Елена Славная - Неправильная

Ознакомительный фрагмент

— Ты решила доказать обратное, — понял братишка.

Все же хорошо он меня знает.

— Конечно! — воскликнула я, но, посмотрев на братишку, осеклась.

— Принц Раймунд уже готовился ко сну и отпустил всех слуг, когда к нему в двери его покоев нагло постучали кулаком, — наблюдая за моей реакцией, начал Августин.

А я… я даже глаз не опустила. Вот еще! Мне не будет стыдно за то, чего я не помню.

— Его высочество открыл дверь и обнаружил за ней некую особу, — со вздохом продолжал братишка, — Которая с вопросом: 'Кого надо сделать настоящим мужчиной?' пыталась войти в апартаменты.

— Но я не могла попасть в проем, — припомнила этот момент. — Принц помог мне войти.

— Он признался, что опешил от такой наглости, — подтвердил братишка мои воспоминания. — А войдя, ты сразу прошла в спальню и начала раздеваться.

— А принц? — скрывая улыбку, уточнила я.

— Ну, — замялся Августин, — он все же мужчина, помог, конечно.

— А дальше? — признаться честно, этот момент волновал меня больше всего.

— Ты обнажилась и легла спать на кровать принца Раймунда и тут же уснула.

— Бедный принц! — искренне посочувствовала я.

— Конечно, он был обескуражен твоим поведением, — согласился Августин.

— Да я не об этом, — отмахнулась я. — Он же так и не стал

настоящим

мужчиной!

— Сестренка, тебе совсем не стыдно за свое поведение? Я ожидал увидеть хоть каплю раскаяния.

— Ни капельки, братишка! — нагло заявила я и уже не скрывала улыбку, представляя реакцию принца на свое появление.

А про себя подумала, что ко мне прикасались сегодня сразу два представителя королевской семьи: наследник и король. В монастыре все бы послушницы обзавидовались!

— Неправильная ты, — вздохнул братишка.

Что-то часто он это делает. Старее, что ли? Внешне незаметно. Или решил вдруг строгим братом побыть? Ну-ну!

— Мы больше не одни, — шепнул братишка и попытался отстраниться, но я не позволила.

— Сделай вид, что никого не заметил, увлечен беседой, — порекомендовала я. — Поприветствуем, когда подойдут.

— Но это… — попытался возразить братишка, но я шикнула на него и покрепче обняла.

Через минуту послышались шаги, а вскоре противным высоким голосом известили:

— Маркиз Тарский, я была лучшего мнения о вас!

Я даже обернулась на эту истеричку. Это чем же братишка мог огорчить эту нехорошую леди? Августин разомкнул объятия и встал. Мне не оставалось ничего, кроме как последовать за ним.

— Миледи, — поцеловав руку обладательнице противного голоса, невозмутимо поприветствовал ее Августин, — чем я вызвал ваш гнев?

— Милорд, разве ваше поведение оставляет место другим эмоциям? — уже жеманно возмущалась леди. — Вы на глазах у всех обнимаетесь с некой девицей.

Это я-то некая?! Я хотела уже высказаться, но Августин, будто почувствовав мой настрой, громче, чем полагалось, поприветствовал вторую гостью, что скрывалась за нескромными телесами первой.

— Леди Фаншетта, безумно счастлив видеть вас! — и не преминул поцеловать руку невесте, ведь это была именно она.

Лично мы не были знакомы, но братишка много рассказывал о своей нареченной, когда посещал меня в монастыре. И во многом не соврал. Фаншетта действительно обладала редкой внешностью: первоначально неприметная, обычная, при внимательном рассмотрении выдавала совершенство. И при этом невозможно выделить одно достоинство: глаза манят своей глубиной небесного цвета; пухлые, четко очерченные губы карминового цвета были идеальны; аспидно-черные волосы так и влекли прикоснуться к ним… В общем, Фаншетте повезло, что она невеста моего брата. Конкурировать нам не стоит. Жаль такую красоту расстраивать.

— Позвольте представить вам, миледи, и вам, леди Фаншетта, — пока я рассматривала нареченную брата, Августин распевал соловьем, — мою сестру, Александрин.

Миледи спала с лица. Еще бы, ее подозрения и обвинения беспочвенны, так еще и оскорбление нанесла дочери Целителей. Я взглянула еще раз на Фаншетту и поняла ее матушку. Такую красоту только в хорошие руки надо отдавать, и то жалко.

— Я рада наконец-то познакомится с нареченной своего брата, — с улыбкой ответила я.

После перекидывания бессмысленными, но весьма необходимыми, фразами, наша компания разделилась на пары. Августин наслаждался общением со своей невестой, я же прогуливалась с ее матушкой, что была вполне терпимой особой. Хотя повторного общения с ней я бы предпочла избежать.

— Леди Александрин, простите мне мою наглость, но почему ранее мы не были представлены? — спросила она, а мне так не хотелось прощать ее наглость.

— Я находилась в монастыре на служении у Одноликого, — выдала я полуправду.

— И что заставило столь юную особу посвятить себя служению Одноликому? — не успокаивалась она.

Родители? Что же еще может заставить бедную девушку спрятаться от общества? Но в этом я не признаюсь ни за что!

— У меня нет дара моего Рода, — придав как можно больше грусти голосу, ответила я.

— О, это так печально! — наигранно сочувствовала миледи.

О, Одноликий, она же не успокоится! И оказалась права.

— Почему же вы оставили служение?

— Родители так решили, — резче, чем хотела, ответила я.

Миледи оказалась понятливой, и более ни о чем не спрашивала. А, может, и вопросы кончились. Вместе с ней мы наблюдали за Августином и Фаншеттой. Миледи бдела, а я ждала, когда братишка посмотрит в нашу сторону, чтобы взглядом сообщить о своем нежелании продолжать общение с этой леди.

Вот, казалось бы, ничего она мне плохого не сделала, а я ее уже почти ненавижу. Она раздражает неимоверно. Как объяснить свою реакцию не знаю, просто какое-то внутреннее чутье говорит, что человек, стоящий рядом, как минимум недостоин моего внимания.

Мой молящий взгляд заметила Фаншетта, и, к моему удивлению, прогулка подошла к завершению. Все же хорошая будет жена у Августина. Одобряю!

— В конце концов, неприлично незамужней девушке не иметь камеристки! — доказывала мне матушка.

— У меня есть Жанна, — возражала я.

— Жанна слишком молода, чтобы быть камеристкой.

— Это еще почему? На мой взгляд, она справляется отлично.

— Куда ты собралась? — вдруг спросила матушка, наконец-то заметив, что я переодеваюсь в платье для выезда по делам.

Помогала мне, кстати, Жанна, что вела себя так, словно не о ней шел недавний спор. Умничка!

— К портному, — ответила я. — Вы же не посчитали нужным сообщить о завтрашнем маскараде, — с укором произнесла я.