Поймать печать - Надежда Николаевна Мамаева

грудь клинки и не задели. Но руки и ноги порезали все же сильно. Так что шансы истечь кровью у Сьера были отличные.

Отряд лекарей, прибывший на место происшествия, это тоже понимал. Потому целители принялись усиленно бинтовать и накладывать мази – единственное, чем они могли помочь темному, не используя заживляющих заклинаний.

Мне же хотелось его прибить за то, что он заставил меня выйти за него замуж. Причем заставил в лучших традициях сынов Мрака: подкупом, шантажом и обманом! В общем, я смотрела на Сьера и мечтала о том, как его придушу. А потом подниму труп и еще раз придушу… И плевать, что из нас двоих некромант – это темный… Но это завтра. Сейчас я слишком устала для этого.

Я вернулась в жилой корпус злая и голодная. Умылась и решительно легла спать. День и ночь после выдались тяжелыми. Но как только я оказалась в постели, требовательно заурчал живот. И стало очевидно, что есть я все же хочу больше, чем дремать. Прикинула, что почти сутки у меня во рту ничего не было, выругалась и, переодевшись, отправилась в офицерскую столовую, благо та работала и днем, и ночью.

Вот только, оказавшись в шумном зале, поняла: тут я есть не хочу. Слишком много народа. И взяла навынос завернутый в пергамент бутерброд. Два. Еще один – для Сьера. Сама не знаю почему. А затем отправилась к темному. Исключительно поговорить.

И когда вошла к темному, который уже успел переодеться и щеголял в одних домашних штанах и бинтах, без обиняков спросила:

– Зачем ты это все… с обрядом?

– Это был самый быстрый и эффективный способ уговорить тебя выйти за меня замуж, – как само собой разумеющееся, ответил Сьер.

– Зачем? – не поняла я.

– Просто я встретил свою ведьму. Ту самую, которая мотала бы мне нервы всю оставшуюся жизнь, и я радовался этому…

– А меня спросить, хочу ли я этого…

– Ну под завалами ты же согласилась, – пожал плечами темный.

– Только из-за наследства!

– Это уже мелкие детали… – возразил Сьер.

Рука сама потянулась огреть темного, но… один некромант оказался быстрее. Сверток с хлебом и котлетами упал на пол, а я сама оказалась в объятиях Сьера.

– Я просто не хочу тебя потерять. Упрямую, своенравную, колкую, внимательную к деталям. А когда темный чего-то хочет, он добивается этого любым способом… А чего хочешь ты?

– Почувствовать, что живая и все это закончилось…

Договорить я не успела. Губы Сьера коснулись моих, и… мир сошел с орбиты. Потому что как бы я ни пыталась уверить себя, что этот темный мне безразличен, – все было напрасно. Меня тянуло к нему.

Или я просто сошла с ума от всего пережитого. Мы оба едва не погибли сегодня, еще до того, как здание начало рушиться. Череп мог нас обоих убить. И сейчас я хотела убедиться, что жива. Сама не поняла, как вцепилась в мужские плечи, как начала отвечать на поцелуи Сьера. Это было как сумасшествие. Одно на двоих.

Мы любили друг друга. Отчаянно и нежно. До моих стонов, до смятых простыней, до шепота «любимая ведьма»…

А утро подкралось как-то быстро и незаметно. Я проснулась и, осознав случившееся, почувствовала себя воришкой, который украл эту ночь. Вот только смыться мне не дали. Сьер, словно что-то почувствовав, проснулся.

А я смогла наконец в лучах взошедшего солнца рассмотреть его мету. Та впечатляла: крылья ворона начинались на лопатках и доходили по середины икры.

– Нравится? – хитро спросил Сьер.

– Ты сам впечатлил меня сегодня гораздо больше.

– Это я еще только начал и собираюсь продолжить… – коварно произнес темный. Мой темный.

Вот только, как оказалось, даже самой страстной любви может помешать голод. Еда, которую я принесла вчера, сегодня уже отдавала душком, поэтому пришлось ее выкинуть и отправиться в офицерскую столовую.

По дороге мы столкнулись с Дюком. Оборотень что-то процедил сквозь зубы о готовых на все ритуалистках. Но так, чтобы услышала только я.

Постаралась сделать вид, что не услышала и не обращаю внимания. А зря. Потому как уже вечером перевертыш баюкал сломанную руку. Срастить оную целители отчего-то не смогли, а хваленая регенерация оборотней почему-то замедлилась. Так что Дюку оставалось лишь дожидаться полнолуния, чтобы обернуться и излечиться. И вот так, с лубком, перевертыш и подошел ко мне в коридоре и начал просить прощения. За все сразу. Даже за то, чего не совершал. И напирал на то, что не знал о моем замужестве.

И я, кажется, даже догадывалась, что за духовник посоветовал Дюку это покаяние… вот только на вечернем совещании Сьер был невозмутим, а когда я попыталась спросить напрямую об оборотне, с самым невинным видом заявил, что не понимает, о чем речь. В общем, оказался талантливым актером.

К слову, именно из-за умения отлично лгать, лицедействовать и просто действовать на нервы на темного и возложили почетную миссию под кодовым названием «Расколоть Воуриса».

Сьер беседовал с лекарем от лица светлого дознавателя. Но исключительно в стиле детей Мрака. Лунь просто подошел на светском приеме к именитому магу жизни, дескать, нужно побеседовать тета-тет. И как только они остались одни, без всяких слов выложил перед Воурисом кулон. Тот самый, что сорвал в груди Черепа за миг до смерти наемника. После того как убедился, что лекарь узнал вещицу, добавил:

– Ваш исполнитель во всем сознался и уже дает показания…

Причем Сьер сделал это так правдоподобно, что целитель поверил.

Из протоколов допроса я узнала, что Воурис был одержим теорией вечной жизни. Целитель как никто знал, насколько мы все смертны. И не хотел испить той чаши, которая не минует рано или поздно никого из живущих. Он боялся своей смерти. И ради нее был готов не только красть магию, но и убивать.

Поэтому-то Воурису и нужны были меты фениксов, как единственных, кому доступно перерождение. Правда, единожды, но, получив смертельные раны, подхватив неизлечимую болезнь, фениксы могли исцелиться. Но если собрать меты многих и с помощью специального ритуала запрещенной магии использовать их силу, чтобы получить фиал с эликсиром вечной жизни…

Дело было раскрыто. Печать, которой оказался именитый лекарь, поймана. А это значило, что Сьер должен был, по идее, покинуть Светлые земли, но тут упертость капитана встретилась с целеустремленностью некроманта, и… выжить темного из нашей пятерки оказалось просто невозможно! А выдворить из империи – и подавно. Он же теперь был женат на светлой. То есть на мне.

И прилагал все усилия, чтобы наш брак стал самым настоящим. И… я сдалась. Разрешила себе еще раз поверить, что среди всех мужчин этого мира есть хотя бы один… Тот, кто не предаст. И он достался мне. И пусть у него куча недостатков, но он любит меня. А я – его.

И с этим знанием пришло еще одно. Что Сьер для меня очень дорог. Настолько, что спустя полгода уговоров я решилась перебраться к нему, в Тайру. Не все же темным трепать нервы добропорядочным светлым. Нужно же и нам, детям Зари, когда-то им за это отомстить. Почему бы это не сделать мне?

И я усердно портила жизнь детям Мрака. Особенно тем из них, кто решил преступить закон. Но этим я занималась в рамках частного детективного агентства, которое и открыла в столице Темных земель. День, когда это случилось, муж почтил минутой бурчания. Все же быть следователем – это не самое безопасное занятие для лэриссы. Но я возразила, что для ритуалистки – в самый раз.

И хотя о своей работе Сьер не распространялся, но я прекрасно понимала: у него она гораздо опаснее. Быть на службе у самого императора – это не воришек пудингов ловить… Вот только ни Лунь, ни я до определенного времени не подозревали, что самая трудная миссия нам еще предстояла – это наши тройняшки, появившиеся на свет спустя пять лет после свадьбы. А пока… Пока мы были счастливы и не ведали, что самое интересное в жизни еще только начинается.