Рейчел Уорд - Числа. Бесконечность

Ознакомительный фрагмент

— Гад! — выдыхаю я.

Он тянет еще больнее.

— Отпусти его.

Поднимаю голову и вижу дуло пистолета, но наведен он не на меня.

Дэниэл держит Савла на мушке.

— Отпусти его, — повторяет он. Голос его спокоен, глаза, не мигая, смотрят на Савла.

— Я представляю интересы правительства, — бросает Савл. — Ты не имеешь права стрелять в меня.

— А пошло оно, твое правительство. Это мой лагерь. Тебе здесь больше нечего делать. Отпусти Адама и убирайся вместе со своими дружками.

Несколько секунд никто не издает ни звука. Дэниэл и Савл буравят друг друга взглядами. Не знаю, кто кого переглядит. Шум крови в ушах усиливается, когда Савл сжимает мое запястье еще крепче. Вдруг он ослабляет хватку. Рука распрямляется и виснет плетью. Пошатываясь, я отхожу от Савла на несколько шагов, затем разворачиваюсь и смотрю на него. Расквасить бы ему рожу.

— Вот так, Адам. Отходи от него. — Дэниэл молодец, контролирует ситуацию. Хороший из него получился шериф с Дикого Запада. — Хорошо. Теперь, Савл, убирайся отсюда и не возвращайся. Если я еще раз замечу тебя в нашем лагере, получишь пулю в лоб.

Савл отступает, подняв руки. Глаза его мечут молнии. При взгляде на него меня прошибает холодный пот. Он не из тех, кто прощает и забывает.

Отойдя на двадцать метров, он поворачивается и устремляется в лес.

Несколько мгновений спустя раздается рев моторов.

Поворачиваюсь к Дэниэлу.

— Спасибо, друг, — говорю.

— Нет проблем. Ты — легенда, Адам. А этот Савл, по-моему, пытается тебя нейтрализовать.

— В смысле?

— Изъять тебя из оборота, как монету, запрятать как можно дальше от людей, которым ты нужен.

— Кому я нужен?

Дэниэл, похоже, удивлен:

— Всем нам. В этом он был прав — ты важен для всех нас. И здесь у тебя всегда будут друзья. Всегда.

Смотрю ему прямо в глаза. 3152066. Никаких «всегда» не существует, ни для кого, но я понимаю то, что он пытается сказать, и ценю это.

— Круто, — говорю я и поднимаю ладонь, чтобы дать пять, но он хватает меня за руку, притягивает к себе и обнимает. Немного похлопав друг друга по плечу, мы отступаем в стороны. Я быстро- быстро моргаю, пытаясь сдержать слезы. Правильно мне Сара напомнила: люди — это главное.

— Как думаешь, что они будут делать? — спрашивает Дэниэл.

— Не знаю. Сомневаюсь, что они так это оставят. Наверно, нам надо уходить, и подальше, чтобы не подвергать вас опасности.

— Нет, Адам, — говорит он, — оставайтесь здесь. Пожалуйста. Мы все надеялись, что ты появишься.

— Сара?

Бледная как привидение, она топчется рядом со мной.

— Терпеть не могу оружие. — Она ежится.

Я обнимаю ее:

— Они ушли. Не тревожься.

— Да, ушли. Но они вернутся.

Мы идем через лагерь к своей палатке. Последние двенадцать часов прошли в таком напряжении, что сейчас кажется, будто даже природа вздохнула с облегчением и постепенно приходит в себя. Люди хлопочут у костров, прислушиваясь к рокоту удаляющихся мотоциклов. Ночью был заморозок, и солнечный свет струится вниз сквозь переплетения ветвей. Земля искрится и сверкает.

Вдруг я слышу голоса Марти и Люка. Они громко кричат.

Мы переходим на бег.

Первым я замечаю Люка. Он лежит на земле возле палатки и закрывает руками лицо.

Марти несется нам навстречу, и все лицо его залито слезами.

Наконец я вижу заднюю часть палатки. Матерчатая стенка разрезана сверху донизу.

— Мия… Мия… — вот и все, что может выговорить Марти, задыхаясь и отрывисто всхлипывая. Я бегу к палатке и влетаю внутрь. Постелька Мии пуста. Она исчезла.

Сара

Они забрали ее.

На мгновение я прирастаю к земле. Смотрю мимо Адама на это зияющее отверстие. Край палатки похлопывает на ветру.

Нас не было всего несколько минут. Видимо, кто-то караулил палатку и выжидал момент. Подчиненные Савла. То есть пока мы разговаривали с ним, они…

— Говори, Марти. Что вы видели? — Я хватаю его за плечи.

Он пытается вывернуться, продолжая плакать. Я трясу его.

— Что вы видели? — кричу.

— Это были те, с мотоциклов, — рыдает он. — Один ударил Люка в лицо. Другой вытащил Мию… не кричи. Я не виноват. Это…

Адам вскакивает и несется в лес.

— Прости. Прости меня, Марти, — говорю. — Я не хотела… Оставайся здесь, присмотри за Люком. Я вернусь.

И я тоже убегаю вдогонку за Адамом, пиная во все стороны мерзлый хворост, оступаясь и поскальзываясь. Он направляется к дороге. Рокот двигателей звучит то громче, то тише. Из леса они еще не выехали. Может, успеем.

Я отстаю от Адама. Он бежит быстро. Раньше я тоже бегала будь здоров, но в нынешнем положении об этом и думать не приходится. Живот мешает сохранять равновесие, но по венам сейчас течет чистый адреналин, и я решительно несусь вперед. Я должна добраться до нее. Ядолжна. Я выбегаю на дорогу на долю секунды раньше мотоциклистов. Они выворачивают и выезжают на нас: первый, второй, третий.

Мия на втором мотоцикле. Она завернута в полосатое одеяльце. Длинноволосый верзила держит ее одной рукой. Она вырывается. Мое сердце екает.

— Мия! — кричу я, и она на мгновение перестает вырываться и поднимает голову. На ее личике бесконечный ужас. — Мия!

Адам бросается к мотоциклам, пытаясь преградить им путь. Это безумие. Груды разгоряченного металла все ближе с каждой секундой. Савл и его помощники как будто не замечают нас. Они увеличивают скорость и делают рывок вперед, прямо на нас.

Я не хочу, чтобы мотоцикл с Мией разбился, но и позволить им уехать ни в коем случае нельзя, Первым мимо со свистом пролетает Савл. Адам отпрыгивает на обочину. Он не сводит глаз с Мии и второго мотоцикла. Пытается схватить руль. Мотоцикл отклоняется в мою сторону. Зеркало ударяется мне в грудь, и я падаю на спину. Третий мотоцикл виляет влево, и они отрываются от нас, набирая скорость.

— Нет! Нет! Мия!

Рядом со мной раздается выстрел. Потом еще один, и еще.

Это Дэниэл. Он стреляет прямо в них. Один из мотоциклов заносит, и он переворачивается, скользя вдоль дороги. Что-то падает.

— Не стреляй! Прекрати немедленно! — Я с усилием поднимаюсь, стиснув зубы от боли, и бросаюсь на него, кладу обе ладони на дуло пистолета и поднимаю его к небу.

— Я целюсь в шины!

— На одном из них Мия. Не стреляй!

Он отводит пистолет в сторону и опускает его. Другие два мотоциклиста сбрасывают скорость: они тоже поняли, что их стало на одного меньше. Отсюда мне не разглядеть, кто лежит на земле. Неужели разбился второй мотоцикл? Неужели там Мия? Адам, Дэниэл и я одновременно бросаемся бежать к нему. Я еле жива от боли и тревоги, но не разрешаю себе остановиться.