Второй шанс кукольной принцессы (СИ) - Мэри Кенли

стать моей личной горничной? — невинно уточнила Аглесс.

Глаза Мадлен вспыхнули. Да, она отчаянно жаждала денег и власти, а личная горничная принцессы могла командовать другими слугами. Это ли не долгожданное повышение?

— Конечно, ты подойдешь… — Киана рассеянно покрутила янтарный локон. — Но в последнее время мне очень скучно. Было бы уместно тебе… Повеселить меня. Разумеется… Я очень щедра к любимой горничной.

— К… Как именно принцесса хочет повеселиться? — немного напряженно уточнила Мадлен, явно заглотив наживку.

— Мне не нравятся Тиль и её подпевалы, — нежно произнесла Киана. — Они грубы и неприятны… Признаться честно, я бы хотела посмотреть на их страдания. Но с другой стороны…

Принцесса потянулась, словно бы раздумывала.

— Пока я не выздоровела… Интересно послушать столичные сплетни.

Мадлен льстиво улыбнулась:

— Как пожелаете, принцесса.

— Ты умница, — ласковая улыбка пробежалась по губам Кианы, — можешь взять себе золотое колечко из той шкатулки… Да, любое.

У неё было достаточно драгоценностей, дабы купить расположение Мадлен. К тому же, Аглесс не попросила ничего особенного.

Тиль и её подпевалы… Должны быть отстранены от спальни Кианы. В противном случае может произойти нечто крайне дурное.

Едва ли Мадлен передаст их разговор Эрнсту. Честно говоря, наследник хоть и был добр, но не одобрял… Чрезмерную жадность слуг.

Одни горячо хвалили его за благородство, но другие в тайне называли скупым. Мадлен верна лишь деньгам и не станет выдавать новый источник дохода. Оно и к лучшему.

— Ах, да… Насчёт моего брата, — чуть слышно добавила Киана, — я по нему соскучилась.

Пожелания принцессы выполнялись сиюминутно. На самом деле, Аглесс не хотела видеть Эрнста. Она не чувствовала себя готовой к прямому столкновению с ним…

Однако, ему непременно донесут о том, что Киана вновь начала говорить, а значит, визит брата неизбежен. Девушка не могла вести себя слишком странно, разом поменяв привычное поведение. Намного проще взять за основу капризный характер и потихоньку «повзрослеть».

«Я нахожусь в стрессе из-за несчастной любви… Неплохое оправдание» — саркастично усмехнулась Аглесс.

Прошло несколько дней. Хотя принцесса вела себя спокойно, она стала более привередливой (по крайней мере, об этом судачили в особняке). Киана больше не хотела видеть в роскошных покоях своих бывших служанок и передала власть в руки Мадлен. Более того, та явно щеголяла очень дорогими украшениями…

— За перепадами её настроения сложно уследить! — ворчали слуги.

— Да, вчера госпожа пожелала рыбу из самого дорогого ресторана, а сегодня вдруг захотела отведать свежей дичи…

— И всё же: как бы и нам получить что-то от принцессы? Хоть десяток монет!

Киана читала за чайным столиком, когда к ней зашёл «любимый» брат. В этот раз принцесса выглядела намного здоровее прежнего. Румянец на щеках, лоск рыжих кудрей, сияние сапфировых очей — вот истинное очарование девы Аглесс.

— Дорогая сестрица! Ты выглядишь великолепно, — широко улыбнулся Эрнст, целуя тыльную сторону её руки. — Как отдыхается? Мне передали, что ты соскучилась…

— Это правда, — Киана ответила ему мягкой улыбкой, — здесь так тоскливо… Одна Мадлен меня веселит. Я могу сделать её своей личной горничной?

На секунду Эрнст замер, а потом неловко улыбнулся:

— Но это очень ответственная должность, Киана… Ты уверена? Не лучше ли назначить на неё кого-то, кто работает в особняке достаточно долго?

— Кого? — надменно вскинула бровь принцесса. — Уж не Матильду ли? Ох, даже думать о ней не хочу… С этим шрамом она заметно подурнела, а уродство — заразно.

Подобные слова очень в духе глупышки-Кианы, помешанной на собственной красоте. Эрнст на секунду задумался, будто осознавая сказанное и негромко вздохнул:

— Ты, как всегда, права, дорогая сестра. Я уж и забыл о том шраме… Действительно, такая горничная тебе не подходит.

Казалось, будто они прекрасно друг друга понимают. Солнечные лучи просачивались сквозь балконную дверь, опаляя пожаром сияющие кудри Кианы и осветляя каштановые волосы Эрнста.

Брат и сестра пили чай, улыбались при разговоре и выглядели до того дивно, что у окружающих замирали сердца.

… Но в их словах сквозила сплошная ложь. Игра на двоих, в которой каждый притворяется.

Один мастерски перекраивает свои планы, грамотно подстраиваясь под капризную принцессу.

Другая — увлечена ролью высокомерной куколки, чьи голубые глаза ревностно следят за длинными пальцами кукловода.

Когда-нибудь ножницы отрежут нити и, вместе с ними, пальцы марионетчика.

— Теодор Гридберн, — чуть слышно проронила Киана и опустила взгляд, скрывая смущение. — Он…?

Было бы странно, если бы принцесса Аглесс не поинтересовалась о том, кого, по слухам, любит больше жизни.

— Оу… — Эрнст, казалось бы, смутился на секунду и вздохнул. — Прости, дорогая, от него не было никаких вестей. Тот скандал удалось уладить, но более Теодор Гридберн не связывался с герцогством Аглесс.

Киана внимательно следила за его реакцией и, отвечая на сказанное, помрачнела, нервно прикусив нижнюю губу.

— Но, послушай, не всё так однозначно! — сразу же принялся увещевать её Эрнст. — Нынче у Гридбернов неспокойно. Некоторые даже поговаривают о грядущем разводе герцога и герцогини.

«Брат в своём репертуаре» — рассеянно усмехнулась девушка. Он всегда пытался уговорить Киану, усилив её больную привязанность к Теодору.

Честно говоря, принцесса допускала, что отчасти Эрнст мог быть искренним в своём порыве.

С одной стороны, Киана безнадёжно глупела, когда речь заходила про наследника семьи Гридберн. Но, с другой стороны… Теодор был выгодным союзником.

Если у глупышки Аглесс не получится его завоевать, это удобно для Эрнста, который выжмет каждую каплю славы из её неудачи. Но, если Киана каким-то чудом захватит сердце Гридберна… Это также выгодный союз для Золотого герцога и возможность склонить гордых соперников на свою сторону.

Практически беспроигрышная ситуация для Эрнста.

«Прости, дорогой брат… Мне придётся подкорректировать твои планы» — подумала Киана.

Когда-то давно она считала Теодора настоящим рыцарем. Однако, он не спас её в решающий момент. И сейчас принцесса больше не могла цепляться за него.

— Ты всегда так говоришь, брат, но правда в том, что Теодор Гридберн меня ненавидит, — с горечью произнесла девушка. — Ах, как вспомню его лицо, перекошенное от ярости…!

Киана прикрыла ладонями глаза.

— Ну-ну, сестрёнка, не печалься, — Эрнст сочувствующе похлопал её по плечу, — возможно, ты задела гордость Гридберна, но это ведь не повод отказываться от своих чувств?

— Если я ему не нравлюсь, тогда… — Аглесс будто совсем не слышала слов утешения. — Тогда он мне тоже не нравится! Я единственная дочь Золотого герцога и самая завидная невеста империи Кальдерон. Почему я должна останавливаться на Гридберне?

Конечно, этот вопрос втайне интересовал многих. Но никто не предполагал, что сама Киана выскажется столь… Радикально.

Даже Эрнст замер и нахмурился:

— Киана… Решение, принятое на эмоциях, обычно не самое лучшее.