Пять мужей для ведьмы (СИ) - Кейн Лея

— Не-е-ет, ее величество очень близка с Саденой.

И все это и многое другое час за часом, день за днем. Я начала терять себя. Моя личность будто закрывалась, и ей на смену приходила Альвира. Это был интересный опыт, хоть и малоприятный. Меня любили и ненавидели в качестве ведьмы, теперь будут любить и ненавидеть в качестве королевы. Почти ничего не изменилось.

Спустя неделю нас с Душенькой впервые выпустили из комнаты. Была ночь. Крурот быстро провел нас в конец коридора, где ввел в кабину лифта, и мы отправились в неизвестном направлении.

— Ответь мне, Крурот, — заговорила я, — положа руку на сердце. У нас есть хоть малейший шанс найти его?

— Не теряй веру, Настасья, — ответил он. — Мы же команда. А командный дух нельзя сломить.

Я улыбнулась. Бородач нравился мне все больше, вопреки всем его завихрениям.

Мы сошли на просторной площадке, освещаемой ночными фонарями. Всюду были зеленые насаждения, скамейки, фонтанчики. Я задрала голову, но не увидела небо. И не потому что мы находились в стеклянном шаре, а потому что я воочию убедилась в искусственной гравитации крепости. Площадь представляла собой лежащий овал, по всему пространству которого располагались те же фонарные столбы, скамейки, зелень и фонтаны. На стенах, на потолке где-то метрах в тридцати над нами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я же говорил, куда бы вы ни пошли, всюду гравитация. Мы здесь как пауки. Крепость — самое безопасное место в Шейсауде.

— Не самое, — буркнула Душенька, — раз здесь покусились на вашу королеву.

— Не ерничай. Ты поняла, что я имел в виду. Нам туда, — Крурот показал налево.

Обогнув площадь, мы вошли в один из коридоров, а там нас встретил Флего. Он сообщил, где сейчас часовые, и мы смогли проскочить мимо них.

Комната, оборудованная для временного содержания Альвиры, была получше той норы, где проживали мы с Душенькой. Естественно, она же королева! А мы — так себе, всего-то те, кому предстоит спасти ее жизнь. Даже как-то обидно стало.

Сама Альвира лежала на кровати, застеленной белым бельем. Рядом с ней сияющие магические кристаллы, цветы, аромасвечи. Честно говоря, смотреть на своего умирающего двойника — не самое занимательное времяпрепровождение. Зато теперь я знала, что мне не лгут. Альвира еще жива. А если убрать синяки под глазами и румянами щеки натереть, то та же самая бабища с портрета получится. Не дай боже, чтобы я так же себя запустила в следующие десять лет.

Вытаращившись на Альвиру, я даже не заметила мальчика, сидевшего в углу комнаты. Обратила на него внимание, когда он покинул кресло и подошел к кровати с другой стороны. Эйра. Невероятно миловидный мальчик с большущими голубыми глазами.

— Привет, — улыбнулась я ему.

Он внимательно посмотрел на меня и вдруг выдал:

— Ты двоим жизнь несешь. И двоим смерть.

Вот те на! Аж Крурот поперхнулся и закашлялся.

— Не по своей воле, — монотонно добавил Эйра. — Спасти всех четверых тебе под силу. Сердцу не приказывай. Оно лучше знает.

— Что ты несешь? — промолвила Душенька, руки в бока выставив.

— Он несет радость и мир-дружбу, — пробубнила я, нахмурившись.

По роду своей деятельности я понимала, что такое экстрасенсорные способности. Порой опытные маги не способны в точности передать свои видения словами, а девятилетнему мальчику и подавно это тяжело. Однако если верить словам Хишики, видения Эйры сбываются, а это значит, впуталась я по полной. К счастью, мою смерть он не предсказал. Хоть что-то радостное!

— Тебя зовут Настасья, — продолжил Эйра. — Зачем ты взяла второе имя?

— Псевдоним — это часть моей работы, — ответила я. — Зато сейчас мое актерское искусство поможет мне спасти твою маму.

— Когда все закончится, оставь чужие имена в прошлом. Тогда и жизнь наладится.

Был бы на его месте кто-то другой, я позабыла бы все, чему меня тут научили Крурот, Хишика и Флего.

— Ты довольна? — спросил у меня Крурот. — Насмотрелась? Мы говорим правду. Часики тикают, а прогресса в приготовлении противоядия никакого. Она продержится еще дней десять, в лучшем случае — пару недель.

Тошно мне стало на Альвиру глядеть, поэтому я на прощание Эйре улыбнулась и из комнаты вышла. Аж дышать трудно стало. Никогда еще от меня чья-то жизнь не зависела.

Крурот позволил мне ненадолго задержаться на площадке. Я посидела на скамейке, подышала, подумала. Взяла себя в руки, вспомнила, что я самый настоящий энергетический реактор, пусть даже зачастую ядерный, и, поглубже вздохнув, сказала:

— Хватит терять время! Пора всему Шейсауду объявить, что ее величество королева Альвира пришла в себя!

Глава восьмая

Ночь накануне моего появления в королевском дворце я потратила на изучение подробного плана-чертежа того самого трехуровневого дворца. Особенно я уделяла внимание местонахождению королевской спальни, детской, столовой, каминной и тронного зала. Именно в этих комнатах Альвира бывает чаще всего. Поговорить бы мне с ней, я посоветовал бы ей почаще бывать в салоне красоты.

Незадолго до рассвета к нам наведался Крурот. Впопыхах приказав нам с Душенькой надеть плащи с капюшонами, он запричитал, что у меня красные глаза и неестественная бледность от переутомления и бессонных ночей. Странно, что его это вообще ужаснуло. Благодаря Флего я стала похожа на черт-те что и сбоку бантик, а Круроту цветовая гамма моего фейса не понравилась. Шейсаднутый!

— Тем правдоподобнее у меня получится сыграть роль больной, — ответила я. Бородач со мной согласился и больше не бубнил.

Сказать, что я волновалась, это ничего не сказать. У меня сердце в пятках стучало, пока мы пересекали крепость, чтобы попасть во дворец. Я верила, что Хишика все уладила, и нам удастся прошмыгнуть незаметно. Волнение меня одолело по иной причине. Мужья! Если эти парни с портретов такие же дьявольски обаятельные в реальной жизни, то я не представляю, чего мне будет стоить не поддаться искушению пофлиртовать с кем-то из них. Придется укоренить в себе осознание того, что их казнят, если они изменят своей королеве. И почему-то мне кажется, вынося смертельный приговор, она не станет учитывать их неосведомленность в нашей подмене. По ней воздыхает половина мужчин Шейсауда, по словам, Крутора, уточню! Одним больше, одним меньше — не велика потеря. А вот мне с этим потом как-то жить.

Мы попали во дворец через задний дворик, пересекли малую кухню, коридор, служебную лестницу и еще один коридор. Было темно, и мы с Душенькой молча плелись за фиолетовым огоньком в набалдашнике жезла Крурота. Иногда он шикал нам, чтобы мы не шелестели плащами. Мы лишь переглядывались и пожимали плечами. Мы надели то, что выдал нам Флего, так что все претензии к нему. Наконец мы попали в королевскую спальню, где нас ждала Хишика. Она помогла мне переодеться в ночную сорочку, а потом едва не убила во мне желание жить, когда натянула на мою голову дурацкий чепец с рюшечками.

— А тебе не кажется, что он неуместно жизнерадостен на фоне моего коматозного состояния? — проворчала я.

— Ее величество всегда спит в шапочке. Мы же предупреждали, — напомнила мне Хишика один из их утомительных уроков.

— Я представляла себе что-то более эротичное.

Хотя в этом тоже был плюс. В старушечьем чепчике даже при усердном флирте фиг кого я соблазню!

Я решила не смотреться в зеркало, тем самым уберегая себя от сердечного приступа. Утонула в пуховой перине и глухо прокричала из ее глубин:

— А посерьезней постельки нет?

— Ее величество всегда спит на мягких перинах. Настасья, что с вами? — возмутилась Хишика.

— У мягкости тоже должен быть предел. Это не перина, а черная дыра!

Я поерзала и печально вздохнула: самый ад только начинался. Уснуть мне так и не удалось. До пробуждения дворца я слушала какие-то бульканья и тиканья. Душенька тоже не спала и периодически напоминала об этом тяжкими вздохами.