Землянка для властных Галактианцев - Мира Влади

здесь всё это время, затаив дыхание, как маленький зверёк, прячущийся от хищника, — его голос стал тише, но от этого только более властным. Он сделал ещё шаг вперёд, его тень накрыла меня. — Знаешь, что интересно? Ты не поняла, что я — тот самый хищник.

Моё дыхание стало рваным, и я едва удерживалась от того, чтобы не прикрыться руками, словно это могло помочь. Внутри всё сжималось, каждая клетка кричала о необходимости бежать, но его глаза… В них было что-то такое, что цепляло, парализовало. Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли в горле.

Он приблизился ещё больше, его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от моего. Его мокрые волосы спадали на лицо, капли воды текли по его скулам и подбородку, падали на его широкие плечи. Его дыхание касалось моей кожи, обжигало, и я почувствовала, как моя спина буквально вжалась в холодный камень за мной.

— Ты думаешь, Тарек пришёл, чтобы спасти тебя? — его голос был едва слышен, но от этого он звучал ещё сильнее. — Он не герой, Лина. Ни он, ни я. Здесь нет спасителей. Только те, кто хочет выжить.

Я не могла отвести взгляд, даже когда захотела. Его слова звучали, как правда, от которой нельзя было отвернуться, как бы сильно я этого ни хотела. Мои губы едва шевельнулись, и я прошептала:

— Я не собиралась оставаться…

— А что? Хотела сбежать? — перебил он, его голос стал низким, почти утробным, и я почувствовала его дыхание на своей шее. — От меня? От него? С этой планеты? — Он склонил голову чуть ближе, так, что я почти чувствовала, как его губы касаются моего уха. — Ты ещё не поняла, что тебе некуда бежать?

Его слова прозвучали, как вызов, как утверждение, которое невозможно опровергнуть. Я пыталась найти хоть что-то, на что можно было бы опереться, но его фигура полностью затмила всё вокруг. Его руки упёрлись в камень по обе стороны от меня, и я почувствовала, как пространство вокруг сузилось до одного: до него.

— Ты слишком наивна, — прошептал он, и его голос резонировал во мне, будто слова касались не только моего слуха, но и всего тела. — Думаешь, сможешь выжить здесь одна?

Я попыталась поднять голову, чтобы что-то сказать, но его взгляд удержал меня на месте, словно придавил. Он изучал меня, каждый мой жест, каждый вздох, и я чувствовала, что даже мои самые тайные мысли уже не мои.

— Знаешь, что самое интересное? — добавил он, его голос смягчился, но стал ещё более опасным. — Теперь ты не принадлежишь ни ему, ни себе. Ты на моей территории, Лина.

Его последние слова звучали как приговор, и в них было неоспоримое утверждение, что сопротивление бесполезно. Он выпрямился, но не отстранился. Его глаза всё ещё были прикованы ко мне, сверкая огнём, в котором читались и страсть, и угроза.

— Так что теперь вопрос только один, — сказал он, его голос приобрёл едва уловимую игривую нотку, но это лишь добавляло напряжения. — Что ты будешь делать дальше?

Его улыбка стала шире, но её тепло обжигало не меньше холода его глаз. Он словно ждал моего ответа, но я не знала, что сказать, что сделать. Я могла только стоять, чувствуя, как его взгляд и близость завладевают всем моим существом.

Я стояла, не в силах пошевелиться, словно меня сковали невидимые цепи. Его вопрос звучал как вызов, и он знал, что я не могу на него ответить. Кайлан не отрывал от меня взгляда, изучая, выжидая, словно ожидая какого-то решающего шага, но я чувствовала себя совершенно беспомощной.

— Молчишь, — прошептал он, его голос звучал так, будто он говорил не со мной, а с самим собой. — Интересно, это из страха или из желания?

Вздрогнула, его слова проникли глубоко внутрь, словно раскрывая что-то, что я пыталась скрыть даже от себя. Он заметил это и усмехнулся, его улыбка была одновременно дразнящей и угрожающей.

— Не думала, да, что всё зайдёт так далеко, верно? — продолжил он, его руки всё ещё упирались в камень по обе стороны от меня. Он был так близко, что я чувствовала его тепло, его дыхание на своей коже. — Теперь ты в моей игре.

— Это не игра, — выдохнула я, мой голос звучал слабо, но я собрала всё своё мужество, чтобы сказать это.

— Нет? — его взгляд вспыхнул, он наклонился ближе, так, что между нашими лицами осталось всего несколько дюймов. — А на что это похоже, Лина? Ты стоишь здесь, дрожишь. Ты боишься? Или тебя это заводит?

Я не смогла удержать взгляд, мои глаза невольно опустились, но он не дал мне скрыться. Его пальцы внезапно коснулись моего подбородка, мягко, но настойчиво, подняв моё лицо, чтобы я снова встретилась с его взглядом.

— Смотри на меня, — произнёс он, его голос был тихим, но непреклонным. — Если ты хочешь понять, кто я, не отводи глаз.

Моё дыхание участилось, сердце гулко билось в груди. В его стальных глазах пылало что-то дикое, необузданное, и в то же время опасно притягательное. Я почувствовала, как внутри меня разгорается борьба — между страхом и чем-то неосознанным, что я не могла назвать.

— Я знаю, о чем ты думаешь, — продолжил он, его голос стал чуть мягче, но от этого не менее мощным. — Ты думаешь, что можешь контролировать, что происходит внутри тебя. Что заморочишь мне голову и сбежишь, как и от Тарена, как только появится возможность. Но позволь, я раскрою тебе тайну. — Он наклонился так близко, что я могла почувствовать, как его губы едва касаются моего уха. — У тебя не выйдет. Не со мной.

Его слова отозвались где-то глубоко внутри, и я не могла понять, что сильнее — гнев, желание вырваться или то необъяснимое чувство, которое заставляло меня дрожать.

— У тебя есть выбор, Лина, — сказал он, чуть отстранившись, чтобы снова встретиться со мной взглядом. Его глаза сверкали огнём, но в них было что-то ещё — тень чего-то, что я не могла разгадать. — Бороться или принять это. Что ты выберешь?

Его глаза прожигали меня, а дыхание, горячее и ровное, обжигало кожу. Напряжение в воздухе стало почти невыносимым. Его вопрос повис между нами, как вызов, но я знала, что ответа, который он хочет, я дать не могу. Внутри меня росло чувство, что если я не сделаю что-то сейчас, он завладеет всем, оставив мне ничего.

Его внимание было полностью сосредоточено на мне, и это дало мне шанс. Рука медленно опустилась к импровизированному «оружию» — железяке, которую я