Один континент (СИ) - Мейз Евгения

улыбается или смеется в самой глубине души и ничего при этом не говорит. Ощущения

“презамечательные” в тот момент, чувствуешь себя стопроцентной идиоткой.

Как все-таки странно, пугающе, необычно, что такие с виду симпатичные и обаятельные люди

на самом деле монстры. Чем-то похожи на хищные цветы, такие прекрасные и одновременно

зубастые.

Они вампиры. Другого определения их сущности я не вижу, хотя и продолжаю сомневаться в

своей догадке. Мне казалось эти существа пьют кровь, а не обгладывают кости.

Может Паоло с Лизой что-то напутали? Может те люди решили припугнуть их таким образом?

Если думать именно в таком русле, то я просто не вижу логики в таком поступке. Я бы в

таком случае постаралась бежать, как можно быстрее, не оглядываясь и не обращая внимания

ни на что.

- Нет, Алекс! Когда сбежал мистер Солантес она кричала что нас нужно проучить, преподать

такой урок, чтобы мы никогда его не забыли.

Не в первый раз я слышу это “она”. Паоло знает, как зовут таинственную женщину, но

говорить имя отказывается. Они как будто боятся, что произнеся его она явится к нам в

высотку.Я вижу в их карих глазах страх и сдаюсь, прекращаю задавать вопросы.

- Потом была Адеилаида. Она тоже решила бежать, но у нее ничего не получилось. Вечером,

после ее ухода, вернулся Ирвин и пытался накормить нас мясом, предлагал откусить кусочек

от руки обожаемой нами Адель.

Мне становится дурно, но я стараюсь держаться, не прикрывая при этом глаза. Я должна быть

сильнее их, даже если потом я проплачу всю ночь, уткнувшись в подушку.

- Этот Ирвин, он тоже ел мясо?

Паоло кивает и оглядывается на Лизу. На лицах подростков нет ни горечи, ни печали, ни

навернувшихся слез, на них написано смущение и совсем скоро я понимаю почему именно оно.

- Да, они потом заставили нас есть это, каждый раз приговаривая, что если мы не хотим

подобной участи должны сидеть и не рыпаться. Иначе, основным блюдом может стать кто-нибудь

из нас, я, Серж, Роберт или Стейси. Они говорили, что у них безопаснее!

Я потянулась к ребятам, притягивая их к себе за головы и целуя по очередности в лоб.

- Адель ведь хорошо относилась к нам, она жалела и старалась не делать больно.

Я не понимаю, но дети показывают свои запясья, потом изгиб локтя, ключицы. Я не понимаю.

- Вены. Видишь их нет? Они брали у нас кровь.

Я вижу и обнимаю их еще крепче. Они такие смелые, такие молодцы, что решились бежать

несмотря ни на что, такие бесстрашные. Я бы наверное так не смогла.

Джейк не русал и не тритон. Хотя, рыбу ловит только на раз, два, три. Джейк - не демон и

ни одно из древнегреческих чудовищ, но очень похож на богов древнего Египта. У тех тоже

было не все в порядке с головами. Я не мозги имею ввиду, а их оболочку.

Кем он еще мог быть? Упоминание и зарисовки таких, как Раф я нигде не встречала. Джейк так

и не показался в своем истинном обличии, не то, чтобы я очень хотела этого, но тем не

менее было любопытно.

“Давай не будем рисковать, а милая?”

Не рисковать, так не рисковать. Чего он боится? Что сорвется и набросится на меня? Весьма

нелогичное суждение. Мы с ним столько времени прожили рядом друг с другом. Пару месяцев

назад вообще жили, как кошка с собакой.

Я перерыла воспоминания несколько раз, но никого подобного “страшилкам” так и не

вспомнила.

Но, чтобы там не говорили книжки, комиксы, картинки и фильмы, они все-таки вампиры, хотя,

мне казалось, что они выглядят несколько иначе, вспомнить только ассортимент

костюмированных магазинов и “Дракулу” Брема Стокера.

Видел ли Брем вампиров на самом деле или же просто создал своего персонажа по рассказам

тех кто уцелел, усилив темный образ мертвенной бледностью, боязнью солнечного света и

осиновых кольев?

Всегда задавалась вопросом: способен ли обычный человек выжить после того, как ему всадят

кол прямо в сердце?

Способ по эффективности прямиком из мирового бестселлера “Молот ведьм”. Там описывается

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

чудесный способ определения ведьмы: бросили с камнем на шее в воду и ждут. Всплыла?

Однозначно, ведьма! Не всплыла? Невиновна. Только кому от этого легче?

Конец в обоих случаях, как не крути печальный. Так и с вампирами.

Мы сначала отправили наверх Лизу. Последнее время я активно против того, чтобы первой шла

именно она. Меня и теперь охватывает чувство паранойи, все чаще мне кажется, что в нашем

доме бывает кто-то посторонний. Джейк говорит, что все только у меня в голове и он ни разу

не почувствовал кого-то чужого.

- Она быстрая и юркая, говорит, что если что просто скатится вниз! - успокаивает меня

Паоло, глядя на то, как я не отрываю взгляда от окна наверху.

- Да-да.

Несколько минут мы ждем, когда она вновь выглянет из окна и покажет палец поднятый вверх.

Я с облегчением выдыхаю, жду когда она спустит крепления и цепляю за него коробку с

тяжеленным подарком.

- Я вернулся!

Джейк проходит в совершенно холодную и пустую гостиную.

- Народ! Вы где?!

Он бросает взгляд в сторону окна, за которым стремительно меркнет солнце. Где они? Они не

успеют даже, если очень захотят. Что случилось?! Что произошло?!

- Алекс!

В комнате в обыкновение прежнего не пахнет едой. Обычно Алекс варит рис или макароны,

заправляя их всевозможными приправами и найденным то оливковым, то топленым маслом.

- Джейк!

Он оборачивается и кажется, что с этим движением у него слетает гора с плеч. Мальчишка

смотрит на него, дергая головой и показывая глазами наверх.

- Мы наверху! Ты не поверишь! Хотя…

Он замолкает, смерив его подозрительным взглядом.

- Давай за мной!

Он не спешит нагнать его. Теперь просто идет, радуясь тому, что с Алекс все в порядке. Он

только удивляется тому, что они на крыше. Что они забыли там в столь поздний час? Может

что-то сломалось?

Нет. Не сломалось.

На крыше звучит негромкая музыка, что-то из танцевальный хитов. Паоло и Лиза сидят на

низеньком матрасе, возле них огромная жестяная банка из-под маслин, приспособленная ими

под мини-печь. Из ее жерла вырывается огонь, согревая озябших подростков.

- Что-то сломалось? Почему мерзнете здесь, а не идете вниз?

- Нет, мы ждем.

Говорит Алекс негромко. Она не оборачивается к нему, продолжая стоять на краю крыши. Что-

то привлекло ее внимание. Она выбрасывает вниз сигарету и закуривает новую.

- Чего вы ждете? Там что лифт сломался? - продолжает допытываться Джейк. - О каких

новостях ты говорил?

Он смотрит на подростков. Музыка уже стала раздражать его. Мелодия неплоха, а вот

исполнитель бесит, впрочем, судя по всему все скоро закончится. Ритм и темп мало-помалу

затихают, становятся тише..

Так и происходит: мелодию обрывает музыкальная заставка, а дальше раздается голос ведущего

ежевечерних новостей. Джейк все еще не понимает. Лица детей освещает сначала восторг, а

потом какое-то хмурое выражение. Он ищет источник звука. Радиостанция находится совсем

близко к солнечной станции.

- Лидеры стран объединенной Европы вновь собрались в штаб-квартире в Мюнхене. За время

проведения трехдневного саммита  будет рассмотрено множество вопросов касающихся

экономики, энергетики, внутренней и внешней безопасности, продовольственный и жилищные

вопросы, также ожидается, что представители государств обсудят действия нового

международного закона исполнения наказаний.

Судя по оживившемуся голосу ведущего, полному восторженных и где-то удовлетворенных

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

интонаций, он явный сторонник новой нормы права.