Буря - Карен Линч

из секции. Я старалась не думать о том, что они собирались с ним сделать. Золотого волка не было уже два дня, и я боялась, что он может не вернуться.

Пришли два охранника с тележкой для еды и просунули подносы в прорези в нижней части барьера. На подносах-перевертышах лежало сырое мясо. На моём были бутерброд и печенье. Я поела и прилегла на кровать подумать. Больше мне здесь делать было нечего.

Я задремала и проснулась от того, что охранники вернулись с Брайсом. Они подняли его с платформы и бросили на пол камеры, как мешок с мусором. Как люди могли быть такими жестокими и лишенными сочувствия? Я не видела здесь ни одного человека, который, казалось, испытывал бы хоть каплю сострадания к своим подопытным.

Я села на кровать и стала наблюдать за лежащим без сознания оборотнем. Вскоре он очнулся и попытался встать, и ему потребовалось несколько попыток, чтобы подняться на ноги. Он был мокрый, и он встряхнул своей шерстью, разбрызгивая повсюду капли воды.

Он казался необычно подавленным, но это могло быть нормальным после того, как его вернули в камеру. Он стоял мордой к задней стене своей камеры, двигая головой взад-вперед, как будто пытался избавиться от того, что они с ним сделали.

Я встала и подошла к передней части своей камеры.

— Брайс, ты в порядке?

Волк повернулся ко мне и поднял голову, чтобы впервые взглянуть на меня. Его прекрасные янтарные глаза встретились с моими, и я пошатнулась. Мир подо мной накренился.

— Ронан?

ГЛАВА 20

Это не он.

Упершись руками в барьер, я закрыла глаза и сделала несколько дрожащих вдохов. Последние три месяца были адом, и теперь я была пленницей. Это было слишком, и мой разум играл со мной шутки. После всего этого времени, для нас двоих было невозможно находиться здесь, в этом ужасном месте.

Я открыла глаза и посмотрела на пол возле лап волка. Мой взгляд медленно поднялся по его передним лапам к широкой груди и плечам. Его мех был темно-коричневым, но я представила, что, когда он высохнет, он посветлеет. Я подняла глаза на его морду, и рыдание застряло у меня в горле. Я узнала бы его где угодно.

— Ронан, — произнесла я хриплым шёпотом. — Это действительно ты.

«Солми?» — жалобно спросил мой Мори. Он не мог почувствовать Мори Ронана, когда тот был в волчьем обличье, но мой Мори чувствовал мои эмоции. Я утратила постоянно присутствующую боль в груди. Она притупилась с тех пор, как я уехала из Весторна, но я не думала, что она когда-нибудь исчезнет.

Ронан склонил голову набок, но я не увидела узнавания в его глазах. Я вспомнила пустой взгляд золотого волка, и меня охватил ужас. Был ли это всё тот же Ронан, которого я знала?

— Это я, Дэни, — сказала я громче. — Ты меня не помнишь?

Он наклонил голову в другую сторону, показывая, что слышит меня, но я могла бы смотреть на незнакомца.

— Что они с тобой сделали?

Мне было трудно говорить из-за кома в горле, но я не дала воли слезам. Если я начну плакать, то, возможно, не смогу остановиться.

Он лежал на полу и не сводил с меня глаз. Какая-то часть его существа узнала меня, или он отреагировал на звук доброго голоса?

Я опустилась на пол и села, скрестив ноги, наблюдая за ним. «Он настоящий», — сказала я себе, когда снова начала сомневаться, не сломалась ли я от стресса.

Но как он сюда попал? Предполагалось, что он был на Аляске. Как он оказался в плену «Каладриуса»? Ронан не был неопытным молодым волком, с которым они могли легко справиться.

— Я так по тебе скучала, — прошептала я. — Но я бы предпочла никогда больше тебя не видеть, если бы это означало, что ты освободишься из этого адского места.

Я лежала на боку лицом к нему, не желая выпускать его из виду ни на секунду. Он смотрел на меня, не мигая, и я молилась, чтобы мой Ронан всё ещё был там.

— Пожалуйста, Ронан, — тихо взмолилась я. — Пожалуйста, вернись ко мне.

* * *

Я резко проснулась от звука открывающейся двери, и мне потребовалось время, чтобы вспомнить, почему я спала на полу. Я резко села и посмотрела на Ронана, боясь обнаружить, что всё это мне приснилось. Он по-прежнему был там, но уже стоял на лапах и, оскалив зубы, ждал того, кто открыл дверь.

Прибыли два охранника с тележкой с едой. Они поставили подносы в каждую камеру и ушли, не сказав ни слова. Я посмотрела вниз и увидела на своём подносе еще один завернутый сэндвич и печенье. На подносе Ронана была груда окровавленного мяса. Он проигнорировал еду, очевидно, проявляя к ней такой же слабый интерес, как и я.

Я до сих пор не могла поверить, что это он. Я наконец-то смирилась с тем, что больше никогда его не увижу, и вот он стоит в трёх метрах от меня.

Дверь снова открылась, и я напряглась. Охранники могли быть здесь только для того, чтобы увести кого-нибудь или вернуть в камеру. Саммер не было со вчерашнего дня, и я молилась, чтобы её вернули.

Последним человеком, которого я ожидала увидеть, был Джулиан Кросс. Он подошёл к моей камере, как будто был другом, забежавшим поздороваться, но от хитрого выражения его глаз у меня по спине пробежал холодок страха. Что он задумал на этот раз?

— Доброе утро, Даниэла, — сказал он весёлым тоном.

Ронан обезумел и врезался в барьер с такой силой, что я подумала, он его сломает. Невозмутимый Джулиан сунул руку в нагрудный карман и достал один из контроллеров, которые были у охранников.

— Скажи ему, чтобы он остановился, или я воспользуюсь этим, — сказал он, перекрывая шум.

Я покачала головой.

— Я не могу заставить его остановиться.

Палец Джулиана завис над кнопкой.

— А я думаю, ты можешь.

Я перевела взгляд на Ронана. Я видела, что с ним сделал ошейник, и я не могла вынести, когда он снова будет так страдать.

— Всё в порядке, — громко позвала я. — Успокойся.

Джулиан наклонился ближе к барьеру.

— Может, это поможет, если ты назовёшь его по имени. Как ты его назвала? О, да. Ронан.

Лёд залил мои вены, и несколько секунд я не могла пошевелиться. Он знал и пришёл сюда, чтобы воспользоваться этой ценной информацией.

— Продолжай. Скажи своему другу Ронану, чтобы он замолчал, — сказал Джулиан.

Я судорожно сглотнула.

— Он не