Особо опасная студентка - Пальмира Керлис

не вижу. Все не так уж плохо… Выбери демон-извращенец, например, ректора Кавура, было бы противно. А тут кандидатура ужасает разве что своей реакцией. Впрочем, редкий мужчина оскорбится подобными действиями со стороны молодой и привлекательной девушки.

В памяти всплыл хмурый Киллиан с тяжелым, как артефакторная установка, взглядом и фразой «мы это выясним». Сердце забилось где-то в горле, появились малодушные мысли: может, отпустить демона? Но тогда не стоило соглашаться! Отменять сделку поздно: подписалась, считай, кровью. Теперь разрыв нашей связи чреват нехилым энергетическим откатом. Затратно, опасно и глупо. К тому же демонический нюх наконец приблизит меня к цели. За этот месяц я перепробовала все возможное, без толку. Цитируя гениального темного мага и бывшего ректора Лукаша Янова: «Нет ничего невозможного, если призвать подходящего для этого демона». Призвала, удержала, договорилась. Идти на попятную? Ни за что. Это всего лишь поцелуй.

— Блин… — Под очередной музыкальный залп на соседней кровати заворочалась Лиза. Высунула руку из-под одеяла и коснулась черной пластины, которую называла телефоном. Будильник замолк. — Вставать пора, что ли?

— Ага, первая лекция через полчаса. Если не будешь краситься, то успеешь.

— Скажешь тоже — не краситься! — Зевнув, она сонно продрала глаза. — А ты чего лежишь? Ну сама виновата. В ванную после меня пойдешь.

— Вот и не пойду, — объявила я и, выждав драматическую паузу, закончила: — На лекцию. Мне нужно в Легион. Хочу попросить их разрешить и сегодня собраться отрядам по поиску Лайи.

— Брось, всю доступную территорию студенты прочесали уже. Да и решение принято свыше. Кто его отменит?

— Значит, схожу к их главному.

Выпутывающаяся из одеяла Лиза зависла с перекошенным лицом, забыв о намерении брать ванную штурмом.

— Ты чего? Не ходи к нему! — Она яростно замотала головой. — Через какого угодно легионера передай. Или анонимно в ящик для сообщений вбрось.

— Что в Зинбере такого страшного? — продолжила я затеянный сбор информации. — Расскажи, вы же в прошлом году общались.

— Общались⁈ — Лиза побагровела. — Ты так называешь предъявление обвинений и допрос? Меня вообще-то подставили… За то, что пошла против, как впоследствии выяснилось, сильных мира сего! Справка от крутой целительницы была, что я эмоционально ранимая. А он мне: «Не волнует». Антимагические наручники — и в камеру.

— Поулыбаться мило не пробовала?..

— И поулыбаться, и поплакать. Ему пофиг! Ужасный человек. Сначала арестовывает, потом разбирается.

Не то я хотела услышать…

Лиза утопала в ванную, а меня охватил еще больший мандраж. Я успокоила себя тем, что пристающую с поцелуями деву заковывают в наручники разве что для продолжения банкета с обоюдного согласия. Дождавшись своей очереди на водные процедуры, приняла остужающий холодный душ и облачилась в студенческую форму. Она скромная — белая блузка с гольфами, серые пиджак с юбкой — и сразу дает понять, что я первокурсница, а какой с них спрос?

На пропускном пункте в Легион у меня с ходу обозначилась конкурентка — стоящая передо мной в очереди фигуристая девица в черной форме факультета оккультных наук. Вредная дама из окошка при мне сообщила ей, что попасть на прием к Киллиану Зинберу — это вам не на маникюр записаться. Да что она знает о маникюре? Туда запись минимум за неделю! Девица сделала важное лицо и заявила, что является независимым корреспондентом «Вестника Междумирья», жаждущим правды о пропаже студентки и маньяке, а окошечная дама ущемляет свободу слова и глас независимой журналистики. Та ее напором ничуть не прониклась и предложила прием у дежурного легионера в случае, если имеется, что о пропавшей рассказать. А если нет — нечего отвлекать людей от работы, новых комментариев по незавершенному расследованию никто не даст.

Девица отправилась восвояси, освободив мне место у окошка. Само собой, я попросилась не к господину начальнику. Кто же действует так топорно в лоб? Когда есть младший легионер Зюзер, который соглашается принять тебя немедленно. Пройдя за ворота, я очутилась в царстве казенной тоски, лишенной зелени и цвета. Стоящие друг к другу впритык мрачные здания, узкие дороги между ними, напоминающие каменные лабиринты. Исключительно неромантичные потенциальные места для поцелуев… Ай, неважно. Мне бы выяснить, где подловить Киллиана, а там сориентируюсь.

Разведывать путь в его кабинет было преждевременно, хоть время и поджимало. К тому же Зюзер ждет. Я честно дошла до крыльца с вывеской «Отделение Легиона Междумирья». Не петляя внутри по коридорам, спросила у симпатичных парней в военной форме дорогу и поднялась на указанный этаж. Он утопал в шуме и суете, на разделенных условными перегородками столах громоздились бумаги, свитки и артефакты. Хм, а ведь сюда довольно легко попасть! Только удовольствие и польза сомнительные… Вряд ли тут что интересное хранят.

Толком еще не осмотрелась, как мне навстречу выплыл Зюзер.

— Эника, ты ко мне, — объявил на весь этаж, сияя ярче лампочек. Его коллеги начали на нас оглядываться, он сильнее расправил плечи. — Вообще-то я очень занят, но проходи.

— О, я буквально на минутку, — ответственно пообещала я. — У меня вопрос.

Зюзер деловито кивнул и проводил меня в свой рабочий угол. На письменном столе лежал лист с единственным написанным сверху словом: «Отчет». Занят был, и не поспоришь. Вдохновения, видимо, ждал. Я села напротив — на стул у другого конца стола. Приготовилась к импровизации, но рот раскрыть не позволили.

— Вопрос у тебя, значит… — протянул Зюзер со вздохом. — Знаю какой. Не хочу ли я извиниться, да? Хочу. Прости, зря я засомневался вчера насчет ханика. На том месте, что ты указала, действительно обнаружены важные магические улики.

Прелесть. Напрягаться с объяснениями не надо, сам все за меня придумывает.

— Извинения принимаются, — подыграла я. — А что за улики?

— Не могу об этом говорить, — буркнул Зюзер так, что стало ясно: его не посвятили в детали. — Но мое предложение насчет свидания по-прежнему в силе.

Послышалось шуршание, коленке стало щекотно — от легкого такого и теплого касания. Что-то сомневаюсь, что это Зюзер шалит! Я отодвинулась вместе со стулом, заглядывая под стол. Оттуда на меня смотрела герань. Ну, насколько герань вообще способна смотреть. Розово-сиреневые цветочки топорщились и колыхались из стороны в сторону, листья приветливо махали. Опорные стебли, торчащие из цветочного горшка, пританцовывали с «ноги на ногу». Оу…

— Белочка, уйди, кыш, — Зюзер зашикал на нее, прогоняя из-под стола. Та не прогналась. — Живет она тут у