Шарлатанка в Академии драконов (СИ) - Миш Виктория

Уборщица поливала цветы в напольных вазах из самой обычной лейки. Женщина, одетая в форму стюардессы, сидя на банкетке, читала книгу. Явно кого-то ждала — либо коллег, либо следующий рейс.

Запах цветов и гладкая плитка на полу навевали мысли о торговом центре, но, в отличие от наших международных аэропортов, магазинов я тут не заметила. Пассажиров, кстати, тоже.

Маша бодро шла впереди нас, а мы с Раулем — за ней. И тут, когда я почти расслабилась и свыклась с мыслью, что меня обдурили, и мы ни в каком не чужеродном мире, муж сделал очень странную вещь — он указательным пальцем начертил в воздухе овал и буркнул что-то себе под нос. А этот самый овал вдруг загорелся по периметру и превратился в висящее в воздухе полупрозрачное зеркало.

— Рэг Доулин, — произнес муж, не останавливая шага.

Висящий в воздухе овал зажегся ярче, и по нему прошла рябь, будто кто-то невидимый начал лить на него воду.

Мы шли по аэропорту у всех на глазах с этой штукой, которая оставалась на том расстоянии, на каком ее создал Рауль, и никто не высказал никакого удивления.

Похоже, муж сделал обычную по местным меркам вещь. И мое боевое настроение немного поколебалась. Как я поставлю мужа на место, если он умеет вытворять такие фокусы?!

— Что это? — осторожно спросила я, рассматривая разноцветную рябь.

Предмет не может висеть в воздухе, это нереально! Все законы физики говорят о том, что мне просто мерещится… Но нет, муж упрямо смотрит в эту штуку и ждет.

Значит, галлюцинации исключаются. Но что это?!! Овал похож на проекцию, хотя кажется более осязаемым.

— Средство связи, зермаг. В основе лежит проекция зеркала, подключенная к мировой сети… Звоню в Академию, хочу убедиться, что все готово для нас… — и не успел он мне толком ничего объяснить, как в овале появилось крайне недовольное мужское лицо.

Черные кустистые брови, сведенные к переносице, и всклоченный вид словно бы кричали о том, что еще недавно этот человек сладко спал.

— Слушаю, магистр Кастро, — почтительно поздоровался он. Хотя в глазах горела мысль: «Что б ты провалился!».

Сама не знаю, как догадалась, но была уверена на сто процентов — этот человек моему мужу не друг.

— Доброе утро, любезный Рэг, — ехидно ответил муж, — Всё ли готово к нашему приезду?

— Разумеется, магистр. Как вчера получил ваше сообщение, подготовил лучшие покои для вас и…

— И для моей любви, — прервал его Рауль, — Рад слышать. Маг-мобиль встретит нас?

— Уже у здания аэропорта, — очень покладисто ответил Рэг, но муж не заподозрил подвоха. Довольно кивнул и отключился.

Он подхватил меня под локоть и потащил быстрее, догонять Машу, которая уже выходила из огромного холла.

— Что за маг-мобиль? Это безопасно? — заволновалась я.

На душе было неспокойно. Этот черный не выспавшийся Бармалей, как я окрестила незнакомого мужика, доверия не внушал совершенно. И мне абсолютно не хотелось попасть в аварию в первый же день своей замужней жизни.

Мы вышли в очередной коридор, потом спустились по маленькой лестнице, перешли по стеклянному проходу, и вышли на самую обычную остановку.

Здесь должны стоять такси, автобусы и толпы туристов. Но никого не было.

И не было ничего, что напоминало бы транспорт.

— И где же ваш маг-мобиль? — я со скепсисом смотрела на ровно подрезанные кустарнички, дорогу, заасфальтированную обычным асфальтом, правда, без колдобин, и живописную клумбу, — Кстати, по аналогии можно было бы назвать аэропорт — маг-аэростейшн… Солидно и необычно.

— Смешно! — оценила мою шутку Маша и указала за спину, — Только зачем его переделывать, если слово подходящее? А вот и он. Опаздывает…

— Если на смене Грацис, то неудивительно,

— недовольно буркнул муж.

Кажется, с оценкой асфальта я поспешила. Не местный он, то есть, не земной. Ну не бывает такого ровного и гладкого покрытия, если только на трассах Формулы один. И вот над этим блестящим асфальтом, буквально в пол метре, парила машина. Гоночная… Из-под нее вырывалось ярко-рыжее пламя, возможно, газ, который и приводил ее в движение… Любознательный человек сразу бы поинтересовался, что это и как работает, но мне стало снова не по себе.

Не люблю, когда водитель — лихач. И большой скорости боюсь. А здесь… Вытянутая морда машины смотрелась весьма хищно. Лично мне она обещала непередаваемые и классные ощущения. Надеюсь, хотя бы не вырвет на светлые брюки Рауля. Корпус машины — сплющенный и вытянутый. Наверняка придется полулежать и смотреть в потолок.

Ком встал в горле быстрее, чем подъехала сама машина.

— Мария, садись вперед, — мельком глянув на меня, распорядился муж, — В первый раз я подстрахую Лизу.

— А во второй поеду одна? — кисло пошутила я, наблюдая, как двери сами собой приоткрываются, отъезжая вверх. Нет, ну точно гоночная машина! Жуть какая! А обычные здесь не водятся? Лада

— Калина — вполне подошла бы… — Думала, у вас тут ма-агия… Средневековье… А не эти страшные штуки!

— Рауль любит ездить впереди, — Маша с самым независимым видом обошла машину и села на переднее сидение рядом с водителем.

Вот уж кто привык гонять на высокой скорости!

— Значит, с мыслью о магии ты смирилась? — муж любезно подтолкнул меня к задней двери, — Не волнуйся, в салоне есть противоукачивающие конфеты.

— Как мило, — фыркнула я, но забралась в салон.

Запах дорогой выделанной кожи моментально ударил в нос. Форма сидений говорила сама за себя, ноги пришлось слегка вытянуть вперед, и теперь я отчаянно стараясь не запаниковать. Не хочу показывать им свою слабость. Сосредоточилась на интерьере. Ярко-рыжие вставки красиво сочетались с серыми элементами. Ручки дверей были рыжими, подлокотники тоже, а из кармашка позади переднего сидения торчала раскрытая пачка конфет.

— Угощайся. Даже если вестибулярный аппарат у тебя в норме, в первый раз может укачать, — муж заботливо вытащил одну конфетку и протянул мне.

О, вы с девушкой, магистр! Хорошенькая! Кушайте — кушайте. Я, конечно, постараюсь лететь аккуратно, но этот мобил ь — зверь! — весело откликнулся водитель и обернулся, — Меня зовут Грацис, леди.

— Лиза.

— Приятно познакомиться. Конфетки вкусные, вы попробуйте. Была б моя воля

— сам бы всё съел.

Обычный парень в форме. Кепка, как у киношного водителя и обезоруживающая улыбка. Невольно улыбнулась в ответ и взяла у Рауля конфетку. Она оказалась жевательной и с клубничным вкусом.

— Спасибо!

— В Академию? — уточнил Грацис, заводя мотор.

— Разумеется, — бросила Маша, и мы сорвались с места.

Тот загудел взбешенным зверем. Желудок сделал попытку добраться до горла, но конфетка оказалась сильнее. Дурнота спала почти моментально. Я вцепилась в руку Рауля, настороженно глядя в лобовое окно. Хоть бы на дороге не оказалось других мобилей, и нам не пришлось бы маневрировать. Тогда я точно скончаюсь от страха…

Рауль обнял меня за плечи и подтянул к себе. Я послушно вжалась в его плечо и закрыла глаза. Скорость вбивала в сидение и давила на грудь. Ощущения были ярче, чем на американских горках. А ведь я не люблю на них кататься, и уже лет десять не посещала их…

— Ну же, трусишка, мы вылетели на мобильстраду, — через несколько минут сказал Рауль и как маленькую погладил по голове, — Уже не страшно. Открой глазки…

Любопытство пересилило страх. Я приоткрыла один глаз, потом другой, и поняла, что ничего страшного не происходит. Мы летим по обычной серой автостраде, и в окно светит солнце. Вероятно, что солнце — как правильно называлось местное светило, не знала.

Машин впереди летело мало — всего две, такие же серые. Я выглянула в окно рядом с собой и чуть не закричала от страха — оказывается, местная автострада располагалась высоко над землей, примерно на уровне двадцатиэтажного дома. А, может, и тридцатиэтажного…

— Как же так? — смущенно пробормотала я, вжимаясь обратно в плечо Рауля.

Тот мягко рассмеялся.

— «О, сколько нам открытий чудных готовят просвещенья дух и опыт, сын ошибок трудных, и гений, парадоксов друг, и случай, бог изобретатель»! — продекламировал муж Пушкина, чем вызвал мое большое удивление, — Наш мир поражает, не так ли? А всё потому, что у тебя ограниченные представления о драконах, основанные на сказках и легендах твоего мира. Думаешь, мы — животные, которые гнездятся в горах и питаются девственницами?