Пломбир от Ледяного дракона - Риска Волкова

что ж такое… Всего на мгновение прикрыла снова глаза, услышав сквозь тьму и оглушающий звон в ушах: “Сумасшедшая девчонка!”

ГЛАВА 5

Вокруг все было синее… Спустя какое-то время смогла различить, что “синее” – это своеобразное пламя. Оно текло с ладоней этого странного мужчины ко мне. Оно питало меня, восстанавливало, давало энергию и сил куда больше, чем обычное алхимическое зелье. А еще… Даровало какое-то странное, близкое к помешательству, наслаждение. Что-то сродни тому, какие ощущения дарит купание в теплом море. Или полет на воздушном шаре. Или же красивая музыка… Ну, или что-нибудь вкусненькое. Пломбир, к примеру.

– Подняться сможешь? – закончив, Лед протянул мне руку.

Его взгляд был сердитый. Волосы растрепались, хотя на улице было не слишком ветряно. Он бежал?

Мужчина помог мне встать. Я посмотрела на него, не зная, как быть дальше. Как много он видел? Почему решил помочь? Как теперь отреагирует?

– Как я здесь оказалась? – спросила издалека, понимая, что сама я сюда вряд ли могла прийти.

– Хотел бы я это тоже знать. Как и то, куда ты потратила энергетический резерв… – холодно ответил мужчина. – Это связано с тем, что произошло на площади? Я видел жандармов и слышал крики.

Надеюсь, он не заметил, с каким облегчением я выдохнула. Он не видел, как я обращалась в Жар-птицу. Нашел меня здесь… А это значит, Полоз принес меня сюда, видимо, опасаясь вопросов у наших доблестных блюстителей порядка.

– Мы разве на ты? То, что вы мне помогли, еще не значит, что…

– Ой, хватит… Ты сама понимаешь, как нелепо сейчас будут звучать все эти расшаркивания? – заломил он темную бровь. – Пойдем. Провожу до дома. Самой придется тяжеловато.

Он подхватил меня под руку, а я, хоть и была возмущена ужасной фамильярностью, все же держала свои эмоции в себе. Лед помог мне. Неизвестно, сколько бы я здесь провалялась, пока бы за мной пришел Полоз. Вряд ли мужчина ожидал, что его заберут на разговор жандармы. Мы вообще не должны были попасться… Но почему-то не успели.

Пока шли, разыгралась метель. Вязкий снег путал ноги, а колючие снежинки жалили кожу на лице. Попросила остановиться, переводя дыхание. Мы замерли у здания почты. Облокотилась спиной о ледяной кирпич стены, задрав голову и разглядывая пилястры с львиными головами и лепнину, подсвечиваемые тусклыми фонариками из особого алхимического состава. Казалось, что если сконцентрировать на чем-то таком внимание, то станет легче, но нет… Слабость накатывала снова. А еще тошнило – последствия выпитых усилителей.

– Я отойду… – я кивнула за угол здания, и, зажав рот рукой, поспешила туда, крикнув Льду, чтобы не ходил за мной.

Когда вернулась, мужчина с насмешкой окинул меня взглядом.

– Еще и дряни алхимической какой-то напилась, барышня. Полагаю, от этого так плохо. Интересное у тебя свидание было…

Вспыхнула.

– Благодарю за беспокойство и за заботу, но все со мной произошедшее – это мое личное дело! И я буду весьма благодарна, если это останется между нами.

Лед усмехнулся.

– Боишься, что захочу пообщаться с твоими родителями, отпустившими юную дочь ночью в опасном городе? Мысли такие были.

Скрипнула зубами. Взглянула снизу-вверх на мороженщика, все же он был меня достаточно выше.

– Не советую этого делать. У тебя и так проблем своих наверняка хватает. Чего в другие лезть? И да… Я пойду, пожалуй… Дальше меня провожать не нужно.

Пошла вперед, но стоило сделать пару шагов, как желудок снова скрутили спазмы. Застонав, бросилась в уже знакомый угол.

– Иди сюда. Так делать нельзя, у этого могут быть последствия… Но я не могу смотреть на то, как ты портишь такой прекрасный серебряный снег…

Не давая мне опомниться, мужчина рывком рванул меня на себя, после прижимая к стене почтампта. Он чуть качнул рукой и уже знакомый мне синеватый свет вновь заструился ко мне, почти сразу же опуская в какую-то дурацкую сахарную негу… Почти сразу же окутывая теплом, лаской… Исцеляя…

– М-м-м-м… Еще… – вырвалось с моих губ, после чего Лед почти сразу же прервал этот странный контакт.

Отступил на шаг в сторону.

– Дайхерст… Не переборщить бы… – прошептал он сердито.

Я же, чувствуя себя значительно лучше, растерла пальцами виски. Дурацкое состояние неги и наслаждения притупилось, но еще не ушло, и я отчаянно загоняла его куда-то вглубь себя.

На другой стороне улочки мелькнула какая-то тень. Заметила темный берендеевский плащ. Не бросили все же! Коснулась кольца, давая понять, что со мной все в порядке.

Лед обернулся. Уже никого не было.

– Пошли! – рыкнул, потащив меня в совсем другом направлении.

– Но я не там живу…

Он остановился.

– А где?

– На Изумрудной… Можно пойти через площадь, а можно срезать дворами…

– Срежем!

У моего дома мы оказались спустя полчаса. Замерли, не зная, что делать дальше. Лед явно ожидал, что я пойду через главный вход, но такую роскошь я не могла себе позволить… Как и то, чтобы воспользоваться левитацией.

Вдоль стены рос невысокий дубок… По нему я и планировала возвращаться обратно, уже делала так. Вот только не на глазах у моего неожиданного спасителя!

– Ну, спасибо… Я верну долг, – улыбнулась Льду.

– Ничего мне не должна, дурочка. Но еще раз ночью увижу… Спешащей на свидание… Поговорю с твоим отцом, – взгляд сверкнул странными эмоциями.

Он что? Опекатель юных дев? Мало ли кто куда спешит…

– Это не повторится… Ты… Не пойдешь?

– Подожду, пока ты скроешься за дверью своего дома, Финника.

– Я… – замялась, понимая, что попала в совершенно дурацкую ситуацию, и придется признаваться, что ушла тайком. – Я через окно. Люблю упражняться в ловкости!

Улыбнулась. Немного криво. А Лед усмехнулся.

– Папа с мамой не в курсе значит? Ай-ай-ай… Бедный жених не ко двору?

Вот прицепился, а?!

– Я пойду…

– По дереву собираешься забираться, сумасшедшая? Окно хоть открыто?

– Да…

Взмах рукой. Жгут удивительно гибкого льда обвил моментально мой пояс, а после потянулся вверх, приподнимая и относя к окну. Чуть толкнула створку, а после меня просто сбросили в комнате. Жгут исчез.

Выглянула в окно, Лед, не попрощавшись, уходил размашистым шагом прочь. Глянула на часы. Пять утра. Да уж. Шикарная ночка… Просто позор…

Застонав, кинулась к кровати, сгребая оттуда ворох с одеждой, и скорее раздевшись, нырнула под одеяло.

– Невероятно! – матушка отложила в сторону свежий выпуск Красенбургских ведомостей, едва не смахнув стоявшую рядом с собой на столе чашку с кофе. – Еще одно убийство! И снова на Монументальной!

– Молодая девушка… – покачал головой отец. – Куда смотрит следственная канцелярия? А жандармы?!