Поцелуй Ледяной розы (СИ) - Рябинина Татьяна

- Да что вы? – отозвался второй, в ярко-синем котте. – Значит, вечером за ужином будет жарко.

- Несомненно, - сказал мужчина постарше. – Только все равно никому не удастся обратить на себя ее внимание. На то она и Ледяная.

Рене вежливо поинтересовался, о ком идет речь.

- Это дочка одного местного рыцаря, - пояснил юноша в широком сюрко. – Красивая и совершенно неприступная.

- Похоже, вы давно не были при дворе, Хьюго, - усмехнулся его собеседник в котте. – Мейд Мэрион теперь леди Мэрион. Ее отец стал графом.

Анри и Рене переглянулись, сообразив, о ком идет речь.

- Мы имели удовольствие с ней познакомиться, - сказал Рене. – Хотя, пожалуй, это трудно назвать удовольствием. Она не только неприступна, но и совершенно нелюбезна.

- Да, этого у нее не отнять, - кивнул Хьюго. – Но ей прощают, поскольку все, кто ее знают, в нее влюблены.

- Видимо, я слишком стар, чтобы понять подобное, - проворчал Рене.

- А вот, кстати, и она, - подтолкнул его локтем Анри.

По дорожке сада в сопровождении отца шла Мэрион, притягивая взгляды со всех сторон.

- Я не видел ее несколько месяцев и, должен сказать, она стала еще прекраснее, - вздохнул Хьюго. – Дорого бы я отдал за один ее поцелуй.

- Можете не волноваться за свое имущество, - ехидно усмехнулся молодой человек в котте, которого называли Томасом. – Сколько бы его у вас ни было, ей оно ни к чему. Как и вы.

- Вы тоже немногого от нее добились, - огрызнулся Хьюго. – Мэрион даже танцевать рядом с вами не захотела.

Анри краем уха слушал их разговор, глядя вслед девушке. Сегодня на ней было надето бледно-розовое блио с яркой малиновой шнуровкой и таким же поясом. В нем она действительно была похожа на едва распустившуюся розу.

- Теперь ее отец стал птицей высокого полета и наверняка подыщет ей жениха не чета вам, голодранцам, - поддел юношей их собеседник, наверняка рыцарь или даже барон. – А может, это сделает король. Или герцогиня – она любит…

- Заниматься сводничеством? – вздернул подбородок Хьюго, обиженный тем, что его назвали голодранцем.

- Тише ты, - Томас покосился на Рене и Анри, которых не знал. – Лучше не говори так.

- Мой отец занимает при короле высокую должность, - еще сильнее завелся Хьюго. – А я через несколько дней стану рыцарем, король сам обещал посвятить меня. И тогда еще посмотрим, кто голодранец.

Анри молча приподнял брови, взглянув на отца, но тот покачал головой: мне ничего не известно.

- Побудь здесь, - шепнул он. – Я найду Малькольма и узнаю у него, как и что. Заодно попрошу пристроить наши пожитки.

Рене ушел, а Анри вступил в общую беседу, и скоро они уже были знакомы. Хьюго оказался сыном одного из королевских кастелянов. Как и Анри, он состоял оруженосцем при своем дальнем родственнике и ожидал акколады. Томас, сын барона Ридкросса, уже был рыцарем, но по причине слабого здоровья занимался хозяйством в мэноре своего отца. Третий, мужчина в возрасте, оказался Роджером Лодделом, шерифом Дербишира.

- Так вы сын леди Сибил Бисет, юноша? – удивился он, узнав имя Анри. – Я знал ее когда-то. Это была печальная история.

- Вам что-то известно о ее смерти? – насторожился Анри. – Мой отец рассказывал, что ее собирались схватить по ложному доносу, и ей пришлось бежать.

- Ложных доносов тогда хватало, - кивнул Лоддел. – Но, с другой стороны, ваш отец был приближенным короля Ричарда, а тот в те времена действительно был мятежником. Нет, к сожалению, мне ничего не известно. А вы хотели бы узнать, кто сделал этот донос?

- Разумеется.

- С тех пор прошло столько лет… Боюсь, это будет очень сложно сделать. Если вообще возможно. Шериф Хэмпшира должен прибыть сюда со дня на день, возможно, вам следует поговорить с ним.

В этот момент вернулся Рене и отвел Анри в сторону.

- Вечером перед ужином мы перенесем наши вещи к Малькольму. Я поговорил с ним. Король действительно намерен посвятить в рыцари сразу несколько оруженосцев – тебя, Хьюго де Деньяна и еще кого-то. Одновременно. Так что твоего личного праздника, к сожалению, не будет.

Анри, в свою очередь, пересказал отцу разговор с шерифом.

- Если донос был письменным, он мог сохраниться, - задумчиво покачал головой Рене, - но надежды мало. О шерифе Хэмпшира мне ничего не известно, да и дербиширского я не знаю. Что ж, времени у меня теперь достаточно, дел особых нет. Попытаюсь что-нибудь разузнать. Кстати, Малькольм сказал, что леди Мэрион действительно становится причиной раздора везде, где появляется. Мужчины сходят из-за нее с ума, а ей это нравится. Прозвище свое она получила не случайно. Может осадить любого – одного взгляда ледяных глаз достаточно. А уже если скажет что-то таким же ледяным голосом, самого безрассудного и дерзкого охватывает дрожь.

- Но признайте, отец, она и в самом деле красива, - вздохнул Анри.

- Боюсь, мой мальчик, и ты попал в ее сети, - Рене насмешливо выпятил губу. – Надеюсь, тебе хватит ума не ввязывать из-за нее в свары с другими… петухами. Пойдем, я познакомлю тебя еще кое с кем. Возможно, это знакомство окажется более приятным.

Глава 7

- А это еще кто такой? – прошипел Анри отцу на ухо, косясь на высокого мужчину в одеянии архиепископа, потеснившего за королевским столом Уильяма Маршала, графа Пембрука.

- Хьюберт Уолтер, архиепископ Кентерберийский, - ответил вместо Рене сосед Анри с другой стороны. – Главный юстициарий.

- То есть наместник? – вытаращил глаза Анри.

- Да. Король назначил его на этот пост, еще находясь в плену.

- Я этого не знал, - покачал головой Рене. – Но слышал, что он жесткий и властный. Если учесть, что скоро начнется война с Францией, а казна пуста, нас ждут непростые времена.

- Да-да, - кивнул сосед Анри, - только успевай развязывать мошну. Но пока можно перевести дух. Повеселиться. Потанцевать. Полюбоваться красивыми женщинами. Вы видели Ледяную розу? Леди Мэрион Беннет?

- Есть здесь хоть кто-то, кто бы не говорил о ней? – поморщился Рене. – Что все находят в этой девице?

Анри невольно скосил глаза на ревард, где на достаточно почетном месте рядом с отцом сидела Мэрион. Он ждал начала танцев, хотя и отдавал себе отчет, что его шансы столько же невелики, как и у Хьюго с Томасом. Особенно после двух ночных встреч. Может быть, другая дама была бы благодарна за спасение от грабителей, но Мэрион повела себя так, словно это она оказала им с отцом услугу.

Когда начался первый кароль, Анри поспешил встать – так, чтобы успеть первым подать руку леди Мэрион. Однако он не учел, что именно этого будут добиваться и другие мужчины. Образовалось небольшое столпотворение, за которым Ледяная роза наблюдала с ледяным спокойствием. Закончилось все тем, что руку ей подал сам король Ричард, вставший в цепочку первым после ведущего.

К своей великой досаде, Анри оказался в самом хвосте, что, тем не менее, обернулось для него удачей. Когда танцующие обогнули зал, голова змейки почти уткнулась в хвост, и король, после очередной фигуры решивший вернуться на свое место, вручил руку Мэрион Анри. Острые, как кинжалы, взгляды со всех сторон не заставили себя ждать.

- Де Даньер? – надменно вскинула брови Мэрион.

- Де Дюньер, - поправил Анри, подозревая, что девушка задевает его намеренно.

- Не все ли равно?

- Не думаю, чтобы вашему отцу понравилось, если бы к нему обратились «граф Вортскай».

- Вы вряд ли станете когда-нибудь графом, мастер.

Повторяя движения ведущего, Мэрион обошла Анри вокруг и снова подала ему руку. Широкий рукав приподнялся, и на запястье блеснул золотой браслет в виде свернувшегося дракона с голубым глазом-сапфиром. Такой же браслет украшал и второе запястье.

- Я надеюсь получать награды честным путем, - не особо задумываясь о своих словах, сказал Анри, продолжая разглядывать дракона.

- Да как вы смеете?! – вспыхнула Мэрион.

- Прошу прощения, - смутился Анри. – Я не хотел оскорбить ни вас, ни вашего отца.

Он словно упал в промоину во льду и пытался выкарабкаться, но только резал руки острыми краями. Именно таким был ее взгляд – обжигающе холодным. Едва стихли последние звуки баллады, Мэрион поспешила вернуться к отцу. Что-то выпало из конца ее рукава, связанного узлом: знатные дамы использовали их вместо кармана или сумы для всяких мелочей.