Очаровательная лгунья (СИ) - Бегоулова Татьяна

Я бросила взгляд на часы. Ну всё, теперь я уже точно не успею в увольнение на пару часов! Ну и кого благодарить за эту подставу? Дженью? Или Раилью? Остальным горничным я вроде ничем не насолила и дорогу не перешла. Но очень скоро мысли об увольнении были вытеснены духотой. В гладильной становилось невыносимо жарко. Я кинулась к окну и с силой стала дергать раму. Бесполезно. И стекло толстое, такое и не разобьешь.

Заколотила уже ногой в дверь, чувствуя, как струйки пота текут по спине и вот-вот начнут капать со лба. Да вымерли там что ли все?!

В ушах зашумело, в горле пересохло. Нет, это уже не подстава, это настоящее вредительство. И сколько я еще тут выдержу? Я уселась прямо на пол, прислонившись спиной к двери, прислушиваясь к звукам в коридоре. Чего зря силы тратить? Вот услышу чьи-нибудь шаги и начну барабанить.

Но дышать становилось все труднее. Перед глазами все плыло и я закрыла их, чтобы еще не стошнило от головокружения. Звук шагов было последнее, что я услышала. Изо всех сил забарабанила в дверь и все-таки потеряла сознание.

Когда я очнулась, то сначала не поняла, что происходит. Кажется, меня кто-то держит на руках? И куда-то несет. Голова моя покоилась на мужском плече и это было очень странно. Я приподняла голову, чтобы осмотреться и тут же услышала голос Дженьи:

— Она очнулась! Марилья, ну и напугала же ты меня!

В следующее мгновенье меня усадили на скамейку, и я поняла, что нахожусь на родной палубе. Рядом сидел недавний знакомый: красавчик из императорской службы безопасности, что уж вообще не вписывалось ни в какие рамки. Я сплю или брежу?

Напротив меня стояла Дженья с перепуганным лицом. Кажется, меня все-таки спасли.

— Ну и кто так с тобой пошутил? — голос красавчика был полон сочувствия. Моя голова все еще покоилась на его плече, но при попытке сменить положение я почувствовала дурноту.

— Так, ты давай дуй за судовым врачом, — это было сказано Дженье и напарница тут же убежала.

— А ты не ерзай. Если тебя стошнит на меня, я буду очень огорчен.

Я невольно улыбнулась. Нет, веселого в сложившемся положении было мало. Но «я буду очень огорчен» прозвучало забавно.

— Я не знаю, кто меня запер. А кто меня нашел?

— Твоя подружка. Выбежала на палубу с криком, что там горничная без сознания. Я был рядышком, пошел за ней. Вынес тебя на свежий воздух.

— Спасибо. Вы снова оказались поблизости, когда мне понадобилась помощь.

Все-таки из полуобъятий красавчика я выбралась. Потому что со стороны это выглядело двусмысленно. Подняла глаза и увидела широкую улыбку.

— Как вас зовут?

— Это имеет значение?

— Ну вы уже второй раз меня спасаете, а я даже не знаю ваше имя.

— Райлин.

Я чувствовала себя ужасно. И это было не только физическое недомогание. Осознание того, что со мной поступили так жестоко, просто выбило из колеи. Как так можно? За что? в последнее время на меня столько свалилось и я держалась, но это происшествие словно стало последней каплей. Глаза обожгли подступившие слёзы и я невольно шмыгнула носом.

— Эй, ты чего?

Мое лицо оказалось в широких ладонях. Карие глаза напротив смотрели с такой искренней заботой, что меня прорвало. Слезы потекли потоком.

— Ну и чего ты ревешь? Позавчера ночью так отчитала стюарда и мне даже досталось. Такая бойкая была. А сейчас разревелась из-за пустяка.

Райлин достал из кармана рубашки платок и протянул мне. Вот как объяснить человеку, что этот пустяк просто перевесил чашу весов?

— Вам хорошо говорить. Вы вон какой большой и сильный. А я даже в Лавиж не попала, а так хотела. И все из-за чьей-то злой шутки.

— И из-за этого ревешь? Это не последняя стоянка на пути.

Тут вернулась Дженья вместе с судовым врачом господином Сунж. Райлин тут же ушел, шепнув мне напоследок: «Не реви!».

Разумеется у Дженьи я поинтересовалась не в курсе ли она, кто мне так подгадил. Но напарница искренне ответила, что не знает. И по её мнению, девчонки горничные так бы не поступили. Ключ торчал в замке с той стороны. В общем, кто-то это сделал нарочно, а не случайно. Да и как можно было не заметить меня в крошечной гладильной, когда всё помещение хорошо просматривается от двери?

— А Раилья? Она же злится на меня?

— Ну не до такой же степени.

Мда… А если это стюард? Уж не знаю, говорил с ним мой нежданный защитник или нет. Но если он способен на шантаж, то ожидать от него можно всего.

Вечером перед отбоем в дверь нашей каюты неожиданно постучали. На пороге появился незнакомый стюард. Обвел всех четверых девчонок взглядом:

— Марилья кто?

— Я, — чего еще случилось?

Стюард бросил мне через всю каюту что-то в оберточной бумаге:

— Держи. Тебе просили передать.

— А что это? И кто просил?

— Очень занятые люди, — стюард со смехом закрыл дверь.

Я, держа в руках странную посылку, не знала, как с ней поступить. Девчонки обступили меня:

— Чего ждешь? Разворачивай!

Я разорвала оберточную бумагу и увидела коробку шоколадных конфет. Дженья тут же выхватила её из рук:

— Обалдеть! Это же шоколад из кондитерской Лавиж! Все пассажиры сегодня несли этот шоколад коробками! О, тут и карточка есть.

Я забрала из рук напарницы коробку и отцепила карточку. Внутри было написано: «Это единственное, что в Лавиж заслуживает внимания».

— Кто это? Что там? — ага, так я и сказала, что это может быть только Райлин. Дженья меня тогда вообще на лоскутки порвет.

— Не знаю, тут не подписано.

Девчонки смотрели на коробку с предвкушением. Да мне и самой не терпелось попробовать шоколад из кондитерской Лавиж. Не зря же о нем известно на всю Империю. Стоит ли говорить чем мы занимались до самого отбоя. Да, сладкое есть на ночь вредно, но кто же нам запретит?

Глава 7

То ли съеденный накануне шоколад, то ли прогулка по Лавиж, но что-то определенно повлияло на настроение Дженьи. Она перестала на меня дуться, правда и тему раздора мы больше не затрагивали. Но все-таки утром меня ожидал неприятный сюрприз, и преподнесла его мне напарница. Оказалось, что сегодня у Дженьи законный отгул на пол дня. И она решила, что именно после обеда и воспользуется прекрасной возможностью отдохнуть. Тем более что на «Оливии» была зона отдыха и для обслуживающего персонала. Не такая роскошная, конечно, как у обитателей апартаментов, но все же. Пока мы с ней прибирались у пассажиров и приводили в порядок их одежду, напарница меня наставляла:

— После обеда меня заменит Раилья. Да, да. Держись с ней осторожно. Она, конечно, в гладильной тебя не запрет, но подставить перед пассажирами или перед старшей горничной может. Чтобы показать какая ты неуклюжая, нерасторопная и все такое. Она еще надеется занять твое место. А я, если честно, не хочу её в напарницы. От нее всего можно ждать.

Да, успокоила. И так-то на душе после случая с гладильной было не спокойно, а теперь еще и Раилья в напарницах. Кстати, окно в подсобке починили. Происшествие со мной было признано случайностью, и чтобы подобного не случалось, все неисправности устранили.

До обеда обошлось без происшествий. А вот когда Дженью сменила Раилья, я постаралась поменьше пересекаться с новой напарницей. И поначалу это мне удавалось. Но удача не могла сопутствовать мне постоянно. Старшая горничная вызвала меня к себе и «обрадовала»:

— Господин Терис Лакрис просит подняться к нему.

— Зачем? Дженья утром всё убрала.

— Что значит зачем? Значит, есть какое-то поручение, — при этом старшая горничная фыркнула так, будто я наивно подумала, что могу понадобиться известному ювелиру для чего-то другого, не связанного с моими прямыми обязанностями. Больно надо.

И, конечно же, на третьей палубе я увидела Раилью, которая порхала между шезлонгами. Впрочем, Терис тоже находился здесь же, а не в своих апартаментах. Я подошла к ювелиру, который задумчиво что-то рисовал в своём блокноте.

— Господин Лакрис, старшая горничная передала, что вы желали видеть меня?