Пять желаний Софии (СИ) - Фаолини Наташа

И тут в игру вступают мои рыжие волосы. За сегодняшний день я не увидела во дворце ни одной рыжей дамы, потому, даже увидев меня мельком, он должен, просто обязан что-то заподозрить! У меня появилась крошечная надежда на скорую победу и возвращение домой.

Почему-то именно в этот момент на меня обрушилась беспощадная истина: у меня больше нет дома. Вернуться к матери, которая со мной поступила, как заводчица собак, и отправила на выгодную «случку» - нет, к ней я возвращаться точно не собиралась. Но, было ли это чувство моим собственным, или же оно возникло под воздействием эликсира, который принёс Дима – мне не было больно. Я осознавала, какое преступление против моей воли совершила мама, но не чувствовала себя обделённой от слова совсем.

Более того! У меня появился план. Вернее, он был у меня уже давно. Пиллори! Моя мечта, находящаяся в этом же мире. Чем скорее я закончу этот квест, тем быстрее смогу усвистать в Пиллори и спрятаться в академии. Таким образом, смогу догнать двух зайцев: найду себе хотя бы временное жилище и обучусь магии. И – немаловажный плюс – избавлюсь от маминой вездесущей опеки. Даже не знаю, когда у меня будет желание вновь с ней пообщаться.

Дима щёлкнул пальцами у меня перед глазами.

- Ты здесь? – его идеальное, взлелеянное в моих мечтах лицо выглядело растерянным. – У меня появилась идея.

Мой предыдущий вопрос Дима старательно проигнорировал.

- Какая?

- Как помочь тебе узнать меня после этой ночи. Ты не против, если я пороюсь в ящиках? Там нет твоих личных вещей?

Я заверила, что нет, и про себя отметила, насколько хорошо воспитанным и деликатным был этот молодой мужчина, спрятанный за обликом моей безвременно увядшей любви. В тот же момент я поняла, что он практически точно никакой не кронпринц или, избави господи, император. Ни один монарх, привыкший кичиться властью, не стал бы так печься о моих переживаниях и пытаться помочь. Сердце терзалось, глядя на спину Димы Ашаева, рыщущего по ящикам и шкафам, а душу щемило осознание, что вот он – мой первый мужчина.

Что я чувствовала по этому поводу? Даже в самых смелых мечтах я не могла представить, что моим первым мужчиной станет Ашаев. Точно не после того, как я с ним поступила… Но сейчас всё выглядело так, словно само провидение сжалилось надо мной, и, вопреки желанию моей маман, сделало всё, чтобы мне было легче пережить то, что предстоит.

- Нашёл! – воскликнул Дима, склонившись над письменным столом.

В его руке блеснул нож для бумаг. И, прежде чем я успела сообразить, что он собирается делать, парень безжалостно полоснул им руку.

- Ты что творишь?! – охнула я, наблюдая, как быстро заалела его ладонь. – Мы ведь не можем отсюда выбраться до утра! Ты можешь кровью истечь!

- Царапина, - поморщился Дима. – Сейчас найдём какую-нибудь тряпку, и перевяжешь.

- Я?! – ещё больше опешила от его слов. – Ты хочешь умереть? Зачем ты это сделал?

Дима посмотрел на меня, словно не понимая, как можно не соображать таких элементарных вещей.

- Рука, - он поднял её. – Даже если я завтра не буду помнить всего, что произошло, и о чём мы с тобой разговаривали, я точно перевяжу раненую руку. Так ты сможешь узнать меня среди остальных.

- А если я не буду этого помнить? – я не могла найти логику в его словах. – Я ведь выпила эликсир! Откуда мне знать, что значит твоя перевязанная рука?

Повисла пауза.

- Идея казалась такой хорошей, - он удрученно посмотрел в сторону. – Треклятый квест! Ну конечно же ты права. Вряд ли моя перевязь о чём-то тебе скажет. Тогда понадеемся на мою память.

- На твою…?

- Да. Я не буду пить эликсир.

- А так можно?

- Это не поощряется организаторами, ведь, чтобы вкусить радость и свободу квеста в полной мере, без зелья не обойтись. Но для тебя победа важнее, чем участие, потому мы будем работать над ней. Хм… Как же мне тебя узнать? Я не хочу тебя резать.

У меня в голове маршировали тысячи маленьких Софий с табличками «Рыжие волосы!», но я снова не смогла сказать этого Диме. Проклятый рот словно забывал, как произносить слова.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Потому я спросила о том, о чём смогла.

- Ты пойдёшь на подобное ради меня? Почему?

Он снова взял в руки мою косичку и посмотрел мне в глаза таким взглядом, что стало понятно: он до сих пор очень любит свою бывшую девушку.

- Потому, что нет ничего, чего я бы не сделал ради неё.

13

Его пальцы пробрались немного выше по ладони, раскрывая её. Нежно касаясь подушечками, он медленно поднял мою руку и преподнёс к губам, едва ощутимо коснувшись.

У меня перехватило дыхание.

- Ты ведь должен понимать, что я – не она, - мой шепот сорвался, едва он поцеловал ладонь ещё раз.

- Собственно, как и я – не твой загадочный Дима, - криво улыбнулся он. – Но раз уж мы оказались в такой ситуации и видим друг в друге тех, к кому нас отчаянно тянет, почему бы этим не воспользоваться? Поверни эту действительность в ту сторону, в которую хотелось бы тебе. Забудь о том, что ты не хотела в этот квест. Ты видишь перед собой своего возлюбленного, а я – свою любимую. Кто знает, представится ли нам в жизни ещё раз такой шанс?

Если и существовали в мире слова, которые переубедили бы меня окончательно, то это были они; не-Дима подобрал именно их. Кто узнает об этом? Кто осудит?

Был ли у меня шанс с настоящим Ашаевым? Упустила ли я его тогда, или же нам не судилось быть вместе? Я задавалась этими вопросами, утопая в нежных поцелуях парня, которого сегодня впервые увидела, но который уже проявил чуткость и заботу, пусть и вынужденно.

Я перебралась под одеяло – ветерком из приоткрытого окна кожу обдувало холодом. Дима стащил камзол, а за ним и белую рубашку, и одним движением оторвал от неё кусок ткани.

- Ты, я вижу, любитель импульсивных поступков, - прокомментировала я, снимая под одеялом свою футболку и джинсы. Мне подумалось, что я умру от стыда, если снимать с меня одежду будет он, потому решила играть на опережение. – В чём будешь уходить? В рубашке без рукава?

- Я усну рядом с тобой, но проснусь уже в своих покоях, - пояснил он, хозяйским движением сбрасывая с руки браслет и перематывая руку, уже изрядно испачканную в крови. – Ты как? Страшно?

- Теперь да, - я подтащила одеяло до подбородка, затравленно наблюдая, как он приближается – высокий, в меру жилистый, с растрепанными волосами.

Он вдруг остановился и уронил руки; неподдельное выражение собственной вины завладело его лицом.

- Никогда не думал, что буду принуждать девушку к близости.

- Да ты вроде как и не виноват, - я вздохнула. Он так и стоял рядом с постелью, не решаясь залезть ко мне под одеяло. – Лучше пусть это будешь ты, чем… Не знаю. Это мог быть кто-угодно, и он мог быть не таким терпеливым и заботливым, как ты.

- Да ладно? – впервые за весь вечер его лицо скрасила искренняя улыбка. – Ты даешь мне добро?

- А у меня есть выбор?

- Нет, но мне важно знать, что это происходит не против твоей воли.

- Залезай, - я приподняла краешек одеяла и кивнула. – Давай сделаем это. Похороним мою девственность. Туда ей и дорога.

- Тебя трясет, - вежливо заметил Дима, укрывшись одеялом и откинувшись на подушку, деликатно не касаясь меня вообще ничем. – Оставь эту браваду. Могу представить, как ты напугана.

- Да уж… Вроде и настроилась, но всё равно в голове куча вопросов и идиотских предположений.

- Давай поговорим. Наше время неограниченно, помнишь? Нужно тебя отвлечь.

Дима Ашаев лежит рядом и заговаривает мне зубы, чтобы я не боялась заняться с ним сексом. Скажи мне кто-нибудь подобное день назад, и я бы решила, что этот человек чего-то нюхнул с утреца.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Давай. Только начинай ты.

- Твоя иллюзия неполная, - тут же ошарашил он. – Твои губы выглядят и вполовину не такими пухлыми и сочными, какими оказались на ощупь.

- Меня в школе «пельменями» дразнили. А тут вот сочные, пухлые… Прямо не верится, что мне адресовано…