Кейти Макалистер - Много шума вокруг вампиров

– Я убил пару жниц, но тогда вопрос стоял либо я их, либо они меня. Ты из братства?

– Нет, я католичка, – ответила она, внимательно осмотрев его, – выглядишь гораздо лучше.

И еще красивее, чем я себе представляла. В тебе так и бурлит чувственность. У меня голова кружиться начинает только от того, что я стою рядом. Я не хочу ничего такого чувствовать!

Он поднял брови, удивляясь ее мысленному монологу.

Я бы не сказал, что чувственность прямо бурлит, но ты меня сексуально привлекаешь и немного возбужден.

Она покраснела, и, выпучив глаза, ошарашено спросила:

– Боже мой, ты все слышал?

– Ну конечно.

– И даже ту часть, про головокружение?

– Даже ее, – ответил он, нахмурившись, – ты выглядишь растерянной, зачем ты проецируешь мысли, если не хочешь чтобы я их узнал?

– Но я не проецировала! Мой мозг сам фантазирует непонятно о чем.

Он мысленно покачал головой. Она же не думала, что он поверит в эту чушь?

– Думаю, я лучше пойду, – она встала, но ноги подкосились, и Кора упала на мужчину.

– Ты еще слаба, – сказал Алек, поймав ее, он чувствовал, как кружится ее голова от отсутствия крови, – Я выпил слишком много, почему ты не остановила меня?

Он нежно усадил ее на землю, поместив ее голову между колен.

– Разве у тебя нет автостопа, когда бак заполнен?

– Есть. Но если бы я выпил столько сколько мне нужно для восстановления, то убил бы тебя. Как тебя зовут?

– Кора. Корасон Ферейра. Знаешь мою сестру?

– Корасон, – проговорил он, смакуя ее имя. Переводится как "сердце", подходящее имя для женщины, которая заставила его сердце снова биться, – Испанское?

– Латиноамериканское. Мои родители родом из города Чиуауа. Как... эм... как тебя зовут? Пэтси никогда не упоминала твоего имени.

– Пэтси? А, моя бывшая соседка. Я Алек. Как ты узнала, что я темный?

– Черт! – раздраженно ругнулась она.

– Прости, ты о чем?

– Алек – одно из моих любимых имен! Теперь появился ты и испортил его!

Какая странная женщина. Совсем не похожа на мучительницу. А эти большие глаза, утонченное лицо, и губы к которым его непреодолимо тянуло... и все ее тело... Он возбудился, думая о ее теле. С огромным усилием, он сфокусировал свое внимание на желанной, доводящей его до безумия женщине:

– Ты сумасшедшая, да?

– Пока нет, но еще не много и ты доведешь меня до безумия, – ответила она недовольным тоном, – Алек, понятно, а фамилия?

Ой, черт возьми, он секси. Ты вампир, но такой сексуальный. Я хочу ... господи! О чем я думаю?! Ты же зло!

Вообще-то нет.

Ты ходячий труп!

Уже нет, ты ведь накормила меня.

Ты убийца! Вампир-убийца! Соблазнительный, чувственный убийца с великолепными глазами и о ... боже мой, ты меня слышишь да?

Да.

Перестань читать мои мысли!

– Дарвин, – ответил он.

Она совсем ничего понимала.

– Что?

– Фамилия. Алек Дарвин. Очень надеюсь, что не испортил твоего мнения о Дарвине.

Она посмотрела на него, будто он говорил на непонятном ей языке.

– Откуда ты меня знаешь, Корасон?

Она моргнула и мысленно отдалилась от него.

– Дарвин не немецкая фамилия. А акцент у тебя немецкий. А ты знаешь шотландского вампира Эйвери?

– Ради всего святого, женщина! Отвечай на мой вопрос! – Его терпение лопнуло. Он подошел ближе.

– Не смей меня трогать убийца кровосос! – закричала она и попятилась назад, пока не врезалась в камень. Затем схватила его и выставила перед собой, защищаясь.

Алек чувствовал, что на самом деле Кора его не боится, и инстинктивно понял, что она что-то от него скрывает. Скорее всего, ее связь с тем, кто ее послал его пытать.

– Что я тебе сделал? Мы даже не знакомы, а ты ведешь себя так будто я прокаженный. Я же сказал, что сожалею о том, что выпил слишком много твоей крови, но я не виноват в этом.

– Что ты мне сделал? Ты еще спрашиваешь, что ты сделал? – возмущенно повторяла она.

– Об этом я и спрашивал, несколько раз, – его раздражение утихало, и он понял, что ему нравится с ней разговаривать. Очень бодрит, и отвлекает от чувства бесконечного отчаяния, которое сопровождало его всю жизнь.

Она подскочила, и в три шага прыгнула к нему, ткнув пальцем в его плечо:

– Ты убил женщину!

– Какую? – он раздумывал, что будет, если он ее поцелует. Она ответит или ударит. А может сделает и то и другое.

Она снова ткнула его.

– Не знаю. Она управляла повозкой с быками.

– Чем?

Нет, ее губы точно созданы для поцелуев. Даже поджатые в тонкую линию, они так и манили. Он чувствовал, как растет его возбуждение. Оно только усилилось, когда ее запах окутал его. Он мечтал дотронуться до ее тела.

– Повозкой с быками. Ну, карета... повозка... с быками. Она сбила меня и отрезала мне голову, а потом появился ты и...

– Что за чушь? – перебил он. Затем отвлекся на безумное жаркое желание, охватившее его. Он проголодался. Она стояла и говорила что-то, размахивая руками, ее губы... о эти губы...

Что за дикое желание? Изумлялся он. Он и раньше чувствовал голод, и сексуальное возбуждение. Он даже пытался встречаться с женщинами, когда ему было совсем одиноко. Но такого он никогда не испытывал. Что-то тянуло его к ней. Нет, она не нужна ему. Ему нужна только ее кровь.

Она снова ткнула его, он схватил ее руку и прикоснувшись к ней, он понял, что обманывает себя.

– Это было давно. Примерно... ну несколько столетий назад. Дама с быками была в коричневой юбке и кожаном корсете. Это было в городе, а на холме стоял замок, ты был одет в... – она прикусила губу, пряча от него мысли.

Мне даже твой кадык нравится.

То есть, эту мысль ты решила не прятать. Ты самая странная женщина из всех, что я когда-либо встречал.

Знаю. Почему я хочу поцеловать тебя, несмотря на то, что видела, как ты убил ту женщину, прямо на моих глазах?

Он опустил взгляд на ее сладкие губы.

Я тоже кое-чего не понимаю. Кто ты, черт побери.

Меня зовут Корасон Эсмеральда Ферейра, я секретарь в агентстве недвижимости, которым руководит мой бывший муж. Мне 32, моя сестра замужем за вампиром и я видела, как ты убил женщину.

С быками, да, помню. Как зовут того темного?

– Эйвери Скот. Почему ты напал на нее Алек? Зачем укусил и выпил досуха? – Она обхватила себя руками и отодвинулась, легкий намек на страх появился в ее глазах, – Почему оставил ее тело валяться там, словно она пустое место?

– Я не знаю о чем ты... – он покачал головой и внезапно стал вспоминать то, о чем всю жизнь пытался забыть. Он снова почувствовал жар солнца, вспомнил тот день, когда он отправился делать предложение своей возлюбленной. Вспомнил мирный пейзаж перед домом Элеонор, и женщину, которая убила его любимую, его спасение. Медленно он повторил, – женщина с быками.