Проклятие лилий - Валентеева Ольга

— Я поделюсь, — улыбнулась Тиа. — Правда, мои штаны придется укоротить и попросить у мальчишек хороший пояс. А в замке пороемся в моих платьях.

— Спасибо, — пролепетала Лили, а мы с Эдгаром, как приличные юноши, вышли из комнаты.

— Как будем освобождать замок? — спросил я. — Есть идеи?

— Есть, — ответил Аттеус. — В отличие от стен Самарина на Аттеусе магической защиты нет, так что предлагаю подойти ближе, запустить твоих призраков внутрь, а когда враг снова попробует взять замок штурмом, пусть они выйдут из стен.

— А если синтурцы не будут атаковать? — спросил я.

— План остается тем же. Призраки выходят из стен и гонят их на нас, а мы лишаем Синтурию армии.

Я кивнул, соглашаясь. Хороший и действенный план, мы уже успели проверить. По моим подсчетам, Синтурия вчера потеряла около четверти нападавших. Уже что-то.

— Послушай, Эд, я хотел поблагодарить тебя…

— Ты уже благодарил, — отмахнулся он.

— Нет, не за бой, а за то, что не пользовался печатью. Мы ведь были врагами, ты мог отыграться или отомстить, но не стал. Почему?

— Я соглашался на эту печать не для того, чтобы тебе мстить. — Эдгар пожал плечами. — Твоя семья ждала в Исторе, а если бы я не согласился, тебя бы казнили. Дядя Ник и твоя мама не заслужили такой беды.

— Спасибо.

— Да не за что, — ответил Эдгар, будто это было чем-то само собой разумеющимся. — Если бы мы поменялись местами, ты бы тоже ею не пользовался.

— Не факт, — усмехнулся я.

— У тебя кишка тонка. — Эд похлопал меня по плечу. — Это я уже понял. Как и понял, почему тебе больше нравится общаться с мертвыми.

— Да кто сказал, что мне нравится? — вспыхнул я. — И почему же?

— Они уже умерли. Их нельзя потерять, а живых — можно. Так лучше не привязываться.

В какой-то степени он был прав. Я усмехнулся и покачал головой. Да уж, иногда Эд бывал немного бесцеремонным, но он действительно стал мне другом, пусть мы и спорили все последние дни. Он хотя бы мне не лгал, а имел смелость говорить в лицо все что думает.

— Злишься? — поинтересовался Аттеус.

— Нет, думаю о том, что в твоих словах есть зерно истины, — ответил я. — А вот и наши девушки.

Лили все еще краснела и бледнела. Она не привыкла к мужской одежде, которая оказалась в гардеробе, прихваченном Тианой в поход, но ей было очень к лицу. Стоило Лили появиться на пороге, как к нам тут же сбежались солдаты. И откуда только взялись?

— Как вы, дейрина? — наперебой спрашивали они. — Все в порядке, девочка? Размелем в порошок этих синтурцев.

Лили успели полюбить в нашем войске. Это и неудивительно. Она несла в себе свет. Вот и сейчас ласково отвечала на ломаном изельгардеком, которым старательно пыталась овладеть:

— Благодарю, дэи, со мной все хорошо, мне гораздо лучше. Рана затянулась, я могу продолжать путь.

Гомон усилился.

— Хватит! — рявкнул Эдгар, а мы с Тианой переглянулись и подмигнули друг другу. — Не утомляйте ее. Собирайтесь лучше, быстро завтракаем… или, лучше сказать, обедаем и отправляемся в путь.

Сборы вышли недолгими, а после расхода магии есть хотелось ужасно, и я ловил себя на мысли, что еще немного, и оставлю жителей деревушки без припасов на зиму. С неба начинали срываться снежинки — большая редкость в теплом солнечном Изельгарде. Здесь снежный покров никогда не держался долго, особенно в южной части страны. А сейчас снег кружил, оседал на наших волосах, делая их белыми. Что ж, еще один рывок — и мы освободим замок Аттеус, а там и до границы недалеко. Я посмотрел на Тиану. Она ловила снежинки на ладонь и казалась счастливой. Да, недалеко до границы — и до мира. А значит, счастья.

За две недели замок Аттеус отбил четыре попытки штурма, и Ники не сомневался, что последует пятая. Брат задерживался. Все ли у него благополучно? А может, войска Изельгарда терпят поражение? Ники не знал, мог только предполагать. Сам он устал, но сдавать замок врагу не собирался.

— Ничего, — говорил Ник каждый вечер Джанет и Мелоди. — Еще немного, и войска Илверта будут здесь.

Девочки согласно кивали, но веры в их глазах было все меньше. Они тоже вымотались. На них держалось хозяйство замка: слуги, питание тех, кто нашел за стенами убежище, да и во время атак они помогали чем могли. Носили смолу, делали горючие смеси. И без того тонкие, как тростинки, девчонки похудели. Видела бы их тетя Бранда! Ники вздыхал, хватал обеих подруг и тащил то завтракать, то ужинать, хотя самому кусок не лез в горло. Вот ты какая, участь старшего.

Тем вечером они сидели в гостиной второго этажа. Вокруг замка горели огни, дозорные дежурили на башнях, а Ник ловил себя на мысли, что ему неспокойно. Что-то грызло изнутри. Он то и дело поднимался и подходил к окнам, прислушивался к происходящему снаружи.

— Думаешь, сегодня снова будет атака? — спросила Мелли. Даже она за эти дни притихла.

— Чувствую, что да, — кивнул Ники, отворачиваясь от окна. — Слишком тихо. Не к добру.

— Ничего, отобьемся, — откликнулась Джанет. — Отбивались ведь.

— Надеюсь, — Ники заставил себя улыбнуться, чтобы поддержать решимость девочек. В эту минуту и прозвучал сигнал, оповещающий об атаке противника. Ники вылетел на улицу. На этот раз синтурцы решили использовать тактику врага, и на замок полетели горящие стрелы. Некоторые перелетали стены, некоторые падали в ров. Повалил едкий дым, и Ники закашлялся.

— Отойти от стен! — скомандовал он.

— Что происходит? — вылетела Дженни.

— Бери Мелоди и заходите в замок.

От жуткой вони слезились глаза. Ники не знал, чем именно обработали стрелы, но приятного мало. И вдруг прямо перед носом возник расплывчатый силуэт. Сначала Ники решил, что в растворе врага содержатся какие-то запрещенные вещества, но Мелоди радостно вскрикнула:

— Ил! Он рядом!

А призраков становилось больше. Они возникали на замковом дворе и шли сквозь стены навстречу врагу. Ники понял, что ему очень хочется познакомиться с кукловодом, которому принадлежали эти марионетки. А девочки смеялись и плакали, и заставить их уйти в замок оказалось невозможно. Послышались крики.

— Враги бегут! — доложил подбежавший парнишка.

— Отлично, — ответил Ники и сам забрался на дозорную башню — как раз вовремя, чтобы увидеть, как из дыма выступают полки в черной и зеленой форме, а синтурцы бегут.

Свои! Король Илверт и его войско, а значит, там и Эдгар с Тианкой. Но Ник не торопился открывать ворота и, только когда узнал выехавшего вперед брата, скомандовал:

— Опустить подъемный мост.

Лязгнули рычаги, заскрипели цепи, и вскоре во двор уже въезжали первые всадники. В дыму Ники едва разглядел Эдгара и бросился к нему.

— Ники? — Старший брат спрыгнул с лошади и уставился на него, будто впервые видел. — Ник!

И крепко обнял, едва не задушил, а когда на нем со смехом повисла какая-то девушка, Ники и вовсе не узнал в ней Тианку.

— Тебе к лицу, — оценил он новую прическу сестры, а еще черную форму. Да уж, Тианка всегда добивалась своего.

— Ты так повзрослел, — вздохнула Тиана.

— Ага, ты тоже, — фыркнул Ники. — Скоро песочек посыплется.

— Вот гаденыш! — взвизгнула сестра и сразу стала похожа на себя прежнюю. — А ну иди сюда!

— Еще чего! — Ники юркнул за спину Эдгара и заметил озирающихся Джанет и Мелоди. Где же их братишка?

— Дженни! Мелли! — раздался незнакомый голос, и девочки со слезами повисли на высоком темноволосом юноше. Стоит признать, у него на лбу было написано: некромант. Выглядел парень устрашающе, щеку перекрещивал подживший шрам, кожа бледная, глазищи черные. Некромант классический, если верить книгам. Но Дженни и Мелли было все равно.

— Ты долго! — заявляла Мелоди, поливая брата слезами.

— Еще раз такое вытворишь, мы с тобой никогда разговаривать не будем, — вторила ей Дженни, а Илверт с таким изумлением разглядывал девчонок, будто впервые видел. Подумаешь — снова в саже. Это еще ничего, в первую атаку вид был краше.