Страшный Человек - Caged Hearts

— Ты будешь двигаться, или мы будем сидеть тут как два дурака? — недовольно поинтересовалась она.

— Нет, я просто хочу дать тебе возможность приспособиться, — объяснил я своё поведение.

Это было бессмысленно. Как нам вообще подобное в голову пришло?

— Не думаю, что к этому можно приспособиться, Хисао, — вздохнула бегунья. — Попробуй двигаться. Может, будет поприятнее?

Её голос был полон сомнений, но она точно не собиралась признавать поражение, учитывая то, как далеко мы зашли. Я начал медленно двигаться. Кажется, это сработало как для меня, так и для Эми, потому что она закрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться на этом новом ощущении.

Когда я нашёл ритм, то начал испытывать то знакомое ощущение исчезающего мира, которое у меня было вчера. Я закрыл глаза и попытался погрузиться в ощущения, но… Что-то тут было не так. Эми не издавал ни звука. Вчера я очень быстро понял, что в моменты наслаждения Эми не очень-то тихая.

Когда я открыл глаза, то увидел, что моя девушка пыталась расслабиться, но, похоже, это было не так-то просто. Её глаза были закрыты, она прикусила губу, и кажется, что она больше терпела, чем наслаждалась. Её вид будто бы говорил: «Что ж, это была неудачная затея, но, надеюсь, это скоро кончится».

Я оказался в непростой ситуации. По правде говоря, я не хотел останавливаться. Но в то же время весь процесс не доставлял Эми удовольствия. А если и доставлял, то дело продвигалось намного медленнее, чем у меня. Нехорошо. Я хотел, чтобы Эми тоже наслаждалась этим. Одной рукой я дотянулся до груди Эми, собираясь поласкать её. Она вздрогнула. От этого она сильно сжалась вокруг Хисао-младшего, вызывая волну удовольствия, которая фактически ослепила меня.

Мой вздох, кажется, позабавил чемпионку, но улыбка на её лице вскоре сменилась раскрытым ртом, когда я привычным движением опустил свободную руку и принялся нежно ласкать мягкий клочок волос между её ног. Движение моих бёдер усиливались по мере того, как моя рука помогала Эми, вызывая в ответ вздохи и взвизги, к которым я так привык. Я сконцентрировался только на ощущениях своих рук. Одна покрытая влагой и скользящая, вторая, на коже, нежная и отзывчивая. Эми вся покрылась мурашками, дрожала и потела, по мере приближения к кульминации. Она сжималась до тех пор, пока я не оказался не в состоянии больше…

Нетянемогубольше.

ОбожемойЭмиизвиниясейчас.

Я сделал финальный рывок, мои пальцы сжали сосок Эми, нырнули между её ног. Чемпионка выгнула спину, и по ней прошла дрожь. Высокий девичий крик эхом отразился от стен, и я почувствовал, как волна наслаждения отключает все остальные чувства в моём теле. Руки Эми подкосились, и она упала вперёд, довольно жёстко разъединив нас и выдернув из себя мою прелесть.

Неожиданная смена удовольствия болью заставила меня, потеряв равновесие, упасть поверх Эми.

— Аауу!

— Аауу.

Я немедленно слез с Эми и попытался подняться, тяжело дыша и стараясь не обращать внимания на боль в промежности.

Эми слегка взвизгнула, когда едва не упала. Она взяла пару салфеток, которые мы заранее положили рядом, и начала вытираться, прежде чем надеть трусики и облокотиться об стену. Всё ещё тяжело дыша, я ел рядом с ней. Прикосновение холодного бетона к вспотевшей спине было очень приятно.

— Это всё-таки больно! — раздосадовано выдохнула девушка.

— Да, я, эм…Это была не самая удачная идея, согласился я. Особенно окончание.

Эми, корчась, попыталась сесть рядом, стараясь избежать болезненных ощущений. Но, судя по её искажённому лицу, это выходило не очень хорошо.

— Да, надо будет перекинуться парой слов с капитаном. Он однозначно врал, — буркнула бегунья. Ага, а капитан у нас, всё-таки уке. Что ж, спиной к нему поворачиваться можно… наверное…

Ситуация стала настолько абсурдной, что я начал смеяться. Эми покачала головой и начал смеяться вместе со мной.

— Эй, Хисао.

— Да?

— Мы ведь никогда больше не будем этого делать, да? — очень настойчиво спросила моя девушка.

— Да, полагаю, моё любопытство удовлетворено, — согласился я. Хотя идея-то изначально была не моя.

Эми довольно кивнула.

— Хорошо. Думаю, нам хватит и того, что было раньше, как считаешь? Просто для меня почти всё это в новинку.

— Постой… как это — «почти»? — вскинулся я. И что это «всё»?

Она ехидно улыбнулась.

— А вот не скажу.

Мне в голову пришла одна неприятная мысль. Но ещё неприятней была следующая за ней мысль о том, что придётся спросить это у Эми. Хотя учитывая, через что мы сейчас прошли, это будет проще простого.

— Слушай, здесь есть раковина? Мне бы, ээ… помыться слегка, — отводя глаза в сторону пробормотал я.

У Эми буквально отвалилась челюсть.

— В раковине? — переспросила она с выражением ужаса на лице и с надеждой в глазах, что с моей стороны это была всего лишь глупая шутка.

— Ну, больше здесь всё равно негде, так? А я… хочу смыть этот запах. А то фельдшер заметит, — мрачно пояснил я.

Это самый ужасный и неловкий диалог, в котором я когда-либо участвовал.

— Ты прав. Ну, она там, эээ…. У во-о-он той стены. Мыло, кажется, тоже есть.

— Спасибо.

Мыла там был всего маленький кусочек, но это лучше, чем ничего. А вот полотенца не наблюдалось от слова совсем. Похоже, придётся сохнуть так.

— Ты всё? — подала голос девушка, всё это время старательно не смотревшая в мою сторону. Ох, хоть бы не слишком низко пасть в её глазах после этого.

— Да, пока и так сойдёт. Но после похода к фельдшеру всё равно в душ схожу.

— Вот и славно. А теперь помоги мне найти мою одежду. Ты всё раскидал не пойми куда, — мягко упрекнула меня спортсменка.

— А сама-то! Как по-твоему мне быть с этой дыркой у меня в рубашке, а? — не остался в долгу я.

— Хе-хе, прости. Я слегка разошлась, когда…

Немного погодя, нам удалось одеться. В какой-то момент мы оба поняли, что кресло исчезло в неизвестном направлении, но потом я вспомнил, как оно выкатилось за дверь, и привёз его обратно.

— В этот раз постарайся осторожнее проехать через дверь, пожалуйста. Мне сейчас всякие толчки удовольствия не прибавят, — предупредила меня Эми.

— Я вообще жалею, что мы всё это затеяли.

Она с улыбкой пожала плечами.

— Ну, попытка не пытка, так ведь? И вообще, это было хорошим упражнением, правда?

С этим трудно было поспорить, но можно. Для кого-то это чуть не обернулось пыткой. Не так ли?

По мере того, как мы подходили к кабинету фельдшера, я заметил, что Эми всё чаще начала беспокойно ёрзать в кресле.