Любовь в Академии Магии (СИ) - Митро Анна

Глава 16. Трудности перевода с эльфийского на волчий

Ужин в приятной компании поднял настроение Любовь Павловне, тем более, новые знакомые решили продолжить общение и быстро сдружились с её одногруппниками. Как оказалось, лично знакомы они не были. Вообще смешанные компании с разных групп или факультетов, если образовывались, то ближе к концу второго курса. Первокурсники же варились в собственном котле, привыкая к режиму, людям и нагрузке.

«Все у меня не как у местных», — пожала плечами Люба и, попрощавшись с ребятами, пошла за оборотнем.

— Молчи, Леа, самое главное молчи, если тебя прямо что-то не спросят. Поняла? — втемяшевал он ей. — Иначе Шинойза тебя сожрет, морально, и даром твоим не подавится. Эльфы умеют быть такими высокомерными, заносчивыми гадами, что так и хочется надавать оплеух, хм, не при тебе будет сказано.

— Спасибо, Шаен.

— За что?

— За то, что защищаешь. Это невероятная редкость, когда за своих студентов преподаватель стоит до последнего.

— Не, дорогая, это правило хорошего куратора. Кто, если не я? Тем более, не могу же я стоять в стороне и наблюдать на «избиение младенца».

— Я взрослая! — попробовала возмутиться Любовь Павловна, она-то знает, что ей далеко не двадцать и даже уже не тридцать.

— Поверь мне, по сравнению с этой милой Дивной, ты ещё эмбрион. Я учился на старших курсах, когда она пришла преподавать, и это далеко не первая её академия. Помню, на её прекрасную внешность и кроткий взгляд тогда полгруппы стойку самца сделали. Только прогадали, леди оказалась со стальным стержнем внутри и такой ехидной, что ни одно мужское самолюбие его выдержать не могло, — когда оборотень говорил, было что-то такое в его взгляде, что Люба поняла, он был из той влюбленной половины.

Тут они зашли в кабинет, где их уже ждал ректор, и «предмет» разговора.

«Ах, а что было бы ответь она ему взаимностью? Какая чудная вышла бы пара. Что же ты, дура Шинойза, не видишь своего счастья. А ну посмотри на него и разгляди! Он же создан для тебя!» — подумала землянка, вперив взгляд в эльфийку. Та обернулась и, злорадно улыбнувшись, посмотрела Любовь Павловне в глаза, а после перевела взгляд на Делавара и замерла.

***

— Рада видеть, что вы не проигнорировали моё приглашение, магистр Делавар, — тут же съязвила она.

— Магистр Шинойза, как я мог не откликнуться на него? Готов вас лицезреть в любое время дня… И ночи, — ответил ей оборотень, бросив многозначительный взгляд туда, где пару часов назад была дырка.

— Хамить изволите? — ледяной тон не скрывал того, что женщина злилась.

— Замолчите оба, хватит позориться перед студенткой, — рыкнул на них ректор. Делавар тут же пододвинул стул для Любовь Павловны, а после уселся сам вполоборота к эльфийке. — Мисс Авалон, магистр Шинойза рассказала мне об инциденте с её магией. Что вы можете сказать в свое оправдание? — лицо у демона было суровое, а вот во взгляде скакали смешинки, почему-то Любе показалось, что он был бы не против увидеть преподавательницу в таком «неуместном» виде лично.

— Я раскаиваюсь в содеянном, простите, пожалуйста, магистр Шинойза, — ей, и правда, было стыдно, все же это большой урон по репутации женщины, так как сверкать бельем перед студентами не способствует возникновению у них уважения к преподавателю.

Не успела она сказать, как куратор сердито глянул на неё, да так, что Люба язык прикусила.

— Ректор Ассгейр, а магистр Шинойза рассказала, почему у моей подопечной так интересно сработал дар.

— «Интересно сработал дар»? — передразнила эльфийка, изгибая в удивление брови?

— Я бы сказал, почему так вывернулось желание отомстить за несправедливость, — растянулся в улыбке оборотень.

— О какой несправедливости речь? — как бы лениво и невзначай уточнил ректор.

— Магистр дала задание студентке, не объяснив, что нужно сделать для его выполнения, при этом еще и некорректно выделила девушку из группы, дав им абсолютно другую практику.

— Вы же сказали, что ей нужно начинать все сначала, вот я и дала самое простое, найти источник, — пожала плечами женщина.

— А что вы сказали мисс Авалон, когда она выполнила упражнение своих одногруппников? Даже перевыполнила, между прочим.

— То, что ей нужно было сделать совершенно другое. Значит, она не справилась с заданием, и даже нарушила устав Академии, сделав то, что её не положено пока делать, — высокомерно выдала эльфийка и поджала губы.

— За это я её уже наказал, — обаяние так и лучилось от этого невозможного мужчины, что только сильнее злило Элойс. — А вот что делать с вашей халатностью в обучении моей студентки?

— Да как вы смеете! — взвилас Шинойза. Ректор ухмыляясь смотрел то на одну, то на другого, потом видимо что-то ему пришло в голову и он уставился на Любовь Павловну.

— А как вы наказали мисс Авалон, Делавар?

— Она исправила последствия экспериментов братьев-лисов на полигоне, ректор, мы с магистром Флейба были удивленны возможностям её дара и фантазии самой мисс Авалон. Обязательно сходите, несомненно впечатлитесь и размахом задумки, и манерой исполнения.

— Что же, думаю, это было достойное наказание и инцидент можно считать исчерпанным.

— Не совсем, — выдал оборотень, чем вызвал скрежет зубов у Дивной. — Я предлагаю засчитать мисс Авалон экзамен по медитации автоматом и прямо сейчас.

— На каком основании? — Элойс была поражена наглостью этого волчары.

— На том, что медитация стоит у первокурсников для шлифования контроля над даром, чтобы они могли пользоваться им по желанию, а не подвергались спонтанным выбросам. Считаю, что мисс Авалон уже доказала это умение, — «вот сейчас ты не прав, Шаен, — подумала Люба, — но я буду молчать, лишь бы отделаться от медитаций». — Да и по предыдущему курсу у нее уже стоит за этот предмет отличная оценка.

— Логично, Делавар, — согласился демон. — Я проинспектирую полигон, а после вынесу свое решение, судя по твоим восторгам, положительное.

— Делавар-р-р, — прорычала Элойс, не обращая внимания на ректора, который было засомневался, кто из преподавателей оборотень.

— Я всегда к вашим услугам, магистр Шинойза, — тот по-шутовски отвесил поклон.

— Шут гороховый! Что ты творишь? Где тот тиран и деспот которого боятся первокурсники и опасаются все остальные студенты? — Элойс вдруг посмотрела на Любовь Павловну. — Это ты… Неужели ты идешь на поводу у этой девчонки? Превратился в ручного пса? — язвительно бросила она Шаену, тот вскочил на ноги.

— Милая, такие оскорбления не прощаются! — а после этих слов в кабинете как-то потемнело и повеяло чем-то страшным, отчего Люба вжалась в стул.

— Оба, вон! — почти прошептал ректор, и преподавателей буквально сдуло, тут же давление исчезло. — Между ними и так искры бегали, но с твоим появлением вообще молнии трещат. Хочешь об этом поговорить? — демон посмотрел в глаза Любовь Павловне, та, отчаянно труся, отрицательно покачала головой. — Хм, хорошо, будешь готова поделиться, знай, я всегда рад тебя выслушать, — это звучало из его уст угрожающе. — Но контролировать такие воздействия надо, понимаешь?

— Да, ректор Ассгейр, — женщине показалось, что она пискнула не громче мыши.

— Скоро из командировки вернется декан менталистов и он будет лично заниматься твоим вторым даром, так как не поддается никакому ментальному воздействию. Ему, думаю, проще будет помочь тебе, не переживая за последствия совместного времяпрепровождения.

— Ректор Ассгейр, я стараюсь, честно, но это на уровне подсознания, контролировать мысли очень трудно, а стоит им в каком-то определенном ключе появиться, так возникает это все, — расстроено развела руками Люба.

— Я понимаю тебя, Леа, ментальный дар первое время приносит очень много неудобств, в свое время я его ненавидел. Искренне считал не даром, а проклятием. Но все проходит, и это пройдет. Но таких, как ты еще не было, и нам нужно знать не только какие чувства ты способна вызвать, но и нужна ли для них какая-то подоплека, окончательно ли их действие или временно, возможная сила. И работать в основном придется тебе. Заниматься будешь и сама, и вместо пары медитаций, если Шаен говорит, что уроки магистра Шинойза тебе не нужны, то я тебя от них освобожу.