Исцеляющее сердце (СИ) - Овсянникова Екатерина

Утром я обязательно ее проведаю!

Глава 26

Клара

Ох, что это со мной? Еще минуту назад я ничего не слышала и не видела, а сейчас тело наводнила странная слабость и боль, будто я всю ночь огромные телеги разгружала…

Может я просто долго спала на этом боку и все отлежала?

Попытка принять другую позу и погасить дискомфорт не увенчалась успехом — ощущения оставались такими же, только к ним добавились яркие лучи послеобеденного солнца, что пробивались через занавеску в надежде разбудить любого, кто посмел спать в такой час.

Перевернувшись еще раз, я почувствовала под рукой что-то мягкое, пушистое, но такое теплое…

Не открывая глаз, я расплылась в улыбке. Этот источник тепла и пушистости ни с чем не спутаешь!

— Ох, доброе утро, Марс! — прошептала, почесывая рыжего непоседу. В ответ послышалось легкое мурлыканье. — Смотрю тебе спалось гораздо лучше, чем мне.

В комнате так уютно… На столе стояла ваза с огромным букетом разноцветных пионов, в камине ярко горел огонь, а за окном активно щебетали птицы. По сути ничто не предвещало беды, но почему-то сердце никак не отпускала тревога. Как будто случилось что-то важное и в то же время ужасное…

Мурчащий питомец негромко мяукнул и убежал со своего теплого местечка, а вскоре послышалось шуршание в миске.

Желая добавить ему еды, я сонно потянулась и открыла глаза. Взгляд невольно упал на мои руки и я замерла в ужасе.

Было отчетливо видно синяки и царапины от крепких веревок, что сдавливали запястья.

Воспоминания о вчерашнем тут же нахлынули с головой, с каждой секундой все сильнее лишая возможности адекватно мыслить.

То нападение на пруду, мой израненный брат, Виктор и то, что он сделал…

Уткнувшись носом в подушку, я стала изливать из себя все накопившееся горе.

Хоть пережить такое врагу не поделаешь, но больше всего сейчас я горевала совершенно о другом.

Уильям… Мой возлюбленный лишился шанса на исцеление! Проклятие так и будет терзать его, год за годом вынуждая губить невинные души… Этот сумасшедший старик в итоге не только отнял его право на нормальную жизнь, но и лишил последней надежды на спасение… Несправедливо!

Даже не помню когда я последний раз так горько плакала. Разве что в тот день, когда погибли наши с Ноа родители…

Все плохое словно полилось из меня единым потоком слёз, не давая отдышаться от плача ни на секунду.

Я так погрузилась в объятия отчаяния, что даже не заметила как рядом на кровати оказался мой возлюбленный.

Возлюбленный, который из-за проклятия вновь продолжит влачить не самое приятное существование…

— Клара, любимая, что случилось? — супруг заботливо схватил мою ноющую руку в крепкий замок. — Тебе плохо?

— Все нормально, — громко шмыгнула носом. — Просто… Ноа… Он так пострадал из-за меня… И… Уильям… мне… так жаль… — еще раз шмыгнув изо всех сил, я на духу выложила всю свою боль. — Я потеряла свой дар и лишила тебя шанса на спасение!

Супруг лег рядом и стал правой рукой гладить мои волосы. Чувствую, как его губы прильнули к моей руке и нежно поцеловали тонкие пальчики…

— Все хорошо! Самое страшное осталось позади! Ноа скоро поправится и его жизни ничто не угрожает, — успокаивал меня он. — И с тобой тоже будет все хорошо! После очищающей настойки ты, возможно, чувствуешь себя неважно, но скоро это пройдет. Вылечишься и мы снова будем проводить время вместе!

Звучит это, конечно, приятно, но… Насколько долго в итоге продлится это счастье? Как его законная супруга, в следующем году я должна буду отдать ему очередной укус, который в отсутствие дара станет для меня смертельным…

— Но Уильям, разве я смогу быть счастлива, наблюдая как ты страдаешь от козней Виктора? — спросила, ненадолго оторвавшись от подушки и повернувшись к нему лицом. — Это ведь он заказал это ужасное проклятие… Это он отнял мой дар и лишил тебя возможности исцелиться…

Почему-то он расплылся в улыбке и в следующую секунду одарил мои уста легким поцелуем. Складывалось впечатление, будто он совсем не переживает об этом… От удивления я забыла как дышать, а слезы словно сами перестали катиться из глаз.

— Любимая, не беспокойся. Этот ублюдок не успел свершить задуманного! Сейчас тебе просто нужно отдохнуть и успокоиться, а как выздоровеешь — сходим на пикник. Да и не только на него — и порыбачим, и погуляем по ночному саду. Все, что только твоей душе угодно, только поправляйся…

Супруг игриво провел пальцем по моей шее и указал на мой кулон, который все также ярко светился. На душе в этот момент стало так легко, будто с плеч свалился тяжеленный груз, что тянул меня в бездну боли и отчаяния.

— Я… Так счастлива… — это все, что я смогла вымолвить в этот момент. Дыхание все еще сводило от плача, но из глаз теперь лились слезы радости, а губы согнулись в слегка кривой, но все же улыбке.

Его сильная рука коснулась моей влажной щеки, заботливо погладив ее, а большой палец вытер влажные губы. Еще секунда — и я вздрогнула от неожиданного поцелуя. Такого приятного и страстного. Соленые от слез губы, красное и кривое от плача лицо… Уильяма ничего не волновало и он жадно накрывал мои уста своими, двигаясь уверенно и настойчиво, пока не вырвал из меня пару стонов.

Лишь когда наш поцелуй разомкнулся я снова смогла начать дышать… Горести и печали — в этот момент я, кажется, забыла обо всем… Все, что мне сейчас хотелось — чтобы он был рядом, но я понимала, что ему надо и своими делами заниматься.

Словно прочитав мои мысли, Уильям поднялся, еще раз погладив на прощание мою руку. Видимо, ему и вправду пора идти.

В груди снова почувствовалась тягота от грусти и тоски, и я горько вздохнула, провожая супруга взглядом…

— Как же хочется, чтобы ты сейчас никуда не уходил и был рядом… — негромко проговорила ему вслед.

На секунду он остановился, словно услышал мои слова, но потом вышел из моей комнаты и закрыл за собой дверь.

Едва его шаги стихли, как из моих глаз опять полились слезы. И почему я сегодня такая плакса? Хотя… Уильям упоминал что-то об очищающей настойке, которой меня могла напоить Ниннэ. Наверное, у этого лекарства вот такой побочный и неприятный эффект…

Перестала я плакать также стремительно, как и начала. Я лежала на боку лицом к выходу и бросала взгляд то на мольберт с незаконченной картиной, то на узорчатую деревянную дверь…

Я уже почти погрузилась в горький сон, как послышался знакомый скрип. Удивившись звуку, резко распахиваю глаза и потираю их, чтобы убедиться в увиденном.

На пороге комнаты стоял Уильям с огромным подносом, полным всякой еды!

Кусок сладкого лимонного пирога, заварочный чайник, тарелка и чашки, множество разных фруктов… И как здесь столько всего уместилось?

— Я тут подумал, что тебе будет полезно немного перекусить, — замялся Уильям, слегка пожав плечами. — Да и выздоравливать намного легче на сытый желудок!

Радостно сверкнув изумрудными глазами, я присела на кровати и он поставил мне на колени весь поднос, который так и ломился от яств. А какой от всего этого исходил запах… Оооо, один лишь вдох и я уже чуть не сошла с ума! А сама мысль, что я сейчас это съем… Держите меня семеро!

Облизнувшись в предвкушении, я схватилась за пирог. Разломав огромный кусок пополам, кладу излишек на тарелку и протягиваю выпечку супругу. Тот сначала пытался отмахнуться, но под настойчивым изумрудным взглядом он все же принял угощение и стал уплетать его вместе со мной.

Подхватив заварочный чайник, Уилл аккуратно разлил содержимое в две заранее приготовленные чашки. Принюхавшись, я почувствовала успокаивающий ягодный аромат, что пробирал до мурашек от наслаждения… Вкус у него был также приятным и в то же время бодрящим. Это божественное чувство, когда горячий и вкусный напиток разливается по твоему телу, наполняя тебя теплом… Разум словно сам закрыл мои глаза и растянул губы в счастливой улыбке… Я будто забыла обо всех горестях и отдалась лишь светлым мыслям!