Изменчивая судьба - Тэмми Блэквелл

Теперь, благодаря красным глазам, я была похожа на косматую наркоманку, а не на Скаут Донован, внучку сенатора. Цвет глаз был не совсем естественным, но это становилось заметным, только если очень присмотреться. Линзы привлекали куда меньше внимания, чем мой настоящий цвет глаз. Волосы явно были не настоящими, но это дорогой парик, а не метелка за три бакса к Хэллоуину, поэтому волосы выглядели натуральными, но крашеными в смелый цвет. Я не понимала, в чем проблема, ведь как минимум половина американских женщин красит волосы. Я думала, что легко могу войти в торговый центр, и ФБР на меня не накинется.

— Я имею ввиду… — Лиам махнул рукой, как бы обозначая свое отношение к моему внешнему виду. А может, он отмахивался от мухи. — Ты выглядишь как Скаут в парике. Это вряд ли кому-то помешает узнать тебя.

Тут нам придется остаться каждому при своем мнении, вот только…

— В багажнике я не поеду.

Кажется, он поразмышлял над этим, но в итоге уступил.

— Наверное, сойдет. Если ты не будешь ни с кем разговаривать и привлекать внимание, никто не заметит.

Ух ты! Остаток жизни мне предстояло общаться только с Лиамом. Возможно, пора пересмотреть свое желание жить.

Лиам вновь залез в свой бездонный мешок с подарками и выудил здоровенные солнечные очки-авиаторы.

— Вот, — сказал он, бросая их в мою сторону. — Никогда не снимай.

— Какой тогда смысл в линзах, если очки скрывают половину моего лица?

— Линзы — это запасной план.

Естественно, у него имелось множество планов по сокрытию моей личности. Лиам просто полон планов. Планов, как спасти меня от Альф и не подставить Чарли. Планов уйти и накупить броских деталей костюмов, пока я сижу в номере, думая, что он никогда не вернется. Планов о том, куда нам дальше ехать. Проблема в том, что он не посчитал нужным посвятить меня во все эти планы.

Глава 5

— То есть, если я правильно поняла… — я потерла глаза под солнечными очками, которые меня заставили носить… — есть еще Стратиго, кроме тех трех, которых мы убили?

Солнечный свет только начал проникать сквозь окна машины Лиама, пока мы ехали на юг. Сегодня был день путешествия по проселочным дорогам, и это делало меня счастливой. Мне нравилось смотреть на маленькие городки и видеть что-либо помимо обочины трассы.

— Еще девять, хотя, скорее всего, они уже повысили кого-то из стражей, так что их снова двенадцать.

Я заметила точки на горизонте и сосредоточилась на них, не поворачивая головы, чтобы не привлекать внимания Лиама.

— Так их всегда ровно двенадцать? — точки превратились в животных. — Эти десять коров мои.

Лиам осмотрелся по сторонам и наконец заметил их. Он выругался сквозь зубы.

— Сорок семь моих коров и всего три твоих.

— Это самая тупая игра, в которую я когда-либо… Мои коровы!

— Пять твоих.

Лиам раздраженно потер голову.

— Стратиго, — сказал он, возвращаясь к теме. — Их всегда двенадцать и столько же стражей. Иногда они долго решают, кто должен занять должность, но все же предпочитают поскорее заполнять пробелы в рядах. Поэтому выбирают так много потенциалов.

— Потенциал — это тот, кто однажды может войти в Альфа-Стаю и стать Стратиго или стражем? — я не в первый раз отчаянно мечтала о справочнике на эту тему.

Мое невежество раздражало Лиама так же сильно, как и меня.

— Ты хоть что-нибудь знаешь об обществе оборотней?

— Дай подумать, — я задумчиво постучала пальцем по своей нижней губе. — Они дерьмово обращаются со всеми женщинами, кроме Альфа-Самки, и убивают всех, кого считают отличающимся или раздражающим.

— И…

— И это практически все, что я знаю про вас, ребята.

После этого началась длинная лекция (включавшая долгий отрывок, разъясняющий, что я должна говорить «нас» а не «вас»), которую вел профессор Лиам Коул, Сухой-Как-Горелая-Корочка. К тому времени, как мы подъехали к какому-то гаражу на окраинах Хьюстона, я уже раздумывала связать петлю из ремня безопасности и повеситься на ней.

— Не думаю, что здесь открыто, — сказала я, когда он заглушил двигатель.

Лиам лишь зыркнул на меня и сказал сидеть тихо. Любопытно, но он выглядел нервничающим, когда постучал в одну из дверей. Что еще любопытнее, ему действительно открыли. Я толком ничего не видела из-за света, резко слепившего во тьме, но мне показалось, что внутри было несколько человек. Через четыре минуты Лиам вернулся за мной.

— Держи голову опущенной и ничего не говори, — едва слышно произнес он, пока мы шли к гаражу. — Ничего, Скаут. Не умничай. Не задавай вопросов. Просто держи рот на замке. Поняла?

— Ну, не знаю. Как думаешь, ты сумеешь объяснить поподробнее? Может, покажешь примеры?

Не знаю, откуда у меня взялась способность огрызаться на Лиама. То ли после столького времени вместе мне становилось комфортно с ним, то ли Волк Скаут была близка к поверхности. А может, как говорила мама, мой инстинкт самосохранения опять давал сбой.

Лиам завел меня в кабинет, который действительно был заполнен людьми. Какой-то парень то ли спал, то ли потерял сознание на старой тахте в углу. Его руки покрывали татуировки, некоторые из них были на испанском. Рядом с ним сидела женщина, уставившаяся в телефон. За стойкой стоял парень, похожий на спящего как родной брат. Его взгляд был критическим и оценивающим. На краю стола сидел еще один парень, подкидывавший мячик в воздух. Это был единственный белый парень в кабинете, и, естественно, он поприветствовал меня крикнув «Эй, чика!». Никто из них не замечал маленького ребенка, плачущего посреди комнаты.

— Так это твоя девчонка? — спросил парень за стойкой.

Лиам приобнял меня за плечи и прижал к своему боку. Я едва сдержалась чтобы не наступить ему на ногу.

— Элизабет, это Диаз, мой старый друг. Он поможет нам с жильем на какое-то время.

Так как говорить мне было нельзя, я просто кивнула. Меня больше интересовал ребенок, перешедший от истерики к тихому хныканью. Мне хотелось взять салфетку и вытереть ему нос.

— Повернись-ка, Бет.

Поскольку парень напоминал мне мексиканскую версию Шона Майклза из реслингового шоу, которое папа смотрел по вечерам понедельника, я повиновалась.

— Неплохо, — сказал Диаз. — Молодое, подтянутое тело. Средненькое лицо. С одеждой надо что-то делать, но Трина разберется.

Я все еще ничего не понимала, но Лиам, кажется, сообразил, потому что он просто закипел:

— Нет, — рявкнул он. — Она со мной и не будет работать на улице.

Работать на улице…? Что?

О. Мой. Бог.

— Вы хотите сделать из меня шлюху? — я совсем забыла про приказ не открывать рот. — Вы что, совсем больные?!

Белый парень усмехнулся:

— Ооооо… Она