Хозяйка бобового стебля (СИ) - Елена Элари

идёт как надо по сценарию, что слегка изменён, либо…

А вдруг она упустит шанс заполучить бобы?

Нет, нужно и вправду бежать, только не так, нужна…

— Корова! Бежим за коровой, Джек!

Он невольно высовывает язык, вспоминая о своём недавнем подвиге, странно дёргается, будто его вот-вот вывернет и шипит.

— Корова тебе зачем? Я тебе новую подарю, только уйдём отсюда!

— Нет, мне нужна именно эта! — возражает она, обняв себя за плечи.

— Ладно-ладно, давай с этой! Только, как ты собираешься уйти с ней незамеченной, или прикажешь мне её вести за собой, пока ты своего женишка отвлекаешь?

— Я не… — она хочет ответить «не знаю», но вместо этого ухмыляется. — Да, это хорошая идея. Выведи её вон за те деревья! И… ты же покажешь, где тут у вас рынок?

— С памятью плохо? Мы ведь с тобой там это платье и укра… — он осекается и скалится на неё: — А, знаешь, что угодно, главное верни мне мой облик, наконец! Вернёшь? Иначе брошу тебя и к местной ведьме пойду. Ещё и заплачу ей, чтобы тебя прокляла, поняла?

— О! — у неё даже глаза загораются. — Мне тоже надо к ней! Она и тебя и меня расколдует! Отведёшь, чернобурк?

— К-кто? — пятится он, будто испугавшись, что она снова превратила его в кого-то другого. — И… Постой, что значит «и меня»? То есть, тебя?

Ей надоело то поддакивать ему от имени Джилл, то пытаться объяснить суть… в конце концов, с Джеком можно сладить, поэтому она отвечает просто:

— Я правда из другого мира. Иначе бы не было всех этих странностей! Я Женя, а не Джилл. Куда делась Джилл, как и здравый смысл в этом доме, ума не приложу!

— Но… Допустим, — сел он у её ног, обвивая лапы свои хвостом. — Но ведьма ведь ты, не она, так? Это ведь ты её тело украла, — у него отчётливо, сильно дёргается веко, пусть Джек и старается держать себя в ла… руках. — Тогда от чего тебя расколдовывать нужно?

— Нет, она! В моём мире вообще ничего такого нет. Хотя ты, если увидишь машины, наверняка, подумаешь иначе… Я тоже жертва! Злой морозный маг заколдовал меня! И, возможно, заразил… Или у прежней хозяйки были какие-то способности…

— Так-так-так, стой! Заразил? У меня хоть, не знаю, щупальцы ещё к хвосту не вырастут? Я бандит, детка, не пират! И без того уже на меня магией своей… чужой? Неважно! И без того на меня магией чихнула! — он пятится от неё с таким видом, будто вот-вот и удерёт со двора, бросив её разбираться самой и с матерью, и женихом, и со страшной костлявой коровой.

— Да я же образно, придурок! Ты мне… напомнил о другой девушке. Мы все были в костюме разных… в общем, разных магических и не очень известных людей. И существ. Вот у неё были щупальца. Это ж надо было додуматься в спектакль засунуть Урсулу… И что же, где-то действительно есть подобный персонаж? И та полненькая милашка оказалась под водой? — Женю передёргивает. — Хотя под водой хоть от воды не холодно…

Платье всё ещё облепляет тело. Неприятно.

Лис звучно и глубоко вздыхает.

— Ладно, слушай, я уж подумал уйти, но… Ай, чем чёрт не шутит! Отвлекай жениха иди. Встретимся за теми деревьями, но долго я за коровой следить не буду, ясно? И за это про другой мир мне расскажешь.

На этих словах он скрывается в траве. А с другой стороны дома раздаётся голос Вилли:

— Дорогая, твоя мать сказала, ты облилась, поливая цветы? Замёрзнешь совсем, иди посмотри, какую шаль я тебе в подарок привёз!

Голова Жени забита продажей коровы, флегматичным недоумением по поводу всей этой ситуации с другим миром и диким страхом, от которого хочется сбежать в мысли об Урсуле и её подводных приключениях.

Тёмные, холодные глубины океана, прекрасные красные кораллы, ракушки и жемчуга, другие русалки, огромные корабли над головой, а в них — прекрасные принцы…

— Сосредоточься… — шепчет она самой себе.

Фантазировать о чужой жизни куда приятнее, чем разгребать кучу внезапных проблем, но всё же она решает, что обязательно справится. Тянет руку к собственным волосам, завязанным на затылке и обнаруживает, что они очень длинные, хоть и не слишком густые.

До поясницы!

У неё были такие же когда-то. До детского дома.

Женя поправляет платье насколько это возможно, прикусывает синюю губу и подходит к Вилли.

Он окидывает её голодным взглядом и комкает в руках нежную, тонкую шерстяную шаль синего цвета.

— Ты… Я согласен, — выпаливает вдруг, округляет глаза и спешит исправиться: — Выходи за меня!

Глава 9. Платье, жемчугом расшитое

Вышедшая к ним мать спешит взять ситуацию под контроль и натягивает на себя улыбку:

— Да согласна она, что ты спрашиваешь, мой хороший! Согласна она. Ты посмотри, — это уже Жене, — какой человек к тебе пришёл! Какой подарок нужный принёс, да так вовремя! — и подталкивает Женю к нему поближе, подмигивая Вилли: — Ну-ка, набрось ей на плечи, согрей! Смотри, она дрожит вся.

Где-то в стороне сарая мычит корова и слышится скрип дверцы. Мать настораживается, но от молодых не отстаёт и не отступает ни на шаг. Так, словно дочь её и Вилли могли разбежаться в разные стороны.

Хотя, судя по выражению лица последнего, бежать он уж точно не собирается…

Вилли, встрепенувшись, словно сбросив с себя наваждение, набрасывает шаль на Женю и собирается для пущего эффекта ещё и приобнять её.

Тёплый и вроде не злобный.

Нужно отвлечь их в доме, а затем отойти, будто на минутку и скрыться вместе с коровой.

Впрочем, может ли она рушить жизнь Джилл? Что если она вернётся и лишится отличной, надо полагать, по местным меркам, партии?

— Спасибо за подарок, В… Вилли, — Женя натягивает на себя улыбку.

— Для тебя я достану всё что угодно, — заверяет он уж как-то слишком живо, пылко, и взглядом всё скользит по облепленному мокрой тканью телу Джилл. — Моя… любимая, — выпаливает он и замирает, словно опасаясь её реакции.

— Вот и отлично, — радуется тем временем мать и пошире распахивает дверь дома. — Заходите, я на стол уже давно накрыла. Детка, ты посмотри, сколько всего жених твой привёз! Правда замечательно? Скажи, как ты рада!

— О, как рада! — в том же наигранном тоне произносит Женя, стрельнув глазами в дровосека, чтобы выяснить, понимает ли он вообще, что здесь происходит.

А он расплывается в радостной, довольной улыбке и, наконец, к счастью или нет для Жени, становится куда увереннее в себе. И