Любимый Враг. Предназначение (СИ) - Завгородняя Анна Александровна

Решительно приподнявшись, забросила за спину лямки сумки и потянулась рукой, намереваясь поднять плотную ткань полога и выбраться наружу. Но промедлила, услышав ответ эрлы Кобб, от которого мое сердце едва кровью не облилось.

- Нет у нас никакой девушки.

- Врешь, старуха. Сейчас мы перевернем телегу и всех, кого найдем внутри, предадим стали, - этот голос был мне незнаком. Но медлить больше не было смысла. Я и так уже ругала себя на чем свет стоит за то, что села в телегу. Надо было и дальше идти самой.

Все равно попалась, и добрым людям зло, сама того не ведая, причинила.

- Стойте! - крикнула, выбираясь наружу и удивившись тому, что вокруг все серым серо. День клонился к своему завершению и далеко за лесом мелькали алые всполохи тонувшего за горизонтом, солнца.

«Надо же, сколько я проспала. Уже вечер!» - мелькнула в голове пустая мысль, пока я, взглянув на мужа и жену Кобб, перебралась через сиденье возницы и спрыгнула на дорогу, глядя на стаю черных всадников, окруживших телегу.

Как же их много. Три десятка, не меньше. Все в черном. Вот точно стая ворон. Гнусные падальщики, окружившие телегу. У каждого оружие. Почти у всех есть за плечами арбалеты, а лица скрыты под тенью, словно им и самим стыдно за то, что творят. Хотя, в этом я как раз сильно сомневалась. Скорее, они прятали лицо, чтобы после никто не узнал, когда они отобьются от «стаи».

А вот и он. Главарь. Не узнать в нем старшего просто невозможно. Этот всадник отличался и осанкой, и разворотом плеч. А еще он был магом. Очень сильным и очень темным. Я бы даже сказала, черным. От мужчины веяло тьмой, и он сам казался ею.

- Не трогайте этих людей, - произнесла четко и быстро. А потом удивилась собственной храбрости. - Вам же нужна я! Я здесь, а они...

Договорить мне не дали. Я не успела поблагодарить своих попутчиков. Один из всадников, лицо которого скрывал низко опущенный капюшон, подъехал ближе. Не успела опомниться, как оказалась лежащей поперек седла. Со спины сорвали сумку, швырнули куда-то с приказом довезти в целости и сохранности. Перед глазами мелькнул гладкий бок жеребца и земля, до которой было не так много падать.

Не удержавшись, дернулась, а потом и ударила кулаком по ноге наглеца, посмевшего схватить меня, словно я была не человек, а тюк с картошкой. Но схватка окончилась еще до того, как я успела ударить во второй раз.

- Еще раз дернешься и всю семейку, с которыми ты ехала, вздернут на ближайшей ветке.

Голос был настолько спокойным и холодным, что я сразу поверила в сказанное и притихла.

- Не трогай их, - только и прошептала.

Вместо ответа, мужчина положил ладонь мне на лопатки и придавил. Странное тепло окутало тело, поползло, словно живое, под тканью. Сонливость вернулась. Да такая сильная, что сразу стало понятно - этот человек, маг, меня просто усыпил.

Отчаянно сражаясь с угасающим сознанием, успела услышать женский крик, а затем и визг девчонок. Жеребец перешел в галоп, но я уже ничего не слышала и не чувствовала. Магия оказалась сильнее. Я провалилась в навязанный пустой сон, черный, как глаза спасенного когда-то мной мальчишки. Чтобы он горел в огне!

Глава 3

Тошнота и головокружение. Вот то, что я испытала, едва открыла глаза. Хорошо, что вокруг царила тьма, иначе рези и слез было бы не избежать. Глаза болели, словно я много и долго читала.

Пошевелившись, поняла, что лежу на постели. Подо мной был лишь тонкий матрац и нечто, заменявшее подушку. Сверху кто-то бросил тонкий плед, но я все же ухитрилась замерзнуть. Или это просто в помещении было так холодно?

Где я вообще? Куда меня привез мужчина в черном и что произошло с семьей Кобб. Крик Тильды до сих пор эхом звенел в ушах, и внутри скопилась такая горечь, что хотелось выть и плакать от бессильной злости. Потому что я сильно сомневалась, чтобы эти несчастные, проявившие ко мне милосердие, остались целы. Не после того, что рассказала ведьма.

- Боги! - простонала я. Голос скрипел. Пить захотелось еще сильнее, но я и не думала звать кого-то.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сначала медленно села, стараясь привыкнуть к темноте. Но в комнате, а это точно была комната, не нашлось ни одного источника света. Впрочем, это не помешало мне ощупать и изучить свои руки и ноги.

Удивило то, что я не была связана. Скорее всего, меня заперли в каком-то доме. А снаружи находится стража. Мысль о побеге мелькнула, но тут же притихла, стоило мне на нее цыкнуть. Рано еще думать о том, чего не знаю. Но осмотреться стоит.

Я сползла с кровати, ногами нащупала крошечный облезлый коврик, успев порадоваться тому, что с меня не сняли сапоги. Видимо, положили в том, в чем была. И на том спасибо. Даже не знаю, как бы себя чувствовала, если бы кто-то из этих мерзавцев прикоснулся ко мне. Пусть и находившейся без сознания.

Сделала неуверенный шаг вперед, стараясь не шуметь. Под ногами точно было дерево. Простой деревянный пол, какие бывают в деревенских домах. Видимо, мы где-то в лесной сторожке, или вернулись в деревню. Но последний вариант отбросила. Мысль показалась глупой.

Качнувшись вперед, вытянула руки, злясь на то, что ничего не вижу. Зато уловила запах. Пахло лесом и, почему-то, сырой землей, как после хорошего дождя.

Несколько шагов вперед и пальцы коснулись холодной стены. Тоже деревянной.

Вздохнув, пошла вдоль, намереваясь таким образом найти дверь, или окно. Хотя бы что-нибудь, что может помочь выбраться из ловушки.

Но сделав еще несколько шагов нащупала преграду и замерла, а затем быстро прикоснулась к чему-то мягкому и теплому. Ткань. А под тканью твердое тело. Мышцы, словно отлитые из стали.

- А! - отшатнувшись, не удержалась. Вскрик поглотил чужой смех, а затем темнота произнесла чужим, отвратительным голосом:

- Я рад, что ты проснулась.

Это был он. Мальчишка-маг из моего прошлого. Который вырос и стал еще более жестоким, чем прежде.

- Кто ты? - «выкать» не стала. Не вызывал у меня уважения этот мерзавец, который воюет с женщинами и детьми. Медленно попятилась назад и шла до тех пор, пока под колени не ударила кровать. Только тогда села, таращась слепо с темноту перед собой. Уверенная в том, что он рядом, хотя ни единого звука, кроме собственных шагов, не услышала.

- И почему мы в темноте? - спросила, сглотнув вязкий ком. Не хотелось показать себя трусихой перед этим зверем. Что-то подсказывало мне, что этот мужчина любит силу, презирая трусость. Но как унять дрожь и в теле, и в голосе?

- Ты спала, - просто ответил маг.

- Это ты меня усыпил, - ответила резко. - А те люди! Семья, с которыми я ехала! Что вы с ними сделали?

Это казалось мне особенно важным сейчас. Собственный страх отступил перед волнением за других людей, хороших и благородных. Которые пытались помочь мне, даже перед лицом опасности.

- Какая разница? - равнодушно проговорил маг.

- Для меня это важно!

Он хмыкнул.

- Боюсь, воровка, ты сейчас не в тех условиях, чтобы высказывать претензии и устраивать допрос.

Воровка? Он там с ума сошел? Его камень брать не хотела. Просто подняла, когда он сам его и уронил.

- Я ничего у тебя не крала, - бросила резко и почти сразу ощутила, что он рядом. Тьма покачнулась, ткань платья на груди собрала в кулак сильная рука мужчины. Он придвинулся так близко, что тепло его дыхания шевельнуло волосы, выбившиеся из прически.

- Не крала, говоришь? - прорычал он, впервые потеряв терпение.

Внутри что-то сжалось в тугой ком. Страх нахлынул, словно волна на берег. Тяжелый и удушливый сдавил грудь, так что дышать стало тяжело. Не видела, но чувствовала, что он разглядывает меня. И этому мерзавцу темнота помехой не была. Я его не видела, а вот он меня - преотлично.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Трус! - прошептала отчаянно. - Только трус действует под покровом темноты!

Короткий сдавленный рык был мне ответом. Ох, как ему не понравилось то, как я назвала его. Рука, удерживавшая меня, дрогнула, затем мужчина встал и потянул меня за собой.