Вергилия Коулл - Холодные звезды

— Кэп… — нахмурился бритоголовый Бизон, — мне нужно больше времени, чтобы рассчитать координаты. Кроме того… мы не выдержим скачок в гиперпространство, и ты это знаешь.

Новая волна, только теперь с другой стороны, отбросила Кая от меня и заставила девчонок завизжать.

— Следующий выстрел будет на поражение, — проблеял долговязый, уткнувшись в экраны своих приборов.

— Тоннель! — взревел Кай еще громче. — Открывай его! Ну!

— Мы развалимся на части! — лицо у Бизона покраснело.

— Мы выдержим!

— Это будет прыжок вслепую, я успеваю лишь примерно сделать расчеты.

— Так делай их, а не трепись со мной!

Я поняла, что Кая уже ничто не сможет переубедить. Он так трясся за свой груз, что легко мог рискнуть всеми нами. В опасности шага я не сомневалась. Как не подумала раньше! Такой долгий переход, длиной в целый месяц, можно было существенно сократить за счет гиперускорения, и большинство кораблей успешно пользовались подобной возможностью, путешествуя между галактиками. Но эта ржавая банка, видимо, исчерпала запас прочности и доживала последние дни, дрейфуя в космическом пространстве на малом ходу.

Онемев от ужаса, я посмотрела на подруг. Лиза и Катя вцепились друг в дружку и тряслись, но спорить не пытались. Сдались на милость судьбы. Я же, напротив, была полна решимости бороться до последнего. Но когда собралась с духом и приготовилась снова накинуться на Кая, глаза обожгла мучительно-яркая вспышка света. Она тут же угасла. Белые точки на черном полотне вселенной вытянулись, поплыли, превратились в длинные светлые полосы. Еще одна вспышка. Нарастающий гул…

В следующий миг со всех сторон раздался оглушительный грохот, похожий на тот, когда горсть мелких камней кинут на железный лист. Завыла пронзительная сирена системы безопасности. Корабль начало швырять с утроенной силой. Нас бросило на пол, разметало в стороны. Послышался женский визг, и я не могла поручиться, что он не исходит в том числе и от меня.

— Мы вышли прямо в центре астероидной бури, — пытался докричаться до Кая бритоголовый. — Я предупреждал, кэп, что координаты примерные…

— Мы в галактике протурбийцев? — спросил тот, цепляясь за кресла помощников, чтобы устоять на ногах.

— Да.

— Отлично. Держать курс на выход из бури.

— Невозможно, кэп! — в голосе долговязого промелькнули истеричные нотки. — У нас потеря управления! Первый и второй двигатели получили повреждения и отказали!

Я подняла голову как раз в тот момент, чтобы увидеть на экране наплывающий на нас огромный шар.

— Что это за планета? — глухо поинтересовался Кай.

— Пытаюсь выяснить, кэп. Бортовой компьютер показывает большую потерю энергии. Мы попали в область притяжения, кэп! Мы не вырвемся, кэп!

— Отойди! — Кай схватил за шиворот и буквально вышвырнул из кресла долговязого. Тут же сам занял его место.

— Что ты собираешься делать? — не на шутку встревожился бритоголовый.

— У нас еще не все двигатели отказали, — сосредоточенно пробормотал Кай, нажимая на кнопки. — Если мы не можем вырваться, значит, мы приземлимся.

— У нас давление снижается… похоже, пролом в корпусе…

Я слушала и не могла поверить своим ушам. Мы падали! Просто падали на чужую планету, а этот сумасшедший еще надеялся на мягкую посадку! У меня внутри все оборвалось. На спасение не осталось надежды.

Тем временем, на пульте управления что-то пронзительно запищало. Долговязый тряхнул головой, подскочил с пола, бросился нажимать на клавиши, вклинившись между двумя креслами.

— Мы не можем туда садиться! — простонал он. — Это Н-17! Там карантин первой степени! Даже аварийные посадки на ней запрещены!

— Как будто у нас есть выбор! — прорычал Кай.

Над нашими головами тут же раздался угрожающий треск. Я забыла, как дышать. Мы просто-напросто разваливались на ходу, а вхождение в атмосферу планеты только добивало дышащую на ладан развалюху.

На экране снова возникло ослепительное сияние. Казалось, корабль охватило пламя.

— Вы еще здесь? — спохватился и вспомнил о нас Кай, обернувшись в кресле. — Жить совсем не хочется?!

Как ни странно, его окрик отрезвил меня. Я вспомнила уроки по безопасности полетов так четко, что даже сама себе удивилась. Нам требовалось срочно зафиксироваться, чтобы не пострадать. Я вскочила на ноги, бросилась к перепуганным подругам, потянула их за собой.

— Быстро! Нужно добраться до кресел!

Это оказалось нелегкой задачей. Из-за тряски нас мотало из стороны в сторону, приходилось передвигаться где ползком, где перебежками. Мои руки и ноги наверняка сплошь покрылись ссадинами от столкновения с различными поверхностями и предметами.

Наконец, мы втроем сумели забраться на сидения, укрепленные вдоль стены в основном отсеке, и пристегнуть ремни. Сразу стало значительно легче. Я потянулась рукой за кресло и вынула кислородную маску. Знаками показала подругам, что им следует тоже надеть свои. Скрежет и треск вокруг усиливались. Со своей смертью я уже смирилась и лишь из чистого упрямства продолжала выполнять инструкции безопасности. Катю вдруг начало тошнить, Лиза бормотала что-то побелевшими губами.

Я закрыла глаза. Вспомнила нежную улыбку мамы.

Протяжный скрип, будто лист железа разрезали пополам.

Подумала о том, как рассердится отец, узнав о моей гибели.

Грохот по крыше.

— Я забыла Бимбо!

Этот возглас вырвал меня из оцепенения, в которое я уже начала погружаться. Лиза откинула маску, дрожащими руками отстегнула свои ремни и вскочила на ноги.

— Нет! — закричала я, пытаясь схватить ее и вернуть на место, но мои крепления не позволяли дотянуться.

— Он в переноске, в спальном отсеке, — чуть не плакала подруга, — я сбегаю за ним и вернусь.

Крик застрял у меня в горле, когда ее фигурка в белой мужской футболке исчезла за дверью. Левую руку больно стиснули. Катя, задыхаясь от ужаса, вцепилась в меня, ее взгляд то и дело перепрыгивал с моего лица туда, где осталась сестра.

Я хотела утешить ее. Соврать, что все будет хорошо.

Но не успела.

Раз — и вместо двери в соседний отсек, где Лиза искала Бимбо, образовалась зияющая дыра.