Исцеление любовью (СИ) - Северная Елена

— Ну, че встала? Молодец, зверь слился с тобой. Теперяча надо обождать — скоро узнаем, какой дар она тебе принесла.

Слова ведьмы проникали в мозг через пространственную вату — в голове шумело, тело ломило, но на душе было так хорошо, как никогда ранее.

— А куда делся второй зверь? — спросила Катя, когда они шли обратно.

— Какой? — От неожиданности Агриппа остановилась.

— Там было 2 кошки, — объяснила девочка. — Одна пошла ко мне, а вторая, побольше, осталась в круге, а потом растворилась в воздухе.

Агриппа удрученно покачала головой:

— С парой своей твоя кошка прощалась, не будет у тебя дара, пока истинного своего не встретишь. Жаль. Не думала я, что так повернется. Это сколько ж ждать-то? Да и найдет ли тебя твоя половинка…

*

— Вы теперь выгоните меня? — осторожно спросила девочка. Внутри все остановилось. Это конец. Конец спокойной, пусть и нелегкой, жизни у бабушки. Неужели она опять останется одна?

— Да живи, — успокоила Агриппа. — Только долго не смогу тебя кормить. Стара стала. Перед смертью пристрою куда — нидь, а там сама. Способностей у тебя к ведьмовству нет, да и куда ты без документов. Э-эх, девонька, тяжко тебе придется.

Катя поняла только одно — её не выгонят на улицу, значит, можно пока не волноваться о крыше над головой.

Дома она наскоро умылась и юркнула в свою маленькую комнатку. Старая ночнушка уже становилась мала — грудь у девочки подросла и попка уже не походила на 2 костлявых кулачка. Девочка становилась девушкой. Этой осенью ей исполнилось 13 лет.

Глава 6

Прошел ещё год.

Летом, как обычно, у них гостил Анжи. Он с удивлением заметил перемены в девичьей фигуре и теперь делал комплименты, а не дергал за косу. Катя краснела и старалась меньше показываться ему на глаза. Веяло от него…чем-то опасным. Кошку свою она не слышала, Агриппа говорила, что та скучала по своей паре и не желала проявляться. Но все равно, Катя часто разговаривала со своей черной подружкой, и чувствовала, что та её слышит.

На внимание внука к воспитаннице ведьма отреагировала отрицательно. Она резко поговорила с девушкой и запретила даже близко подходить к её внуку. Катя пожала плечами — очень надо! Плотный парень не воспринимался ею как будущий жених, друг — и не больше. Да и другом — то можно назвать его было с натяжкой. Анжи учился в академии, этой осенью уже заканчивал, семья подсмотрела ему невесту из хорошей семьи, девочка только подрастала, свадьбу решили играть года через 3, когда невеста станет совершеннолетней.

В то утро Агриппа очень уж внимательно разглядывала свою воспитанницу. Кате стало беспокойно: что задумала бабушка? А то, что сейчас в её голове мысли всякие бродят, сомнений не было. Девушка прямо чувствовала весь мыслительный процесс, происходящий в мозгах у ведьмы. Спросить не решалась — и так она здесь из милости.

— Я сегодня в город пойду. Дела у меня там, — пояснила ведьма на немой вопрос Кати. — Ежели кто за зельем иль снадобьем каким придет, знашь, где взять. Плату бери, не забудь. Чай не воздух емо. К следующему утру вертаюсь.

Бабуля ушла, а Катя принялась за ежедневные дела. А их было много — грядки с травами прополоть, да подрыхлить после дождика, постель перестелить бабушке — она требовала каждый день белье менять, постирать, да и мало ли дел по домашности? Только вот как проснулась, так и тянуло её поставить варить антипохмельное зелье. С некоторых пор, девушка стала замечать за собой такую странность — как только тянет что-то сделать, так потом и пригодиться то, что сделала. Катя не стала отмахиваться от предчувствия и, сноровисто собрав необходимые ингредиенты, поставила бабушкин котелок и засыпала часть трав. Котелок забурчал, но не отказался.

Да, с котелком она долго не могла найти общий язык. Но после того, как отчистила его от многолетнего нагара, тот смилостивился и помогал ей в зельеварении. Даже подсказывал, когда Катя что-нибудь не так делала.

К середине ночи зелье было готово. Девушка устало скинула домашнее простенькое платьице, натянула тесную старенькую ночнушку и легла спать. Завтрак был готов, грядки выполоты, в доме чисто — можно поспать подольше. Но «подольше» не получилось. С самого ранья в избушку завалился пьяный Анжи, споткнулся о лавку и разразился громким отборным матом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Вот и поспала», — усмехнулась Катя, соскакивая с кровати и потянулась за халатиком.

В комнату ввалился бабулин внучок.

— Катюха, — простонал он, — дай чего-нибудь выпить. Не могу — голова раскалывается!

А от самого перегаром аж с порога несло. Девушка догадалась — вот для кого зелье антипохмельное понадобилось! Она плеснула ковшиком голубоватую пряно пахнущую жидкость в кружку и протянула болезному.

— Пей, до полежи на бабулиной кровати. Полегчает.

Анжи с жадностью выпил и закрыл глаза.

— У тебя лучше, чем у бабули получается, — проговорил он через некоторое время. — А где бабуля?

— В город пошла по делам, — простодушно ответила Катя и поставила варить тонизирующий взвар. Котелок обыденно заворчал — с утра пораньше и работать!

— Так ты одна?

— Почему? Теперь с тобой.

Катя всыпала последнюю траву в котелок и намеревалась выйти во двор. Но натолкнулась на горящие глаза парня.

— Тебе полегче? — она почувствовала опасность и потихоньку стала выскальзывать из комнаты.

— Полегче, ты просто волшебница! — он сглотнул. — А, если и приласкаешь, так вообще богиней будешь. — голодными глазами он обшаривал фигурку девушки, облаченную в тесный халат.

— Бабуля велела… — начала было Катя и уже взялась за дверную ручку.

— Бабули здесь сейчас нет! — Анжи сцапал увертывающуюся добычу. — Мы здесь одни! — и потянул на кровать.

Катя упиралась, брыкалась и вырывалась. Но что она могла противопоставить здоровенному взрослому оборотню? Он бросил девушку на постель и навалился горячим тяжелым телом. Катя обеими руками пыталась скинуть его с себя, да только ещё больше раззадорила. Одной рукой он сжал запястья её рук и завел над головой, а другой рванул одежду. Послышался треск разрываемой ткани — много ли надо старенькому выстиранному халату?

— Ум-р-р-р, как ты пахнешь! — прорычал оборотень и впился жадным поцелуем в губы девушки, кусая их до крови.

Катя вскрикнула ему в рот и заерзала, пытаясь освободиться. Глаза парня сверкнули, он с силой развел девичьи колени и вклинился между стройных ног.

— Не брыкайся, первый раз всегда больно, я буду аккуратно, — уговаривал он девушку, срывая последнюю одежду — самошитые трусики.

Катя обезумила от страха. Она так кричала и билась под потным тяжелым телом, что сорвала голос, а когда почувствовала, как возбужденная плоть парня касается её обнаженного бедра, вцепилась зубами в плечо насильника. Анжи зашипел, отскочил и схватился за рану. Девушка решила воспользоваться заминкой, вырвалась и побежала к выходу. Но парень был быстрее. Он давно хотел сорвать цветок невинности с этой девочки, да мешала бабка. Она все время крутилась рядом. А сегодня Анжи как что-то повело в бабкин домик. Даром, что напился на вечеринке в академии. Теперь он был благодарен этому «чему-то». Наконец-то! Он в один шаг настиг беглянку и накинул на неё обездвиживающее заклинание — лекари пользовались таким, когда надо было провести тонкие манипуляции, а пациент дергался. Девушка застыла в полуметре от двери и медленно опустилась на пол.

— Вот так, моя хорошая, — шептал Анжи, становя её на четвереньки и оглаживая упругую попку. — Теперь ты мне не помешаешь. А знаешь, твое сопротивление даже завело, — он провел пальцем по нежным складочками. — Нет, мне нужно, чтобы ты меня видела. — он подхватил худенькое тельце и распластал его на кровати. — Теперь ты будешь видеть, как я тебя беру!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он положил её поперек кровати и подсунул под попку подушку.

— А теперь раздвинем ножки, — комментировал он свои действия и двумя руками медленно развел колени, — и поднимем на кроватку, чтобы любимому Анжи было удобно тебя трахать!