Роберт Уэйд - Удивительная история Мэри Стенз

— Да, но девушка…

— Хватит вам беспокоиться о девушке, Эмиль. Доктор Рафф не меньше заинтересован в том, чтобы все сохранить в тайне, и мы с ним уже разработали план. Она будет молчать и поэтому не доставит нам никаких неприятностей.

Миссис Белл наклонилась и нежно похлопала его по отвисшим щекам.

— Положитесь на свою Аманду, — прошептала она.

Глава пятая

В день, когда пришло письмо, Мэри Стенз прямо из офиса пошла в кино. Временная работа, которую она нашла на прошлой неделе, в основном заключалась в перепечатке скучных служебных документов, и, чувствуя нарастающую усталость и душевную пустоту, Мэри позволила себе истратить четыре шиллинга и немного развеяться. Кроме того, что ее действительно интересовала игра актеров, хотя впечатление было ослаблено, как всегда в кино, была еще одна причина, почему ей не хотелось возвращаться домой: Пенелопа этим вечером почти наверняка принимала очередного «друга», поэтому ее задержка на два-три часа была, по меньшей мере, проявлением обычной тактичности.

Когда после десяти она подошла к мрачному старинному дому георгианской эпохи, их окно на третьем этаже еще светилось. Она устало поднялась наверх по лестнице и открыла дверь своим ключом.

В гостиной горел свет, но никого не было. Зато из спальни доносилась какая-то возня, и вдруг Мэри услышала резкий мужской смех. Она пересекла комнату, остановилась перед выщербленным зеркалом, висевшим над холодным, грубо размалеванным камином, и уставилась на свое отражение. В желтоватом свете единственной лампы, свисавшей с потолка, у нее был такой же неухоженный, непривлекательный вид, как и у всей квартиры. Мэри сердито перевела взгляд на отражение за спиной: на выцветшие обои в цветочках, дешевенькую мебель, и ее с новой силой охватило чувство беспомощности и недовольства, которое каждый раз вызывала у нее эта комната.

Но вдруг она заметила письмо. Оно лежало на маленьком шатком столике, единственном в комнате. Бледно-голубой конверт украшала отпечатанная в левом верхнем углу эмблема в форме цветка, состоящего из слов: «Косметическая фирма «Черил». Чья-то рука уже успела грубо надорвать конверт — наверное, Пенелопа поторопилась удовлетворить свое любопытство. Мэри медленно вынула сложенный вчетверо лист голубоватой бумаги и развернула его.

Вверху письма красовалась та же эмблема и полное название фирмы, выведенное элегантным рукописным шрифтом через весь лист. Затем шли два адреса: один — правления фирмы на Парк-Лейн, второй — фабрики в Стенморе. Отпечатанное на машинке письмо было коротким. Внизу стояла подпись: Аманда Белл.

«Уважаемая мисс Стенз!

Благодарю Вас за ответ на наше объявление в «Гардиан». Буду рада, если в следующую пятницу в 11.00 Вы зайдете ко мне в исследовательский отдел нашей фабрики в Стенморе для личной беседы и медицинского осмотра.

С уважением…»

Она трижды перечитала письмо, пытаясь унять радостное возбуждение. Прошло больше недели с тех пор, как она говорила в редакции с Полом Дарком и Брендой Мэйсон, и Мэри начала отчаиваться, полагая, что и эта работа ускользнула от нее. Но хватило этих нескольких отпечатанных на машинке строчек, чтобы ее угрюмая безнадежность тут же, словно по мановению волшебной палочки, уступила место радостному возбуждению. Она повернулась к зеркалу и прояснившимися глазами стала тщательно разглядывать свое отражение, представляя себя в двойной роли: как объект суперсовременного косметического опыта и как тайного репортера «Наблюдателя». Обе перспективы ей понравились.

«Погоди-ка, но ты ведь еще не получила этой работы, — сказала она себе, охваченная внезапной тревогой. — Может, ты совсем не подходишь для того, что им нужно. Может, им нужна девушка совсем не такая, как ты, а с другим лицом или фигурой…»

Вдруг в спальне что-то тяжело грохнулось на пол, и тут же раздался пронзительный, почти истерический смех Пенелопы: «Ой, Питер, дурачок ты мой… какой же ты забавный!..» Отчетливо слышно было каждое слово. Потом из-за стены донесся низкий, неразборчивый голос Питера, за ним сдавленный смех Пенелопы, и наконец наступила тишина.

Мэри нахмурилась, вздохнула и обвела взглядом комнату, ища свою сумку. Затем вновь остановилась перед зеркалом и, поворачивая голову из стороны в сторону, начала тщательно пудрить лицо и красить губы. Она попыталась взглянуть на себя глазами постороннего человека, больше всего ей хотелось заметить в своей обычной внешности хоть какие-то признаки настоящей красоты, но осмотр только огорчил ее.

«Черил», — подумала она. — Так называется та дорогая косметика, которая продается в больших магазинах Вест-Энда. Светло-голубые коробки с серебряной каймой. Это известная фирма, ее изделия рекламируют даже кинозвезды. Она может сделать для меня очень многое… Я уверена, что это и есть тот счастливый случай, которого я так всегда ждала. Если бы только я была хоть немного привлекательней…»

Она рассматривала в зеркале свое грубо накрашенное лицо, и внезапно мысли ее круто повернули в другое русло.

«Не то, — решила она, — совсем не то. Им нужна обычная непримечательная девушка, материал для исследования. Пытаясь сделать себя привлекательней, я не только теряю время, но и рискую не получить этой работы. Лучше вообще не краситься… Пусть сразу увидят меня такой, какая я есть, чтобы не пришлось смывать пудру и помаду».

По узкому коридору Мэри прошла в ванную и намочила край полотенца. Но только она собралась стереть с лица косметику, как в коридоре послышалось шарканье босых ног и в ванную влетела Пенелопа, совсем голая, с растрепанными волосами и размазанной по щекам губной помадой.

— Ой! — вскрикнула она, замерев на месте от неожиданности. — Я не знала, что ты дома…

— Зато я знала, что ты дома, — с нажимом произнесла Мэри. — И Питер тоже.

Пенелопа залилась смехом.

— Ты слышала шум? Этот дурачок Питер грохнулся с кровати, как раз когда мы… — Вдруг она умолкла, заметив на лице Мэри свежую косметику. — Склоните голову перед ее королевским величеством! — насмешливо воскликнула Пенелопа. — Сегодня мы при полном параде, не так ли, дорогуша? Лишь лучшие из лучших достойны внимания косметической… фирмы… «Черил».

— Ты бы лучше не читала чужих писем, — спокойно ответила Мэри. Сейчас, когда Пенелопа придвинулась ближе, она почувствовала сладковатый запах джина, а по опыту ей хорошо было известно, что, если Пенни навеселе, с ней не стоит заводиться.

Пенелопа нежно погладила ладонями свои красивые бедра.