Очень злой дракон, или Бытовая магия для неумехи - Матильда Старр

двери и внимательно наблюдал за происходящим. Открытую дверь я тут же с грохотом захлопнула, а пауку сказала гневно:

– От работы отлыниваешь? А ну-ка найди столовую и убери ее, чтоб блестела. Или предлагаешь ему ужин в постель подавать? Вот тогда сам и понесешь.

– А ты не промах, – паук совершенно проигнорировал мой приказ и угрозы. – Решила, значит, любовницей заделаться? А что, неплохой вариант. Статус любовницы, конечно, не особенно почетный, но уж получше, чем поломойка.

Красная пелена упала перед глазами. Если бы этот гадский паук не нужен был мне для уборки, я бы, наверное, каким-нибудь мощным заклинанием распотрошила его на составные части.

И вдруг подумала, что это не обязательно. Моя месть будет страшнее и изощреннее. Ведь, по большому счету, для размножения этому вредине вовсе не нужна большая плотоядная самка. Он и отказался наверняка потому, что знал: его первого и сожрут.

Только я же тут не просто так, а очень даже с магией! Я же без посторонней самки могу настрогать ему целый десяток маленьких пылесосиков. Чтобы грязь ели, а меня нет!

Переварив эту мысль, я даже почувствовала, как улучшается настроение и возвращается былая бодрость. Напинать дракону-рабовладельцу мне слабо. Пока. А вот победить хотя бы пылесос – вполне могу. Не зря же я человек разумный.

– Ты что задумала? – тут же преисполнился подозрений принципиальный бытовой холостяк. – Небось гадость какую? Аж глаз заблестел!

– Да так, ерунда, – радостно ухмыльнулась я в ответ.

– Что за ерунда? Какого рода ерунда?

– Увидишь, – многозначительно-зловеще пообещала я. – Так где тут столовая?

Столовая отыскалась довольно быстро. А что еще это может быть: огромный стол посередине и тяжеленные, несдвигаемые стулья. И все это в такой здоровенной комнате, что мое сердце наполнилось приятным чувством злорадства.

– Ну, фронт работы видишь, приступай, – объявила я пауку-пылесосу.

Он, похоже, тоже оценил масштабы бедствия, а потому заявил:

– Что-то я забегался. Устал. Надо зарядиться.

И по своему обыкновению пополз в угол.

Ага, ну сам виноват. Вот не надо попадаться бытовой магессе под горячую руку. Бытовая магия – она, возможно, самая ужасная и разрушительная. Во всяком случае, в неумелых руках.

– Устал? Ну что ж, заряжайся, а я постараюсь сама справиться.

Я отдала мысленный приказ, и из хлама и мусора соорудила небольшую кучку. Потом так же мысленно сделала вторую, потом третью.

– Эй, а ты что тут творишь? – забеспокоился паук.

Он нервно забегал вокруг меня. Куда только усталость делась?

– Да так, магичу, – небрежно бросила я, формируя четвертую и пятую кучки.

А затем проговорила про себя свои пожелания этим кучкам и – хоба! Они зашевелились, как пять маленьких трансформеров, а затем сложились в очаровательных пылесосопаучков.

– Вот тебе потомство, – не без злорадства в голосе объявила я своему помощнику. – Воспитывай, разбирайся, учи уму-разуму и получай посильную помощь.

– Ой!

Я даже не поняла у кого вырвалось это «ой», у меня или у паука. Кажется, где-то в глубине души, когда я составляла этих мелких засранцев, я все-таки пожелала пауку недоброго. Во всяком случае, свора выдалась крайне неспокойной. Не прошло и нескольких секунд, как один уже качался на стуле, второй забрался на стол, третий самозабвенно утилизировал пыльный ковер, четвертый пытался добраться до картин на стенах. А пятого я не видела, и это вызывало наибольший ужас.

– Ну что, допрыгалась? – сказал паук. – Похоже, придется тебе нести ужин дракону в постель, потому как столовой скоро не будет

– А ну стоять! – рявкнула я изо всех магических сил.

Паучки замерли и посыпались на пол.

– Ко мне! – приказала я.

И вся эта братия стала медленно приближаться, очаровательно хлопая большими глазками.

– Значит так, дети. Это ваш батя, – я показала на ошалевшего паука. – По всем вопросам обращаться к нему, помогать по мере сил. А если кто-то что-то сгрызет или поломает, распотрошу, к чертям собачьим. Сами станете едой. И это… Эманации чистоты распылять интенсивно.

Так, кажется, снова что-то неправильно. Сейчас эта мелкотня все уберет, а паучище будет только сидеть и командовать? Наподобие нашего рабовладельца? Ну уж нет.

Так что я тем же строгим голосом добавила:

– А если ваш папаша остановится и перестанет работать, смело кусайте его за жо… за лапы. И далеко от него не отходите, старайтесь быть в пределах одной комнаты.

Я бросила на паука победный взгляд и нежно пожелала:

– Счастливого вам семейного отдыха. А я, пожалуй, пойду. Дела.

И с удовольствием захлопнула дверь столовой. Почему-то я не сомневалась, что, когда через полчаса час вернусь в эту комнату, она будет сиять чистотой. А мне пора бы уже проверить, не сожгла ли умная магическая техника драконов ужин.

В кухню я возвращалась почти в хорошем настроении. Приструнила паука, значит и с драконом как-нибудь разберусь. Надо же, он еще подумает, разделять ли со мной ложе! Да если я решу, что это самое ложе нуждается в разделении, уж что-что, а думать я ему не позволю. Нашелся тут герой-любовник. Настроение у него, видишь ли, не то!

С этими мыслями я открыла духовку. Пахло оттуда одуряюще. Я ковырнула основное блюдо, попробовала. Вкуснотища! А что, неплохая хозяйка из меня получилась. Оказывается, единственное, чего мне для этого всю жизнь не хватало, это магии.

Я повелела ужину не остывать, а с каждой секундой становиться все вкуснее, и с удовлетворением обнаружила, что заклинание это почти не забрало магических сил. Хорошо все-таки быть умной. Докрошила ингредиенты для солянки, ссыпала в кастрюлю, залила водой и магически повелела блюду приготовиться во что-то умопомрачительно вкусное.

Кастрюля бодро закипела, распространяя одуряюще вкусный аромат.

Ну раз по хозяйству справилась, оставалось найти ту самую гостиную с книгами и дочитать-таки долгоиграющую историю. А заодно и разобраться с устройством здешнего мира, раз уж произведение исключительно документальное.

Я уютно устроилась в кресле и стала переворачивать одну страницу за другой. Книга захватывала, несмотря на то что некоторые местные законы вызывали ужас. Все-таки хороший писатель из любого, даже самого трешового сюжета может состряпать вполне себе захватывающую историю.

В разгар приключений на пороге появился паук. Вид у него был крайне несчастный, а пятеро отпрысков с невероятным блаженством на паучьих мордах вгрызались в его изрядно потрепанные лапы.

– Мы это… столовую закончили и в фойе пойдем. Эти сволочи голодные и желают продолжить уборку, – пробубнил он.

Вот это хорошо, это правильное направление мыслей. Пусть о чистоте думает, а не о моей личной жизни.

– Пожалуй, можно и в фойе прибраться, – милостиво разрешила я. – Только сначала отыщите самую роскошную спальню и наведите идеальнейшую чистоту, – я очаровательно улыбнулась. Не паукам, а дракону, который, разумеется, видеть эту улыбку не мог. – Надо же мне где-то жить.

Паучата радостно запищали: убрать две комнаты вместо одной – это же такое восхитительное занятие! Развлечение и питание в одном флаконе.

– А еще, – я кивнула на книжный шкаф, который интересовал меня в этом замке больше всего. – Прогуляйтесь тут аккуратненько. Книги должны содержаться в порядке.

И не обращая внимания на поднявшийся гвалт, писк, шум и периодические вскрики моего главного помощника, я углубилась в чтение.

Глава 8

– Где мой обед?!

– Ай! – грозный рык над головой раздался неожиданно и главное, в самый неподходящий момент: главная героиня сказки как раз подкрадывалась по лесу к разбойничьему лагерю, в котором содержали пленного главного героя. Напряжение в тексте нарастало, я затаила дыхание, отдавая должное авторскому мастерству. И тут мне в ухо как рявкнут!

Ну и пусть не удивляются, что я отчаянно завизжала в ответ, не глядя огрела кого попало увесистой книгой и опрокинулась назад вместе с креслом. Под прикрытием которого живо встала на четвереньки и выглянула из-за него, как фашист из-за бруствера.

– Где мой обед? – недовольным голосом повторил дракон, глядя на меня сверху вниз. Удар книгой он либо проигнорировал, либо вовсе не заметил.

– Где-где… – пробухтела я себе под нос. Приступ храбрости, обуревавший меня в тот момент, когда я шла защищать кошачью жизнь, испарился бесследно. – В кастрюле и в духовке.

– Подай в обеденную залу, – зубастая сволочь развернулась на месте и строевым шагом покинула помещение.

Я краем глаза уловила движение за дверью – там мелькнул один из восьми ехидных паучих глаз. И окончательно разозлилась. Обед ему? В залу? Ну ладно…

Столовая-то убрана… А вот подавать!

Королевских церемоний он от меня не дождется – не обучена я такому. Так что подам как умею.

Я мстительно приволокла на вытертый дочиста стол здоровенную кастрюлю с солянкой и гусятницу с запеченным гусем.

Пусть спасибо скажет за соломенную салфетку,