как я и

подозревала, и посмотрел мне в глаза.

- Ты не убьешь меня. Сердце делает тебя слабой, и в конце проиграешь ты.

Вот она - его уверенность в том, что он знал меня. Он точно знал, что я могу направить на

него боль и тем не менее вонзил мне нож меж ребер, который с хлюпающим звуком разрезал

кожу и ткани. Какой идиот! Меня пронзила жгучая боль, и я резко втянула носом воздух. Вокруг

нас начался настоящий ад, когда мои друзья набросились на людей Франка. Несмотря на это я

упорно не сводила глаз с дедушки.

Он повернул нож, и я застонала от новых мучений. Затем положила свою руку на его,

лежащую на рукоятке ножа. Он наклонился ко мне.

- Я давно собирался убить тебя, - прошептал он. - Как только я узнал кто-ты, меня стало