Папа по контракту, или Дракона нет, но вы держитесь! - Селина Катрин

времени. Обычно я не общаюсь с людьми таким образом, но твой случай исключительный. Я перенесла тебя без твоего согласия, и сейчас ты имеешь право выбирать, где жить дальше.

На этот раз фыркнул уже я, пребывая в полной уверенности, что всё это сон. Ну а что же ещё? Мне хорошо, тепло, классно… Наверняка будильник прозвенит в самый неподходящий момент. Завтра, интересно, понедельник? На работу идти так неохота…

– Ива-а-ан, не уходи от меня, – донёсся голос Авроры как через вату.

– Так я и не ухожу. – Я тряхнул головой и сосредоточенно посмотрел на девушку. По привычке почесал затылок, пройдясь ладонью по любимому колючему ёжику волос. – Что вы… или ты хотела?

Как-то неловко общаться с богиней на «ты», но, во-первых, она чуть ли не моложе меня, а во-вторых, и она ко мне вроде на «ты». С другой стороны, как можно заморачиваться о том, как общаться к выдуманному созданию в собственном сне? Ерундой какой-то, Вань, страдаешь.

Аврора в ответ лишь печально улыбнулась.

– Ты сейчас здесь, но ненадолго. Иван, впервые за долгое время я засомневалась, поступила ли правильно… Одна драконица молила о помощи так громко, что я не могла не откликнуться и перенесла тебя в её мир на один из островов Огненного Архипелага. Ваши нити и души одного цвета… Я была уверена, что ты будешь чувствовать себя там лучше, ведь вы так друг другу подходите… Вот только ты прожил на острове совсем недолго и внезапно умер. Всё должно было закончиться по-другому, но закончилось именно так.

О-о-очень интересные галлюцинации у меня. Надо обязательно будет вспомнить, что я делал накануне вечером. И больше так не делать.

– Ты не спишь. Точнее, не совсем. Твоя воля в этом пространстве сильна.

Ага. Я вновь взлохматил волосы на затылке. Правда, еще минуту назад мне казалось, что я буквально на той неделе ходил к парикмахеру, а сейчас уже, похоже, снова надо стричься…

– Иван, прошу, не сопротивляйся. Вспомни. Ты прожил в своём мире двадцать восемь лет, а на Огненном Архипелаге меньше года. Твоё подсознание…

– Да не сопротивляюсь я! – вспылил внезапно. – Знаешь ли, есть вещи чуть более реальные, чем разговор с выдуманной женщиной… Например, синяк от удара по рёбрам…

Я осёкся. Что-то в голове щёлкнуло… Рёбра. Синяк. Рана.

– …твоё подсознание будет твердить, что мир Огненного Архипелага тебе приснился, но это не так. Ты действительно получал удар по рёбрам. Катаной.

Что? Да как я выжил-то после такого?

И тут воспоминания такой массой навалились, что я осел.

Другой мир. Азия.

Юми, Сём и Рём, Теон…

Сирены, драконы, маги, оборотни…

Вспомнилось, как я лазил по крыше Кураяма-дзё и называл его Курятником, а он, оказывается, всё слышал и в отместку путал в своих коридорах. Как дети в первый день посадили паука у моей двери, надеясь, что я не покину комнату и не буду им мешать хулиганить. Как я наивно искал вертолетную площадку на Морском Лотосе и как, играя в прятки с мелочью, вломился в душ к самой восхитительной, отважной и гордой женщине на свете.

Киора.

От одного её имени по телу пробежали мурашки. Упрямая. Красивая. Любимая. Да, именно так, ведь по-иному нельзя назвать женщину, при виде которой мысли улетают в другую Вселенную. Которую хочется оберегать и заботиться. Которой хочется надавать по попе за то, что она никогда не попросит помощи – тот же ниотамори, как пример, – но которая вполне на равных может откусить тебе голову. В прямом смысле этого слова.

Память подбросила экзотические, но очень вкусные блюда пожилой Аянэ, а ещё огромные, полные страха глаза Теона и его попытки перестать пользоваться магией, потому что он боится навредить… И как его учёба обернулась нам на пользу, ведь без неё мы бы не справились с кондором. Хитрюга Юми, которая продала себя в рабство.

Голова буквально трещала по швам, воспоминаний было так много, что они не укладывались в черепную коробку. Как же тяжело… Даже дышать! Я схватился за голову, чувствуя, что ноги не держат, и с изумлением отметил, как волосы отрастают!

– Что… что происходит?!

– В этом месте всё такое, каким ты это хочешь видеть, – улыбнулась Аврора. – Итак, когда ты наконец вспомнил, ответь: где ты хочешь жить дальше? В своём мире или на Огненном Архипелаге?

– Погоди…. – Перед глазами молниеносными вспышками мелькали кадры, и я тщетно пытался ухватиться хотя бы за один из них. Пираты… Камаре… Драка… Взрыв! – Я что, действительно умер?!

Я уставился на богиню, широко распахнув глаза и не веря… Не веря ничему. Нет, этого не может быть! Это всё сон… Это воспалённое сознание, галлюцинация! Какие драконы? Они слишком тяжелые, чтобы подняться в воздух. Они не существуют… Или существуют?

– А вот это ты сам должен решить. Выбирай скорее, где ты хочешь оказаться?

Я моргнул и закрыл глаза, пытаясь прийти в себя. Логика подсказывала, что, скорее всего, я сошёл с ума. Это единственное объяснение, которое я мог найти всему происходящему. Опять же… богиня разговаривает со мной…

– Иван, время! Не о том думаешь! Где ты хочешь оказаться?

Аврора присела на корточки передо мной и заглянула в лицо. Сейчас я заметил, как её черты постоянно плывут словно туман и меняются, да и сама фигура… Странно как-то.

Ладно. Где я хочу оказаться… Если это не бред сознания, то…

– Конечно же, с Киорой!

– Уверен? У тебя есть только один шанс выбрать. Помнишь, как тебя ранили? В твоём мире есть медицина, скорые, больницы… Когда ты перенесёшься, то будешь плохо себя чувствовать. У тебя серьёзное ранение, но в родном мире тебе точно помогут и сделают операцию по пересадке органа… В мире Огненного Архипелага я не могу дать тебе таких гарантий.

Я отрицательно мотнул головой.

– Уверен. Я хочу быть с Киорой.

– Так тому и быть!

Богиня Аврора внезапно улыбнулась, и – мир заволокло ослепительным светом.

Глава 29. Драконье сердце

Иван

Боль.

Первая мысль, первая эмоция, первый удар реальности, когда я очнулся.

Будто меня размазали по камням, потом обратно собрали и от души отпинали сверху. А напоследок ещё и дубиной хорошенько приложили – для верности. Каждая мышца, каждая кость ныла так, словно я неделю подряд пытался сдать норматив по самоубийственной физподготовке.

«Зато живой», – мысленно констатировал я.

Где-то в глубине сознания что-то шевельнулось. Что-то важное, что-то, что нужно было помнить… Но стоило потянуться за этим ускользающим ощущением, как оно растворилось, оставляя только раздражающую пустоту.

Сон… был какой-то