Анна Водолей - За тебя. Вернуть (СИ)

Обнаружив себя стоящей и отчаянно пытающей отдышаться, я отчетливо видела блистающие кусочки витража в полумраке комнаты, опасные острые блики. Наблюдала за ними со стороны.

Это не я. Я так не умею.

— Достаточно, — проговорил Каин и легко взлетевшей рукой, отправил осколки на пол.

— Успокойся, — Шарль твердо смотрел в мои глаза. — Дыши ровно.

Потребовалось некоторое время, чтобы осадить дыхание и загнать страх куда подальше. До тех пор, пока не останусь наедине с произошедшим. Из-за слабости и потери контроля, дала слабину, они не имели права видеть моих чувств.

Туман рассеялся, и свет вновь сквозь окна проник в дом.

Возможно, шок стал успокоительным. Но ощущение неестественности происходящего не наступало. Будто это было в порядке вещей.

В голове непривычно шумело.

Села обратно в кресло с напряженно-ровной спиной. Говорить не хотелось, жестко обузданные эмоции, не могли вырваться наружу, но мысли давили друг друга.

— Кажется, мы решили этот вопрос, — подвел итоги Каин, по лицу скользнула тень улыбки. — С котом что-нибудь придумаем.

Я не отвечала, обдумывая ситуацию. Где-то на краю сознания отметила, что невероятная стрессоустойчивость — положительный пункт в резюме.

Только что с помощью «моей силы» были выбиты окна. Только что объяснили, что я часть этого мира. И что мне вернут кота.

— Но я же вам зачем-то нужна? — тишина затянулась.

Каин сомкнул челюсти, я это заметила. В глазах Шарля скользнуло удивление.

— Саша. Послушай, — тихо говорил Каин, подаваясь вперед. — Давай условимся на два года. Если за это время ты не приживешься здесь, обещаю, что верну обратно.

Я уцепилась за фразу. Значит, именно он может все изменить.

— Куда вернете? В место, где я считаюсь без вести пропавшей, с иском в суде о невыплаченных коммунальных платежах, с разрушенной карьерой?

— Хорошо, чего ты хочешь? — говорил брюнет, он точно злился.

— Я, — я не хотела домой, как бы странно это ни звучало. Действительно было бы интересно попробовать здесь начать жизнь с нуля. Но по моей природе, нужно было подготовить запасной аэродром. Всего-то два года. — Мне нужно обратно, чтобы решить вопросы. Я уволюсь с работы, оставлю квартиру друзьям. И кота заберу.

Не могу не вернуться.

— Договорились, — слова Каина увязли в липкой черноте, стремительно закрывшей глаза.

Мягкая поступь сна забрала в свои сети слишком проворно, и я уже не слышала диалога над ухом.

— Как ты заставил ее использовать силу? Она же не умеет.

— Просто подтолкнул. Теперь я буду довольно-таки часто ее к чему-то принуждать без разрешения на то.

— Главное, не во вред.

— Я не могу сделать хоть что-то ей во вред.

Каин дал одни сутки на урегулирование вопросов на Земле. Что и было выполнено. Уволилась с работы одним днем и оставила квартиру друзьям, рассказав сказку о решении путешествовать по миру. Были вопросы, были слезы и недоумение. Но ничто не могло изменить намерений.

Даже если бы сопротивление дрогнуло, Каин бы все равно забрал меня, только насильно. Так и зачем рисковать?

Вот интересно, а первый раз тоже он перевел меня на Ромал? А если нет, то почему тогда я оказалась в замке Графа?

Сознание ленивым туманом ползало в прострации.

Проваливалась в сновидения. Яркие, бессмысленные — мозг пытался пережить случившееся.

Помню, что было небо. Высокое, чистое, свежее. И огненное солнце.

Проснулась, когда начала заниматься заря.

Кот лежал в ногах, и, увидев, что хозяйка проснулась, подтянулся поближе, засучил лапками и завел мурлыкательную руладу.

— Хорошо тебе, зверь? — кот разрешил почесать себя за ухом. — А ну как бы остался там один, мой пушистый. Кто бы тебя там гладил так.

Фунтик совсем растаял от такой нежности и растянулся во всю длину, разрешая чесать везде.

Я лениво тратила время до полного рассвета, то разбирала немногочисленные вещи, взятые с собой, то кота мучила, то платья в шкафу рассматривала, то ложилась подумать.

В общем, скучала страшно.

Когда в дверь постучала служанка, радости не было предела. Она выбрала кремовое платье с расшитым корсажем и сложной юбкой. На голове я соорудила все тот же пучок, не доверяя девушке свои волосы.

В этот раз на завтраке нас было только трое.

Шарль с Алией были рады моему благоприятному расположению духа. Я спрашивала их о мире, и они охотно отвечали на вопросы.

Изредка в голове проскальзывала запуганная мысль о происходящем, но она была настолько скользкой, что не задерживалась, к удивлению, в голове и быстро исчезала. Информация в бешеном объеме сыпалась с двух сторон. И было действительно интересно, это пьянило невероятностью.

Ромал населяло множество рас. По словам Шарля, никого из разумных бояться не стоило. Разве что орки не очень хорошо воспитаны и их правила поведения радикально отличаются от, например, человеческих. Они были шумными ребятами устоявшимся кодексом чести и ограниченным пониманием своей многозначительности. Но зато имели лидирующие позиции на рынке по производству бытовых товаров с уклоном в сторону колюще-режащего. К тому же орки, как правило, выполняли грязную работу, на которую, например, эльфы бы не согласились.

Эльфы не были столь чопорны, как я себе представляла. Но они, как и многие древние расы, владеющие всесторонне развитой магией, аристократией и родом правителей, имели на свой счет завышенное мнение. В целом, задирали нос не выше драконов и вампиров.

Гномы жили скромно и не любили высовываться и принимать участие на политической арене.

Это были веселые работяги, которым и без того было чем заняться — сколько не разведанных тайников и не ограненных алмазов! Гномы почти всю добычу экспортировали и предпочитали не сидеть на золоте, а регулярно развивать свое мастерство. Зажиточный гном — странный гном.

При упоминании о троллях Алия возвела глаза к небу, и вскоре стала понятна причина.

Шарлю категорически не нравились тролли. Грубые, неотесанные мужланы, включая маскулинных женщин. Они видели мир исключительно со стороны силы и власти. И денег, множества денег.

Я задорно расхохоталась, наблюдая за тем, как негодует Шарль, описывая свои стычки с вождем троллей.

Вот так все просто и почти не страшно.

Жизнь стремительно менялась. Перевернувшись с ног на голову, она и не думала возвращаться в исходное положение. Более того, болтала ногами, руками и всячески дурачилась.

Иногда меня стремительно накрывало чувство боли и потери, отчаянно начинала скучать по прошлому. Но тоска удивительно быстро отпускала. Тут было хорошо. Свободно. И у меня было так много времени впереди, что можно было никуда не торопиться. Это, пожалуй, было самым невероятным осознанным фактом.