Наталья Кремнёва - Несвятая троица

— Плохо! Надеюсь, ты хоть иногда сцеживал яд? Иначе мы всерьез рискуем и без того хрупким перемирием, — невозмутимо продолжила Лава. Я чуть не зааплодировала, честное слово. Дев возмущенно дернулся, а Лейа расхохоталась.

— Ура! Так тебе и надо, Темный! Тен, как же мне тебя такой не хватало! — и она ринулась обнимать подругу.

— Сплевывал, — мрачно буркнул Пыль. — А зря. Надо было копить. Специально к нашей встрече.

— Сплевывал? Отлично! Но, надеюсь, это место хорошо спрятано. А то если кто в твоих песках на него наткнется — ведь погибнет же сразу. От паров.

Вот тебе и Хранители, Высшие Существа. Кто кого сильней опустит. А Ванда Верран взирает на них с легкой улыбкой и абсолютно отрешенным видом. Нет, зрелище любопытное, не спорю, но у меня, между прочим, уже ноги затекли. Диванчик-то маленький. Я пошевелилась, и сосед не оставил это незамеченным.

— Тебе неудобно? — горячее дыхание едва коснулось моего уха, но толпе мурашек хватило и этого, чтобы дружно прогалопировать по телу. Я чуть кивнула в ответ, и парень тут же сменил позу, и свою, и мою. Попросту закинул мои ноги себе на колени. Голову на плечо я ему положила сама. А что, так действительно удобнее. Наша возня без внимания не осталась: Деврос ехидно поднял бровь, но комментировать пока не стал. Впрочем, Темный Гад еще успеет наверстать.

Наконец, все более-менее утихомирились, расселись. Количество кружек в комнате существенно увеличилось. На минуту даже установилась тишина, чем не преминула воспользоваться Помощница.

— Что же, вот и наступил он, поворотный момент истории Солама. Нам многое пришлось испытать, чтобы приблизить его. Нам — это каждому из нас. Каждому, от свидетелей тех дней до, казалось бы, совершенно не имеющих отношения к случившемуся. Вы все связаны. Но как — я пока не могу сказать. Не имею права.

— Да ладно! — Дев не смог промолчать. — Брось прибедняться, старушка! А кто помогал приговору? Не ты ли одна из организаторов? Не ты ли всегда все знаешь наперед? И тут знала, я уверен, брось темнить. Уж теперь-то не к чему.

Ванда неопределенно улыбнулась.

— Ты не прав, Деврос. Я — только исполнитель. Мне известно несравнимо меньше, чем вы думаете. Помогала ли я приговору? Да, я ратовала за его смягчение. И тоже наказана, как и все вы. Недоверие — часть моего наказания.

Хранитель Песка скептически фыркнул, но Лейа шикнула на него. Шэра воспользовалась паузой.

— Наказана? Ты? Почему?

Помощница повела головой.

— Я… Я была неугодна. Слишком много о себе возомнила. Зарвалась. Воспротивилась. И меня наказали. Вместе с вами.

— Ты еще скажи с любимым разлучили, — вновь фыркнул недоверчивый Деврос.

— Верно. До моей свадьбы оставалось три дня. Но его забрали. А меня оставили.

После ее слов воцарилась тишина. Видимо, такого не ожидали даже Хранители. А Ванда, помолчав, продолжила.

— Вы уединились со своей болью. Я не могла. Люди по-прежнему шли ко мне, надеялись на меня. Особенно в первые годы. Им было страшно. О моих чувствах никто и не думал. Много сил и терпения понадобилось мне, чтобы сдерживать себя. Терпеть. Не показывать. Помогать… Мне всех проклясть хотелось! Но — помощь ближним превыше всего. И это тоже мое наказание.

Верран помолчала еще немного. Задумчиво отпила отвар. В этот раз никто, даже неугомонный Дев, не решился нарушить молчания.

— Ответственность не дала мне сорваться, скатится в бездну отчаяния. И Малыш. Младший из Богов. Она подарил мне надежду. Мой любимый не погиб. Он ждет меня. Ждет, пока я не исполню свой долг до конца. Я ждала сегодняшнего дня не меньше, чем вы. У всех нас одна цель. И одно наказание.

— Вот только я непонятно за что попала, — не выдержав, буркнула я.

— Ты? Почему же, известно. Но сказать могу мало. Ты изначально принадлежишь этому миру, тебя просто вернули на нужное место. Тамирас, скажем так, часть людского наказания. Радмир… Повторюсь, я не буду спешить с подробностями. Потерпите чуть-чуть. Эту историю должны рассказать другие. Могу лишь сказать, что вы с ним те самые мелкие, но главные шестеренки в поворотном механизме истории. Катализатор, если тебе угодно, — и она улыбнулась мне.

И зачем я вообще рот открывала? Только еще больше запуталась! Парни, по-видимому, тоже. Вон как переглянулись.

— А Шурик? — внезапно спросил Радмир.

— Шурик? Он в некоторой степени мой коллега. Только узконаправленной специализации. Иными словами, помощник лишь для вас, вернее, для Таши.

Пушистик смущенно чирикнул и распушился донельзя. Моя рука так и замерла над ним, не решаясь дотронуться. Черные бусинки показались из белого комка, быстро глянули на нас с ребятами, проверяя реакцию.

— Вспоминайте-вспоминайте. Помогал, ведь так? Защищал, оберегал, направлял. Поддерживал. Это первое его задание. И, на мой взгляд, справился он отлично.

Комок на моих коленях невнятно, но как-то виновато пискнул. Я нерешительно провела рукой по самому краешку шерсти. И наклонилась, столкнувшись лбом с Радом. Хранители, с любопытством наблюдавшие за нами, захмыкали.

— Ну вот, а ты переживаешь. Видишь, как тебя поблагодарить спешат, аж лбами бьются, — обратился Тамирас к Шурику. — Не кисни, парень, ты нам действительно помог. Спасибо.

Рад кинул быстрый взгляд на брата и серьезно пожал белую лапку.

— Тамирас прав. Спасибо, Шурик.

Я же просто наклонилась к самым ушкам и тихо шепнула:

— Спасибо, друг.

Казалось, сильней распушаться некуда, но зверьку удалось. Я улыбнулась ему и перевела взгляд на Ванду.

— Что ты имела в виду под фразами о моем предназначении, принадлежности и прочем? Я так ничего и не поняла. Кто сможет объяснить это?

— До чего же ты нетерпелива, — мягко улыбнулась Верран. — Подожди еще чуть-чуть. Ведь ты еще не выполнила задание. Хранителей здесь всего пять.

— И то верно. Хватит тянуть, старушка, колись. Что дальше? Уж это-то ты наверняка знаешь, — встрял Дев.

— Что нам нужно сделать? — поддержала его я.

— Что нужно сделать в конце? — Помощница изогнула губы в лукавой усмешке. — Конечно же возвратиться к началу.

— Гениально! — сарказм Хранителя Песка нарушил минутную тишину в комнате. — А попроще нельзя? Тебя не смущает, что начало у каждого свое?

— Я ответила тому, кто спросил.

— Я тоже спрашивал!

— Она сформулировала вопрос четче.

— Ванда, может, хватит уже загадок, — устало перебила их пикировку Тентара. — Разве мы не достаточно выстрадали?

— Да… Простите. За эти годы я совершенно разучилась говорить с равными. Мне подчинялись, меня слушали. Восхищались, почитали, боялись. Но просто поговорить — увы… Впрочем, оставим. Вы правы, пора вернуться к общему делу. Думаю, вы все в курсе пророчества, оставленного Пиросу. Но на всякий случай напомни его, будь любезен.