Мой любимый Киборг (СИ) - Анна Кривенко

— Что ректор хотел от тебя? — продолжила я допрос с пристрастием.

— Узнавал, где и сколько я занимался, чтобы достичь таких результатов.

— И что ты ответил? — не унималась я.

— Ту легенду, которую составил твой отец. Ее нужно напомнить?

— Нет, — отмахнулась я. — Не надо.

Я тут же покряхтела от ломоты в спине, а Руэль потянулся к моей рубашке, тут же рывком стянув ее с меня. Я испуганно прикрыла обнаженную грудь руками, а Руэль быстро перевернул меня на живот и проговорил:

— Не делай такое лицо! Я сделаю тебе массаж. Твое тело нуждается в нем. И не дрожи так. Я просто киборг…

Да, Руэль, ты просто киборг! Но мне все труднее об этом помнить…

Его руки сейчас были очень нежными, когда аккуратно прикасались к моей коже и разминали уставшие мышцы. Я немного стонала от удовольствия, а когда Руэль перешел на поглаживания спины, моя кожа покрылась мурашками.

Я почти уснула от его ласковых прикосновений, как вдруг отчетливо почувствовала поцелуй на своей шее. Мои глаза широко распахнулись, сон, как рукой сняло.

— Руэль, что это было только что? — прошептала я и резко перевернулась, прикрывшись одеялом.

Наверное, впервые в жизни я заметила на лице своего киборга… смущение! Он молчал и смотрел на меня немного испуганно, словно сам был с себя в шоке. Но… это же невозможно! Киборги не способны ничего чувствовать! Они просто имитируют человеческое поведение, но не проживают его!

— Руэль! — я схватила его за ладонь. — Скажи, почему ты поцеловал меня в шею? Что было побудительной причиной?

— Я просто захотел этого, — вдруг ответил он и снова, как прежде, мягко улыбнулся.

— Но, Руэль, ты не способен ничего ЗАХОТЕТЬ!!!

— Наверное, теперь способен, — загадочно проговорил киборг и поднялся с моей кровати. — Я же самосовершенствуюсь!

Последние слова он подкрепил еще более широкой довольной улыбкой, а потом прошагал к столу и сел за свой голографический планшет.

Я в некотором шоке не двигалась еще какое-то время, а потом быстро натянула на себя рубашку. Но уснуть больше не получалось. Сердце колотилось, поцелуй Руэля все еще горел на коже, мысли метались. Если он способен что-то чувствовать, значит… Нет! Ну это действительно бред! Наверное, Руэль перебрал какой-нибудь информации об особенностях человеческого поведения и сейчас просто тренируется на мне. Вот обормот! Я ему подопытный кролик, что ли?

Я не на шутку разозлилась и хотела уже его хорошенько отчитать, но вдруг передумала. А почему я, собственно, должна раздражаться на это? Разве его флирт — путь и ненастоящий — не приносит мне хотя бы толику удовольствия? Если воспринимать все в рамках невинной игры, то почему бы не оставить все как есть? Я знаю, что он не человек, поэтому не стану относиться к этому серьезно. А он получит незаменимый опыт, который ему лучше приобрести со мной, а не с какими-то непонятными девицами. Пусть это будет мой вклад в науку, ведь весь опыт этого уникального ИИ однажды войдет в копилку знаний и новых технологий Ишира!

Эти мысли меня тут же успокоили, а какая-то озорная часть меня решила при случае Руэлю немного подыграть.

Правда, утром, на трезвую от неожиданной романтики голову, мое решение показалось мне немного безрассудным, ведь я сейчас кадет Военной Академии, и крутить шашни, пусть и ненастоящие, обещало быть делом взрывоопасным, поэтому я взялась за ум и ненадолго выбросила Руэля из своей головы.

Быстро приняв душ и одевшись в форму Академии, я оглянулась в поисках Руэля. Через мгновение он появился в проходе двери — уже весь чистенький, приятно пахнущий, одетый, как и я в темно-зеленые штаны и такого же цвета рубашку, которую он по-щегольски не застегнул на две верхние пуговицы, оставив снаружи красивый изгиб шеи и основание ключиц. Тут же на нем блеснула серебряная цепочка с небольшим кулоном в виде капли — мой подарок в прошлом (подарила просто так, настроение было хорошее), но сейчас вид моего подарка на его теле вызвал у меня гипертрофированное чувство довольства, словно он был мною помечен и безоговорочно взят в оборот. Свои мягкие русые волосы он завязал в хвост, а на лицо нацепил небрежно-ленивую улыбку, от которой может трепетно забиться не одно девичье сердце…

Почувствовав легкое волнение в груди, я тем не менее сострила:

— Собрался соблазнять новеньких кадеток?

Улыбка Руэля сделалась самодовольнее.

— Почему бы и нет! — бросил он и заговощически мне подмигнул. Потом панибратски положил мне руку на плечи и буквально вытолкнул в коридор.

— Пошли, братишка, — шепнул он мне на ухо, обдав горячим дыханием. — Смотри и учись, как надо впечатлять окружающих!

— Индюк! — с напускным недовольством буркнула я, а сама внутренне затрепетала, на мгновение возмечтав, чтобы это жаркое дыхание как-нибудь в будущем опалило мои губы…

Ладно, Руэль, я тебе еще как-нибудь устрою настоящий человеческий разнос! На своей искусственной шкуре почувствуешь всю силу человеческих взаимоотношений!

Причина неприязни и неожиданная гениальность…

Дэйн Мортолл

Сидя за чашкой инопланетного кофе, я быстро просматривал личные дела всех парней, которых набрал в свою первую команду. В основном, курсанты были обычными: в меру сильными, в меру образованными. Почти все. Самым выдающимся казался Макс Беллен — сын генерала Арнольда Беллена. В свои двадцать два он уже получил массу наград на соревнованиях по борьбе «тау-лин», третье место на олимпиаде по плаванию, проводившейся на Третьем материке год назад, а также неплохие оценки по новейшим техническим разработкам, что говорило не только о его физической силе, но и о недюжинном интеллекте.

Но в отряд попала одна странная парочка с одной и той же фамилией — Ярл. Двоюродные братья — Исид и Руэль. Принципиально разные. Руэль — возможно, будущий рекордсмен и потрясающий воин. Его скорость, с которой он преодолел все препятствия, граничила с фантастической. Я быстро просмотрел его медицинскую карту. Ничего особенного. Полностью здоров. С детства занимался несколькими видами борьбы, плаваньем, натренирован, как настоящий солдат. Далеко пойдет, если только…

Я невольно вспомнил картину, которую обнаружил в их с братом комнате: тщедушный Исид интимно приложил свою тонкую ручонку к щеке брата и непозволительно близко замер около его лица. Как будто собрался его поцеловать! Я вздрогнул и нахмурился. Потом закрыл глаза и устало откинулся на спинку кресла. Как сильно этот паренек напоминает мне Джерри! До жуткой боли в груди. До спазмов в сердце…

Когда я был адмиралом, то тоже сколотил себе отряд. Хотел из мальчишек сделать