Сделка с профессором (СИ) - Краншевская Полина

У Беатрис пересохло во рту, голова кружилась все сильнее, а в душе набирал силу ураган безудержного веселья. Она бесстыдно рассматривала обнаженного Атли, любуясь его литыми мускулами на груди, играющими в неверном свете под бледной кожей, его сильными руками, его рельефным животом. Ее взгляд приклеился к поросшему темными волосами паху, и она с любопытством первооткрывателя таращила округлившиеся глаза на внушительное напряженное мужское естество.

– Не смотри на него так, – с глубоким гортанным смехом сказал Атли. – Иначе я за себя не отвечаю.

Бетти захихикала в ответ, поражаясь тому, что присущее ей смущение испарилось без следа, ее так и подмывает потрогать то, что раньше было недоступно. Атли будто прочитал тайные помыслы, усмехнулся, взял ее руку и направил в нужное место. Она почувствовала горячую подрагивающую плоть, обхватила ее и погладила по всей длине, наслаждаясь ощущением сокрытой в ней силы.

Дыхание Атли участилось, он прикрыл глаза и выдохнул:

– Не останавливайся.

Беатрис, ободренная его реакцией, начала действовать смелее, и скоро Атли уже мелко дрожал, стоя перед ней на коленях и позволяя вытворять с собой все, что ей заблагорассудится.

– Бетти, – простонал он, схватил шаловливые ладошки и повалил ее на мягкую шкуру. – Ты решила свести меня с ума? Не выйдет. Если я свихнусь, то только вместе с тобой.

И он принялся ласкать ее извивающееся от новых опьяняющих, сладостных ощущений тело, целуя, прикусывая и изучая языком каждый сантиметр. Беатрис никогда не думала, что способна так откровенно стонать в голос, так хрипло выкрикивать имя Атли и так безудержного хотеть нависающего над ней мужчину. Но ему оказалось этого мало, он развел ее бедра и коснулся своим естеством. Бетти протяжно застонала и подалась вперед, мечтая ощутить его плотнее.

– Нет! – вскрикнул он, удерживая ее. – Умоляю, не двигайся. Мы не должны сделать тебе больно. Только нежность и удовольствие.

Мысли Беатрис путались, она с трудом разбирала звучавшие в ушах слова, точно звук шел через водное пространство вокруг ее головы, все плыло перед глазами, и только одно ощущение владело ею в этот момент – она хотела этого мужчину, хотела до умопомрачения и не готова была отказаться от предлагаемого им блаженства.

Она захныкала и потянулась к нему, Атли процедил сквозь зубы крепкое словцо и принялся ласкать ее своей плотью, едва-едва проникая внутрь. Бетти всхлипывала и кусала губы, требуя еще и еще. Наконец она почувствовала, что вот-вот разорвется на части, но Атли вдруг гаркнул:

– Распахни резервуар! Живо!

Беатрис не соображала, что происходит, ею завладели древние как мир инстинкты, и она бездумно подчинилась воле сильнейшего. Поток ее маны вырвался наружу и как торнадо закружил над распластанной девушкой. Атли продолжил ласкать ее еще настойчивее, и она закричала от нахлынувших, томительно тягучих, сладостных ощущений. Атли сжал челюсти, помог себе рукой, и горячее семя брызнуло Бетти на живот.

– Коснись моей груди! – скомандовал он.

Комната вертелась перед Беатрис колесом, в легких разливался пожар, она зажмурилась, протянула руки, дотронулась до раскаленного тела и выпустила наружу все то, что жгло ее изнутри. Ее мана обрушилась на зияющий чернотой резервуар Атли, и он захрипел:

– Да! Бетти! Да!

Он напитывался ее энергией как исхудавший, изголодавшийся пленник, вырвавшийся на свободу. Он тонул в потоке ее силы и не хотел искать спасения. Он жадно тянул к себе ману и не мог насытиться, умирая от блаженства и нескончаемого удовольствия.

Сплошная непроглядная тьма окружила Беатрис. Чернота выла и терзала, требовала и отнимала, не терпела отказа и присваивала. Присваивала беспощадно, все без остатка. Бетти уже с трудом различала крохотный золотистый огонек в своей груди. Беспросветное отчаяние и боль переполнили ее, и она из последних сил рванулась как можно дальше от этой кошмарной алчной бездны, но та настигла ее, схватила и уничтожила. И Бетти перестала существовать.

Глава 14

Сосредоточив все свое внимание на метрдотеле закрытого клуба, Эдман нанял в теневой гильдии двух следопытов и поручил им наблюдение за медином Райтом. Прежде всего, его интересовало, чем занимается метрдотель в свободное от службы время, с кем встречается, где живет, есть ли родные и многое другое. Важно было понять, насколько легко к нему подобраться. Эдмана не покидала уверенность, что медин не так прост, и если уж он связан с похитителями Сонар, то те, скорее всего, позаботились о безопасности своего доверенного лица.

Кроме того, он отправил помощнику Вилмора письмо с просьбой прислать все возможные сведения о метрдотеле закрытого клуба. И через седьмицу Эдман получил подробные отчеты обо всем, что касалось заинтересовавшего его человека. Медину Райту было шестьдесят семь лет, родился он в Глимсбере, ни родных, ни близких знакомых не имел, много лет служил дворецким в посольстве Нодарской империи в Айсарийском шараате. В шестьдесят лет ушел со службы на предоставленную государством пенсию, вернулся на родину и поселился на окраине Финара в добротном доме, купленном на скопленные деньги.

Казалось бы, живи да радуйся, отдыхай от суетных дел, но медин вдруг устроился работать в клуб для знатных господ с первого дня открытия заведения и занял там лидирующие позиции. Все договоры подписывал именно он от имени хозяина клуба, Аттисана Фрауда. Новых членов также принимал метрдотель, составлял анкеты и собирал взносы.

«Как могли пересечься пути максиса Фрауда и медина Райта? – обдумывал полученные сведения Эдман. – Почему обосновавшийся в империи иностранец вдруг поручил ничем не выделявшемуся из сотен других старику практически весь клуб? Получается, они давно были знакомы и, возможно, тесно сотрудничали еще до переезда Фрауда и возвращения Райта. А где они могли вести общие дела? Правильно, только в Айсарийском шараате. Демоны задери этих ублюдков белобрысых! Везде пролезут. Хорошо, что я отказался служить в посольстве, иначе с моим появлением такие вот темные личности как медин получили бы сполна, а это могло прийтись кое-кому не по вкусу».

Он стиснул челюсти, вспомнив последнюю встречу с Вилмором и разговор о высочайших приказах, запретивших довести расследование исчезновения Сонар до конца, блюдя интересы чересчур богатых максисов, не жалевших ассигнаций на подкупы должностных лиц. С того дня Эдман больше не видел Иксли, переписываясь только с его помощником, да и сам Вилмор не искал повода увидеться.

«Он, конечно, в курсе всего, – хмурился Эдман. – Фрэнк в любом случае докладывает ему, какие данные мне отправляет. Но раз Вил молчит, значит, не собирается сейчас лезть в это дело. А вот что будет, когда я найду Сонар, это еще вопрос».

Он не сомневался, что девчонка жива. Никто не стал бы похищать дайну и инсценировать ее смерть для того, чтобы тут же ее прикончить.

«Нет, – рассуждал Эдман. – Она нужна им живая и здоровая. Иначе ее маны они не увидят. Сонар, должно быть, берегут и обращаются хорошо. Передача энергии может быть только добровольной. Еще никто не нашел способа насильно отбирать ману, а то давно бы переловили всех бестолковых лоунок и опустошили без разбора».

Он знал, что его задача отыскать заказчика похищения, и тогда определение местоположения дайны – вопрос времени. Но что сделает с Сонар Вилмор, когда Беатрис окажется в руках Эдмана? За это он не смог бы поручиться, даже если бы захотел. В вопросах интересов правящего рода Иксли был беспощаден и вполне мог счесть освобожденную пленницу опасной или связанной с заговорщиками.

Эдман отогнал тягостные мысли и снова погрузился в изучение отчетов.

Следопыты писали, что медин Райт часто принимает в своем доме ночных визитеров. За прошедшую седьмицу у него останавливались несколько айсарийцев, и каждый раз их сопровождал управляющий судоходной компанией «Полярный циклон».

– Как занимательно! – присвистнул Эдман.

«Густав Сиас тайно, под покровом ночи водит к медину Райту выходцев с Северного материка, – кривил он губы в презрительной усмешке. – Чем же может быть полезен метрдотель клиентам судоходной компании? Возможно, через закрытое заведение сбывают какие-то контрабандные товары максисам? Все же членами клуба являются, например, и жители столицы. А казалось бы, где столица, и где Финар? Здесь явно нечисто, и разобраться во всем мне может помочь исключительно сам медин Райт».