Корпорация Хэллоуин. Ваши кошмары - наша работа (СИ) - Чернышова Алиса

Разложить вокруг себя обережный сбор трав, алые яблоки и пятнистые мухоморы. Встать на колени в центре большего круга. Позволить магии сновидений сгуститься вокруг, взять ритуальный атам и поднести к запястью… 

Всё сделано. Глубоко вздохнув, я провела острием по руке. Осторожно, чтобы, не приведи тьма, не повредить ничего. Всё, что мне нужно — немного крови… Опять же, Мастера обходятся без этого. Но на моей ступени ещё нужна пусть символическая, но... жертва. 

Воздух в комнатушке, которую я снимала, мгновенно сгустился. Я чувствовала, что там, за спиной, начинает шевелиться нечто. Тёмное настолько, что свет восходящего солнца не может прогнать его, не способен эту тьму развеять. Я видела эту черноту периферийным зрением, ловила краем глаза неясные тени. Появилось ощущение, что сзади кто-то стоит и смотрит — зло, ненавидяще, предвкушающе…

До смерти захотелось обернуться. Но нельзя. 

Что бы ты ни слышал, что бы ни ощущал, оборачиваться ни в коем случае нельзя. 

Даже если на плечо ложится рука, точно так же, как в коридоре корпорации. Но теперь она не горячая, а ледяная. И, если скосить глаза, кажется синюшной и почерневшей, как у трупа…

Но оборачиваться нельзя. Это первый закон колдовства. 

Что бы ни было, подлинный колдун должен смотреть только вперёд. 

Так что я шептала и шептала, не сбиваясь с ритма, вспоминая кошмарный сон — и отпуская его, посылая в бой со страхом всю мою ведьминскую силу.      

Был момент, когда мне показалось даже, что я не справлюсь, что тот, за спиной, слишком силён для простого кошмара, и мне его никак не одолеть. Казалось, что я не шепчу слова, а ворочаю тяжёлые, почти неподъёмные камни, что это никогда не кончится. Что я прерву ритуал, ошибусь, и тогда сновидение попросту сведёт меня с ума… Но в какой-то момент ужас, собравшийся за моей спиной, всё же начал понемногу втягиваться в сонный кристалл. И тогда я призвала всё своё упрямство, всю ведьминскую волю, чтобы только выстоять до конца.

Чтобы справиться. 

И да, я всё же продержалась. Рухнула лицом вниз только тогда, когда руны вспыхнули ослепительно-ярко, знаменуя конец ритуала. 

— Имела ж я такие праздники, — прошептала я непослушными губами, лёжа на полу. — Что это за сновидение-то такое? Или это всегда так в первый раз?

Ругаясь и постанывая, я встала на ноги, произнесла на всякий опасный закрепляющие слова и побрела к миске. Сейчас надо вытащить кристалл, и…

Чтоб тебя!

Я стояла, приоткрыв рот, и смотрела на алую жидкость, подозрительно напоминающую свежую кровь. 

Кажется, что-то пошло немного не так…

7

— Да ты с ума сошла! — воскликнула Агата. — Как ты только…

— Говори тише, — шикнула я. 

Подруга нехорошо сверкнула глазами:

— Я набросила полог тишины, разумеется. Но ты права, хорошо, я буду говорить тише. Только вот главного вопроса это не снимает, даже не надейся. Чем ты думала, когда вытворяла такое?!

— Выспаться хотела, — ответила я устало. — Экзамен нормально сдать. При этом не отваливая за излечение от кошмара космическую сумму… Которой у меня всё равно нет.

Агата поджала губы.

— Допустим. Почему не позвала кого-то из нас? Хотя бы меня?

— Во-первых, ты бы сказала, что я дура…

— Ты — дура.

— Спасибо. Приятно знать, что я не ошибалась. Во-вторых, не хотела втягивать кого-то из вас.

Агата вздохнула. 

— Мы один круг…

— Ты в своё время не стала звать нас. Почему?

Агата хмыкнула. 

— Это был нечестный удар.

— Знаю. Агат, просто помоги мне найти информацию на этот счёт. При каких условиях при изгнании сновидения вода превращается в кровь? Я уверена, что это ничего серьёзного, но…

— А я вот не уверена, — поморщилась она. — И ведь ни к кому не обратишься теперь…

— Ну, мне повезло: у меня подруга работает библиотекарем в академии Тенебрис. И имеет доступ ко всем изданиям, даже тем, к которым особые условия доступа, — брякнула я.

И тут же устыдилась своих слов. 

Да, в том, что ректор в итоге дал Агате эту должность, действительно есть свои плюсы. Пусть ей и не получить теперь полноценное магическое образование, но у неё остался доступ к знаниям. И нормальная, стабильная работа. Да и платили в академии относительно неплохо… Самое то для Агаты, чтобы отсидеться и спокойненько пройти заочный курс ведьмы-секретаря.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Одна проблема: я и представлять боялась, насколько тяжело Агате приходится здесь. Смотреть на студентов, зная, что совсем недавно была одной из них… 

Но Агата всегда была волевой ведьмой. Настоящая Верховная, всегда и во всём. Вот и сейчас на моё дурацкое бестактное блеянье она только головой озабоченно покачала.

— Я не смогу при всех ковыряться на полках, занимаясь своими делами, — сказала она. — Да ещё и чары из разряда условно-запрещённых. Мне не стоит демонстрировать интерес к подобному. Как назло, сейчас самый разгар экзаменов…

— Ничего, — сказала я, — мне не горит. Займёшься, как возможность будет.   

Агата скептически приподняла бровь.

— Не горит? — уточнила она. — Ты ведь это не серьёзно, правда? У тебя произошла непонятная мистическая реакция, и…

— И никто от этого не умер. Больше тебе скажу, этот кошмар перестал мне сниться. Кровь я вылила, кристалл изолировала, как полагается. Погадала — и ничего крамольного не увидела. Даже поспать успела перед экзаменом пару часов! И, тьху-тьху, нормально сдала, благо сегодня у нас была теория, а не практика… Всё хорошо, как видишь. Так что, скорее всего, это просто какой-то побочный эффект.

Агата подозрительно прищурилась: она всегда становится ужасно скрупулёзной, когда дело доходит до магии.

— Точно не было больше ничего странного?

— Ничего, — пожала я плечами. — К тому же,  я проверила квартиру с помощью истинного зрения. И кристалла истины. И ловца снов. 

— И всё было чисто? 

— Именно. Никаких последствий нет. Не считая того, что на лорда Джека у меня теперь аллергия, — настолько, что мне даже показалось, будто я его видела утром во дворе, смотрящим на мои окна. Но этого я Агате не скажу, потому что она невесть чего себе надумает. Между тем, стоило мне присмотреться, как выяснилось, что никаким Джеком там и близко не пахнет: во дворе стоял соседский рыжий парнишка. 

Вот что нервы с воображением делают.   

— И всё же я постараюсь поторопиться, как смогу. А ты пообещай мне, что при первом же подозрительном магическом проявлении обратишься в сонную полицию! Потому что учёба — это хорошо, конечно. Но жизнь всё-таки дороже. Поверь мне. 

— Да уж верю. Но это правда ничего, Агат!  

— Ну да, — пробормотала она рассеянно. Взгляд подруги был прикован к какой-то точке за моей спиной. 

Я тоже обернулась, чтобы глянуть, чего ж там такого интересного показывают. 

Показывали очередного породистого красавчика со стайкой подпевал. Я смутно припомнила, что уже пару раз видела его среди заклинательского потока. Я мало интересовалась их кухней, но,  кажется, этот парень считается лучшим. Впрочем, тут как раз ничего странного: у него поколения и поколения могущественных предков прямо на породистой роже написаны. Сразу видно, что девчонки, следующие за ним стайкой, прониклись…

Ого. А вот это уже интересно. Мне показалось, или он бросил быстрый взгляд на Агату? Может, хоть у кого-то из нашего маленького шабаша всё же наладится личная жизнь?

 Я повернулась к Агате и шёпотом уточнила:

— Это кто-то особенный?

— О да, — ответила она сухо, отведя от парня взгляд. — Принц всея академии. 

— Хм, — прищурилась я. — И у тебя с ним что-то такое-эдакое!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ничего такого, и уж тем более — эдакого, — Агата раздражённо отвернулась. — Один случайный перепих. Это всё. 

Я удивлённо подняла брови. Агата редко позволяла себе выражаться так грубо. С чего бы вдруг?

— И что, кто из вас не захотел продолжения?

— Я.