В плену Патория - Юлия Александровна Пульс

ощущений! Возможно, я не ошибся в выборе и безликая девушка – моя судьба! Обряд консумации покажет!

– Готова, – прошептала она и отвела от меня взор. Я чувствовал, что она испытывает только страх, но не судил ее за это. Я справлюсь с ним потом, а сейчас главное заклеймить ее собой!

Я повел обнаженную Арнию к выходу и вывел на ледяную дорожку, не выпуская ее горячей руки. Лед расплавился под нашими ногами, когда я провозгласил перед собравшейся у шатра стаи:

– Я – Миран, вожак Патория, объявляю о том, что нашел свою истинную пару! Арния Лаир – моя избранница!

Все оборотни, кроме членов моей семьи, приняли ипостась волков и склонили головы. Хала и Тобур принесли ложе для обряда и установили его между двух кострищ. Застелили белым покрывалом и соорудили подобие балдахина с прозрачной тканью, что пропускала силуэты голых тел. Раньше я часто наблюдал за этими обрядами и не понимал, насколько они волнительны для участников. Отрешенно скользил взглядом по парам, что совокуплялись на виду у всех и никогда не испытывал стыда. Вот и сейчас меня не посетил стыд! Я вел Арнию на ложе с гордостью! Понимал, что после этого мое положение укрепится, и брат не посмеет поднять мятеж! Я не любил кровопролитие! Но если дело доходило до схватки, то не щадил никого!

– Мое почтение, Миран, – склонилась перед ложем сестра и отодвинула балдахин, приглашая нас войти. Я взглянул на белокурую девушку, которая стала бледнее мела, и подтолкнул ее вперед. Она неловко упала на мягкое ложе и закрыла лицо руками. Я услышал ее тихие рыдания, и громкий вой волков заглушил все звуки. Она лежала подо мной трепетная и невинная, перепуганная до смерти, и я заметил размазанную кровь на ее бедрах. Развел ее ноги в стороны и лег на ее хрупкое тело. Припал к ее уху и прошептал:

– Сколько тебе лет?

Она не ответила, утопая в рыданиях, сотрясаясь всем телом так, что ее дрожь передалась и мне. Снова от жалости мою душу разрывало на части, но волки ждали совокупления. Особенно Тобур, который не отрывал от нас глаз. Я не мог отступить даже ради ее спокойствия! Когда-нибудь ей все равно предстояло бы это пройти! Так лучше сейчас!

Я ее выбрал! Арния Лаир теперь моя пара! И я не стал предупреждать ее о вторжении. Направил орган в ее чрево и вошел резко и до упора. Арния закричала от боли, отнимая руки от лица. Посмотрела в мои глаза и прикусила губу, сдерживая стон, который все же сдержать не смогла. Чтобы заглушить ее крик боли, я припал к ее теплым губам поцелуем и задвигался в ней осторожно и медленно. Мир вокруг померк. Я отпустил все мысли и погрузился в нашу близость с головой. Будто вспышки безудержной страсти, разрывающие душу изнутри! Я чувствовал ее податливое тело под собой и рычал от удовольствия. Вот она! Та самая самка, которую я искал много лет! Покрытая мной, завоеванная мной! Прекрасная настолько, что сдержать страсть я был не в силах. Два мощных толчка и вот уже я излился в ее нутро с протяжным воем, завершая обряд консумации, но не спешил выпускать Арнию из объятий. Целовал ее шею, ощупывал грудь и наслаждался каждым крохотным прикосновением. Она сама оттолкнула меня и перекатилась на бок, сжавшись в клубок. Не было времени на то, чтобы успокоить плачущую девушку. Я подхватил ее на руки и вынес из ложа. Волки приняли ипостась людей и захлопали в ладоши, приветствуя новую пару, но Арния плотно прижалась к моей груди и не посмотрела на ликующую стаю.

– Мирон! – кричали они, пока я медленно приближался к шатру с избранницей на руках. – Плодородия вашей паре! Да здравствует вожак!

ГЛАВА 4

Железный ошейник сдавливал шею при малейшем движении, а цепи на кандалах противно звякали. Я сидела на холодном каменном полу в углу особой комнаты и старалась не смотреть на изувеченную руку. Боль беспрестанно пульсировала, и казалось, что мои отрубленные пальцы призывно ноют. Цэп расправился с двумя, аккуратно разложив их на своем столе по кусочкам. От запаха собственной крови тошнило и выворачивало наизнанку, но я терпела, не представляя, откуда берутся силы, чтобы пережить затянувшуюся пытку. Песочные часы, к которым я приросла взглядом, вызывали дикую ненависть. Больше всего на свете я хотела встать и разбить их, лишь бы песчинки прекратили отмерять срок до новой боли. Слез не осталось, а во рту пересохло. Я облизывала потрескавшиеся губы кончиком еле влажного языка и подбадривала себя тем, что отец до сих пор не нашел Арнию, а значит, она на пути к городу или уже в резиденции империи. Доживу ли до свободы?

– И откуда в тебе столько упрямства? – я вздрогнула от громкого голоса Цэпа. Он уже давно не говорил со мной. Сидел за столом и любовался окровавленным ножом с красной рукояткой. Он никогда не ел и не пил в моем присутствии. Всегда носил на лице непроницаемую тряпицу, и я даже не представляла, как он может что-то видеть сквозь нее. Что скрывалось под маской колдуна? Я хотела узнать это не меньше, чем он желал увидеть мой истинный облик. – Течение песков не остановить. Скоро ты лишишься еще одного куска своего дряблого тела, – говорил он спокойно и томно, с особой любовью поглаживая нож.

– Мое дряблое тело к твоим услугам, – проговорила хриплым голосом и дернулась от приступа боли. Цепи зазвенели, и я скривилась от противного звука. Невольно взглянула на руку, и тошнота подкатила к горлу при виде темно-бордовых обрубков. Зря оторвала взор от песчинок, ведь последняя уже упала.

Цэп вальяжно поднялся со стула и кроме ножа прихватил с собой новую порцию эликсира. Я едва сознание не потеряла от страха, когда огромная фигура отца приблизилась, и он присел прямо на пол рядом со мной. В лицо пахнуло смесью неизвестных трав и волоски на затылке зашевелились, когда блеснуло острие клинка. Я думала, что уже привыкла к боли, что готова вытерпеть новую, но сильно ошибалась. Всякий раз эта пытка доводила мой разум до безумия, и я отчаянно сопротивлялась воле отца, но у жертвы, загнанной в угол, не было выбора. Он схватил меня за запястье искромсанной руки и силой приложил ладонью к полу как раз в