Обжигая льдом, замораживая огнем (СИ) - Цыбанова Надежда

Меня втащили в комнату. Кто здесь обитает даже не вызывает вопросов. Из обстановки огромная кровать, пара тумбочек по краям, кресло и двери. Похоже, ванная комната и гардероб. И все. Ни тебе вазочки или статуэтки, ни полок с книгами, ни картины на стене. Аскетизм и порядок. Тьфу ты.

— Раздевайся! — мужчина рухнул в кресло и прижал пальцы к глазам.

— Прямо так? — фыркнула я. — Может музыку организуешь?

— Зачем? — он устало вздохнул. — Спать без колыбельной никак?

Теперь в ступор впала я.

— Здесь спать?

— А где? — разговор стал приобретать оттенок маразма. — Это моя спальня.

Я потерла виски.

— Ты предлагаешь нам вдвоем улечься в одну постель? Не хочешь по-джентельменски расположиться на полу? Я готова уступить одела и подушку.

— Нет, — коротко бросил он. — Ванная там.

Подхватив свою сумку, я пошлепала к указанной двери. К сожалению, спать в одной комнате с объектом охраны положено по инструкции. Но и заставлять уставшего вусмерть мужчину тащить дополнительный диван мне не позволит совесть. В конце концов, я взрослая женщина. Нечего разводить драму на пустом месте. У Палмиса в мыслях один только сон.

Явление переодетой для отдыха меня, заставило тяжело рухнуть на край кровати Эрика.

— Что это?! — прохрипел он. — И почему такой расцветки?!

Я пригладила утепленную пижамную псевдо-двойку ладонями. Милый спальный комплект-броня. Полностью закрытый от щиколотки до шеи. И даже капюшон есть. С ушками как у зайки.

— А чем вам розовый в ромашку не понравился? — искренне возмутилась я. Не виновата я, что при виде моей пижамки многие начинают вспоминать, что к детям приставать нехорошо.

Феникс сорвался с ладони и примостился на спинке ложа. Лучший охранник. Мимо него никто не проскочит. Стихии же не спят.

— Она еще и монолитная, — Палмис подцепил край кофты. — Как вообще ты ее надеваешь?

— Секрет, — хитро улыбнулась я.

ГЛАВА 4.

За два дня охраны Палмиса я успела устать больше, чем за неделю интенсивной работы на службе. Оказывает ничего не делать гораздо тяжелее, чем носиться словно угорелая целый день!

График у Эрика был адским. Он работал в день часов по пятнадцать, с перерывом на обед (к столовской еде быстро привык и перестал требовать разносолов), затем ехал домой, чтобы получить обнимашки от Дианы, вырубался и с утра снова отправлялся на работу. И я с ним.

Я даже от скуки попыталась стянуть с его стола договор, чтобы почитать. Так получила за это по рукам.

Но хуже всего оказалось спать с Палмисом. На огромной кровати, в которой легко поместиться шесть Эйр и еще одна в изголовье, мы неизменно встречали утро в объятиях друг друга, тесно переплетясь ногами и руками. И я бы не переживала, если бы не пижама Палмиса, а точнее ее полное отсутствие. Маг льда (никогда не мерзнущая зараза) предпочитал на ночь довольствоваться одним… трусами. А я уже, между прочим, давно не целованная! И мужского, кхм, плеча не щупанная! А оно в меня с утра упирается… одним словом, упирается! И ого-го-го какое! Я поймала себя на мысли, что понимаю атакующих приемную дамочек.

В общем, утро у меня начинается с холодного душа. Я, конечно, попросила господина- собственная-компания выделить отдельное койко-место, но мужчина так устало и обреченно вздохнул, что мне его даже стало жалко. Но чувствую еще пару подобных "доброе утро", и я самолично организую себе лежанку на полу. Ну или приобрету Палмису костюм для погружений на глубину, что тоже не плохой вариант.

Завтраки в уютном доме Эрика отдельное явление. К нашей компании добавилось два новых действующих лица: кухарка и учительница для Дианы. Причем первая, сразу потребовав называть ее тетушкой Дори, располагала к себе, а вот вторая — Энега, молодая и амбициозная, не задумываясь, перевела меня в статус соперницы. To, что она пытается окрутить Палмиса, не заметит разве только слепой или сам объект охоты. Конечно же, совершенно нормально являться на завтрак при макияже, укладке и в обтягивающей блузке, которая весьма откровенно демонстрирует отсутствие нижнего белья. Меня она моментально попыталась поставить на место выразительным фырчаньем, мол, кого Эрик привел в дом? Но стоило господину Палмису появиться на кухне, как включила режим кроткой овечки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Феникс, сидящий у хозяина на плече, раскинул крылья и курлыкнул. Я протянула руку, чтобы он свернулся теплым комком у меня под сердцем и отдохнул. Больше всех впечатлился ребенок, радостно захлопав в ладоши.

Тетушка Дори оказалась волшебницей, даже проста яичница в ее исполнении, претендовала на статус ресторанной. Фиона прихлебывала с шумом горячий какао, закусывая поджаренными тостами с маслом. Энега с довольным видом хрустела каким-то листьями. Ребенок сосредоточенно рисовал в каше ложкой. На фоне шуме информер. От всей это картины веяло чем-то домашним. И только Палмис был хмур и уничтожал завтра с видом голодного варвара, не отрывая глаз от очередного отчета.

И тут мой взгляд зацепился за экран информера. Чуть не умерла на месте. Вот бы смеху-то было — захлебнуться чаем.

— Аккуратнее, — проворчал Палмис и хлопнул по спине… Энегу.

Та от удивления тоже поперхнулась зеленым листом и закашлялась. А всему виной ведущий модного канала. Сегодня на нем были те же ужасные желтые портки, только их затмевал переливающийся лазуритовый пиджак. Если хорошо приглядеться, то можно заметить замаскированный синяк у него под глазом. Видимо, Вик был краток и убедителен в разговоре.

— Господин Палмис, — пропела Энега, когда смогла вздохнуть полной грудью, — не уделите ли мне пару минут наедине? — Она жадно облизала губы. Хорошо, что свои. — Это по поводу программы Дианюсеньки.

Девочка вздрогнула и сжала ложку на манер ножа. И я ее понимаю, мне бы такое коверканье имя тоже не понравилось.

— Наедине? — Палмис оторвался от любимых цифр. Покосился на меня и трагично вздохнул: — Нет. Говорите здесь.

И ни у кого не осталось сомнений, почему нынче господину нельзя удалиться для приватного разговора. Энега наградила меня взглядом бешеного собаки и поджала губы. Какие страсти!

— Хорошо, — прошипела она. — Вот новая программа, — и сунула исписанные листки под нос Эрика.

 — И? — он даже не бросил взгляд на них.

— Я бы хотел ее согласовать, — уже не так уверенно проговорила девушка.

Диана хитро улыбнулась и неожиданно подмигнула мне, намекая на реакцию опекуна.

— Я что, по-вашему, педагог? — в голосе мага льда была слышна вьюга. — Как я могу оценить программу? Вас же для этого специально и наняли! Каждый человек должен быть на своем месте и не лезть в ту область, в которой несилен. Я понятно объяснил?

Энега судорожно кивнула. Девочка беззвучно поаплодировала. Тетушка Дори и Фиона скупо одарили начальника улыбками.

— Эйра, мы уходим, — Палмис сгреб все бумаги в сумку из дорогой кожи.

— Спасибо за вкусный завтрак, — искреннее поблагодарила я. Когда живешь одна, с утра время и желания хватает только на бутерброды.

Диана села прямо и сложила ручки на коленях. Я потом поинтересовалась у Эрика, нет ли проблем у нее с речью, поскольку я от ребенка слышала только хихиканье. Оказалось, она говорит крайне редко и неохотно. Психологическая травма.

Энега бросила на меня победный взгляд, пологая, что больше не увидит мою персону. Наивная.

— Буду вечером. Поздно. — Эрик быстро поцеловал Диану в лоб. — Лучше ложись спать и не жди нас.

Вот это самое "нас" окончательно добило преподавательницу.

— А раньше ты дам домой с ночевкой приводил? — поинтересовалась я, с комфортом устроившись на сидении самоходки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Нет, — коротко бросил Палмис и отвернулся к окну, хотя ничего толком не было видно из-за сильного снегопада на расстоянии вытянутой руки.

А я вытащила лейп. Надо же озадачить Вика проверкой теплой компании на предмет подозрительных связей.

У "ПалмисКомпани" было многолюдно. Точнее многожурналистно. Яр с охраной уже оттеснял толпу, чтобы расчистить место для перебежки великому и ужасному. Гомон стоял невозможный.