Шеррилин Кеньон - Призрачный любовник

— Мне всегда хотелось творить, но так и не удалось хоть сколько-нибудь преуспеть в этом.

— Удалось.

— Нет. В детстве я пыталась играть на флейте и помню, как во время прослушивания для средних классов школы, играла свои гаммы[7] и не могла взять ни одной нижней ноты.

— Ты была взволнована.

— Я была бездарна.

Она почувствовала дыхание Вэйдана на своей шее, куда он мягко ткнулся носом. Жаркая волна пробежала по ней, отзываясь в напрягшейся груди.

Что же такое было в его прикосновениях, заставляющее ее пылать? И чем дольше она их ощущала, тем сильнее хотела его.

— Держу пари, из тебя вышел бы великий художник.

Эрин улыбнулась от такой уверенности в ее способностях. Это было приятно и непривычно.

— Я не могу нарисовать прямую линию даже с линейкой.

Тогда он поцеловал ее. Глубоко и страстно. Его язык легко скользил по ее губам, посылая через нее волны набирающего силы возбуждения. Она застонала прямо ему в рот, притягивая его к себе и томясь неутоленным желанием.

Он прикусил ее губы.

— Возможно, тебе стоило стать писателем.

— Этого я уж точно не могу сделать.

— Почему?

— Меня тошнит при одной мысли об этом.

Он нахмурился.

— Почему?

Устремив взгляд вдаль, Эрин вспоминала тот ужасный день.

— Я училась в колледже и готова была все отдать за возможность стать писателем. По правилам, для зачисления литературной дисциплины в качестве профилирующего предмета, нужно было предоставить свое лучшее произведение. В общем, я придумала сюжет небольшого рассказа, который считала действительно великолепным и уникальным. Я писала и переписывала до тех пор, пока не почувствовала, что получилось как надо. Потом весь рассказ отдала на рассмотрение заведующей кафедры и стала ждать ответа.

Она сглотнула, вспомнив, каким образом узнала о решении профессора.

— Литературный Журнал вышел несколько недель спустя и содержал работы всех зачисленных на эту специальность студентов.

— Тебя там не было?

Ее живот напрягся.

— Наоборот, я туда как раз попала. Она поместила мою историю на первую страницу, чтобы показать, чего не надо делать, если хотите, чтобы вас когда-нибудь всерьез воспринимали как писателя. Она высмеяла в моем рассказе абсолютно все.

Сильные руки напряглись, обнимая ее.

— Ты даже не представляешь, насколько унизительным это было. И я поклялась, что больше никогда не стану иметь никакого отношения к творчеству. Не вложу всю себя во что-то, над чем можно будет поглумиться.

Слезы жгли ей глаза и она бы расплакалась, если бы Вэйдан не притянул ее голову назад и не провел языком под подбородком по направлению к горлу. Его тело изгоняло боль, и девушка застонала от вызванных им чудесных ощущений. Насколько безопасными он сделал ее сны.

— Почему для тебя так важно, чтобы я занялась творчеством? — спросила она.

Он отстранился и в упор посмотрел на нее.

— Потому что это твой подавляемый творческий потенциал притягивает Скоти. Если ты реализуешь его, они не смогут кормиться твоими кошмарами.

Это звучало замечательно, пока не мелькнула тревожная мысль.

— А что насчет тебя?

— Что насчет меня?

— Если Скоти исчезнут, ты тоже уйдешь?

Вэйдан отвел взгляд, и она поняла правду. Сердце сдавила боль при мысли о том, что она больше никогда не увидит его. Даже притом, что они только что встретились, Эрин нуждалась в нем. Ей нравилось, как он защищал ее. Как прикасался.

Будучи по-детски застенчивой, она за всю жизнь сумела завести лишь несколько друзей, а парней было и того меньше. Эрин действительно никогда не была близка с кем-либо. И все же каким-то образом чувствовала себя связанной с Вэйданом. Ощущала эти незримые узы и потребность быть с ним.

— Я не хочу, чтобы ты уходил.

Сердце Вэйдана дрогнуло от этих слов, которые прежде никто и никогда не говорил ему. Он так привык к людям, пытающимся избавиться от него.

Она прислонилась к его плечу так, чтобы иметь возможность видеть его и коснулась мужественного лица.

Эрин выглядела невероятно красивой.

— Почему ты хочешь, чтобы я остался?— спросил он.

— Потому что ты — чемпион.

— Нет, это не так.

— Это именно так. Ты спас меня от Скоти.

Он сглотнул при этих словах.

— Если бы ты когда-нибудь увидела настоящего меня, то возненавидела бы.

— Как бы я смогла?

Вэйдан закрыл глаза, когда воспоминания нахлынули на него. Тот сон с ней был иллюзией. Там не было ни капли правды. То, что он тогда услышал, что они чувствовали…все это аморфный обман.

И все же он хотел, чтобы это стало реальным. Впервые в жизни, он желал чего-то настоящего.

Хотел Эрин.

— Ты даже не знаешь, кто я, — прошептал он.

— Я знаю. Ты — Онир. Защищаешь людей от их ночных кошмаров.

Вэйдан нахмурился. Прошло слишком много времени с тех пор, как кто-то вспоминал это слово.

— Как ты узнала про Ониров?

— Один человек рассказал мне о них сегодня днем, а, вернувшись домой, я провела небольшое исследование. Так что теперь много чего про вас знаю.

— Например?

— Что вы вообще не можете испытывать чувств. Но я не верю в это.

— Не веришь?

— Нет. Ты слишком добрый.

Эти слова ошеломили Вэйдана. Доброта была последним, что он ожидал услышать в свой адрес. Гипнос надорвал бы живот от смеха лишь при одной этой мысли.

— Эй, — позвала она. — Давай сделаем то, что мне всегда хотелось, но не хватало смелости.

— Что?

Она бросила взгляд на озеро перед ними.

— Искупаемся голышом.

Прежде, чем он успел ответить, Эрин вскочила на ноги и стянула с себя майку.

У Вэйдана сбилось дыхание, когда он уставился на ее обнаженную грудь. Соски затвердели, и он уже был готов попробовать их на вкус. Все тело вспыхнуло как в огне, он шагнул к ней и тут же остановился, почувствовав, как боль от полученных ран пронзила спину, точно копьем. Если он разденется, она увидит, как он изранен. Поймет, что они сделали с ним. Вэйдан не хотел, чтобы она когда-нибудь узнала об этом.

— Ты иди, — сказал он. — Я посмотрю на тебя.

Эрин не знала, как у нее хватило храбрости раздеться под его взглядом. В реальной жизни она никогда не была настолько смелой. Зато в собственном сне это нисколько ее не заботило. По правде говоря, ей даже понравилось горячее, сладострастное выражение, появившееся на его лице, когда она сняла джинсы и трусики, а затем направилась к воде.

Вэйдан наблюдал, как она плавает. Видел, как вода стекает с обнаженной кожи. Эрин лежала на спине, ее грудь блестела на солнце, и он мог разглядеть влажную поросль завитков меж ее ног.