Зеркало мага (СИ) - Бегоулова Татьяна

Перед самыми дверями в покои княжича Стефка столкнулась с отцом, который как раз возвращался к себе. Отец одобрительно кивнул дочери и прошептал:

— Улыбайся, доченька, это твой шанс… Подумай только — ты можешь стать невестой княжича!

Грегори вернулся к закрытым дверям покоев и громко постучал. Открыл им молочный брат княжича Ремис. Он удивленно посмотрел на Грегори и на Стефку за спиной мужчины, а Майстора торопливо объяснил:

— Обычай гостеприимства! Дорогим и желанным гостям угощение приносит самая красивая девушка замка.

Ремис двусмысленно ухмыльнулся и окинул фигурку госпожицы придирчивым взглядом, пропуская девушку внутрь. В полутемной комнате Стефка не сразу сориентировалась. Тут горела только пара свечей, окна были плотно зашторены и свет звезд не мог проникнуть сквозь плотные портьеры. Ремис закрыл дверь за Стефкой и распахнул перед ней другую, церемонно отвесил поклон, будто дурачась. Госпожица шагнула в другую комнату, которая должна была быть спальней и остановилась на пороге. Княжич уже успел снять верхний камзол и остался в одной нижней шелковой рубашке с широким воротом, открывавшим его грудь. Он сидел на кресле и пытался снять сапог, когда появилась молодая госпожа с подносом. Стефка ахнула и зажмурила глаза, продолжая держать поднос. Дрогнувшим голосом пролепетала:

— Простите, Светлейший княжич, но я не знала, что вы не одеты. Я принесла угощение…

За спиной госпожицы громко хмыкнул Ремис, а потом кто-то потянул поднос из рук Стефки. Она послушно отдала поднос и тут же закрыла рукой глаза, показывая что она не смотрит на княжича.

— Простите, госпожица Стефка, это все проказы Ремиса. Но он уже раскаивается и просит прощения…

Вторую руку Стефки тут же коснулись губы и голос Ремиса в дурашливой манере произнес:

— Да, я ужасно раскаиваюсь и прошу простить мне эту выходку.

— Госпожица Стефка, вы можете открыть глаза, я больше не буду смущать вас своим не должным видом.

Девушка убрала руку и убедилась, что Захари облачился и смотрит на девушку с приветливой улыбкой.

— Ремис, иди проверь как устроились остальные…

Стефка с тревогой посмотрела как закрывается дверь за ухмыляющимся Ремисом и торопливо проговорила:

— По обычаю, дочь хозяина приносит дорогим гостям угощение. Разрешите, теперь я пойду, Светлейший княжич…

Захари подошёл к Стефке и взял её за руку. Ладони у княжича были горячие, Стефка невольно вздрогнула.

— Не смущайтесь, госпожица Стефка. Это все Ремис — он дурно воспитанный оболтус и понятия не имеет об обращении с прекрасными госпожицами. Мне очень приятно, что именно вы принесли мне…

Захари посмотрел на поднос, что же там принесли и Стефка пояснила:

— Вино и легкие закуски.

Захари коснулся губами руки Стефки и она почувствовала неловкость ситуации: она в покоях княжича, поздно вечером, без сопровождения хотя бы горничной!

— Думаю, мне пора уходить…

Но Захари словно не услышал, продолжая удерживать руку Стефки и с интересом разглядывая её:

— Вы совсем не похожи на своих родителей…

— Я похожа на свою покойную матушку. А Ивона — моя мачеха.

Захари продолжал разглядывать Стефку и она поёжилась под его взглядом, вызвав улыбку княжича:

— Слухи о вашей красоте не преувеличены, напротив, они не могут в полной мере отразить ваше очарование. Вы подобны редкому бриллианту, которому нужна достойная оправа…

— Благодарю за столь лестные слова, но мне уже пора идти. Отец будет недоволен, что я задержалась…

Захари, наконец, выпустил руку девушки и госпожица поспешила покинуть покои княжича.

Петра как обычно, перед тем как уложить госпожицу спать, расчесывала её длинные волосы частым гребнем. Занятие это не терпело спешки, а чтобы не скучать служанка решила посплетничать с госпожицей про нагрянувших гостей.

— Ну и как вам молодой княжич, госпожица? Вот только не говорите, что он вам не понравился — такой красавчик!

Стефка улыбнулась:

— Какая же ты любопытная, Петра! Княжич весьма привлекателен, спорить не буду…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ну и что же вы предпримите, чтобы привлечь его внимание и покорить его сердце? Вы же не упустите такую возможность?

Стефка отмахнулась:

— Вы словно сговорились с Ивоной. С чего ты вообще решила, что я должна его покорять? Скорее всего у него уже есть невеста в столице, да и зачем ему связывать свою судьбу с провинциальной госпожицей? Вряд ли это входит в его планы.

Петра покачала головой, будто наставляя неразумного ребенка:

— Госпожица, ну вы подумайте — уедете в столицу, и уж там козни вашей мачехи вас точно не достанут! А вдруг она еще чего выдумает?

Уже лежа в постели Стефка вдруг вспомнила что так и не написала ответ Димитру. Но Петра, скорее всего, уже спит в своей каморке, а самой вставать и искать письменные принадлежности Стефке не хотелось. Завтра напишет. Да и что писать-то? Ведь Димитр ждет ответ на свое признание, а разве она может ответить ему взаимностью? Нет, это немыслимо, хотя она и скучает по Димитру. По его голосу, глазам… Невольно Стефка вспомнила поцелуй, который лекарь выдал за часть обряда исцеления. Сейчас-то она понимает, что он сказал неправду, но почему-то совсем не сердилась на него.

На следующий день Грегори Майстора в качестве развлечения дорогих гостей предложил поездку на лесное озеро и катание на лодках. Больше в их глуши и нечем развлечься. Княжич к удивлению Грегори охотно согласился и выразил надежду что госпожица Стефка составит ему компанию на этой прогулке. Глаза Захари и Стефки встретились и княжич заговорщически улыбнулся. Ивона чуть ли не запрыгала от радости — на падчерицу все-таки обратили внимание! Стефке вновь пришлось выслушать монолог мачехи на тему того, как важно очаровать княжича и свести его с ума. Девушке очень хотелось ответить Ивоне, что раз ей так хочется, то пусть сама и обвораживает Захари, но сдержалась.

Для прогулки госпожица выбрала легкое платье нежно персикового цвета. День обещал быть жарким и солнечным и прохлада лесных полянок сейчас была как нельзя кстати. Стефка с Ивоной и двумя служанками ехали в экипаже, а все остальные, включая и Грегори Майстора отправились верхом. Дорога до озера госпожице показалась скучной — болтовня мачехи утомляла, а княжич ехал далеко впереди рядом с её отцом.

Когда вся процессия, наконец, выехала на берег лесного озера, Стефка ахнула от восхищения. Она уже и забыла как здесь красиво. Наверное, мачеха права: она совсем одичала в своей башне после нескольких месяцев затворничества. Госпожице нравилось все — и яркая зелень деревьев, и щебет птиц, листы кувшинок на озере, легкая рябь на воде, которую оставляли жуки — водомерки. Само озеро поблескивало от солнечных лучей, которые проникали сквозь густые кроны деревьев. Вода в озере казалось зеленоватой, и в то же время она была достаточно прозрачной, чтобы разглядеть илистое дно и лохматые заросли водорослей.

Самую большую лодку предоставили княжичу и госпожице Стефке. К разочарованию молодой госпожи вместе с ними в лодку уселся и Ремис. Этот человек вызывал у Стефки сильную неприязнь, она даже удивилась себе. При взгляде на самодовольное лицо Ремиса настроение у неё тут же портилось. На весла уселся молодой мужчина из свиты княжича. Захари сидел напротив Стефки и его широкая спина закрывала Ремиса. Расстояние между Захари и Стефкой было мизерным, можно было протянуть руку и дотронуться до княжича и эта невольная близость смущала госпожицу. Захари же вёл себя будто ничего особенного и не происходит, будто они вдвоем в этой лодке и никто не слышит их разговор. Но молочный брат княжича периодически подавал голос, едко комментируя лесное озеро, которое он называл илистой лужей. Стефка не сдержалась и резко заметила:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А мне кажется здесь довольно мило. Уединенно и не шумно.

Княжич, чтобы уйти от скользкой темы, поинтересовался протокой мимо которой они проплывали:

— Может, свернем туда?