Весна, которой нам не хватит - Ефимия Летова

- Не хочу.

- Пожалуйста. Не заставляй меня тебя заставить. Дик…

Снова проваливаюсь в сон – или просто теряю сознание на пару минут или пару часов. Прихожу в себя. Аннет всё ещё спит, её глаза плотно сомкнуты, чёрные ресницы подрагивают на щеках, впрочем, нет, мне это только кажется из-за сияния свечей.

Дверь открывается. В дверь просовывается круглая голова коротко стриженного, веснушчатого и лопоухого мальчика. Круглые глаза смотрят доброжелательно, хотя и несколько рассеянно, губы раздвигаются в улыбке, так, что можно без труда разглядеть крупные белые зубы,торчащие, как у кролика.

Парнишка улыбается и радостно машет ладонью с короткими пухлыми пальцами.

- Риш… – голос Леа срывается, но она повторяет громче. – Риш, зайди в комнату.

Мальчик, неестественно крупный и неуклюжий, протискивается в комнату, всё ещё улыбаясь, а Леа, взрослая Леа, подходит к своему ожившему воспоминанию и говорит, даже не пытаясь вытереть катящиеся по щекам слёзы:

- Не ходи в подвал! Тьериш, иди к маме! Не ходи в подвал, нельзя, там опасно, не ходи, не ходи, не ходи…

Глава 36. "Помоги, Тридцать первый!"

Двадцать второе мая. Понедельник. Восемь утра.

Предэкзаменационная консультация по лайгону назначена на десять, но все почему-то уже собрались, и меня с собой прихватили. Возможно, время изменилось, а я и не знала – только что приехала от родителей, не выспалась и плохо соображала. Даже сумку дорожную прихватила, хотя зачем мне с нею таскаться?..

Впрочем, судя по недоумённому лицу Эймери, просматривавшему какие-то бумаги – в Колледж он всегда приходил очень рано – он тоже не понимал, в чём дело.

- Мальёк Флотарис! – выкрикнула тоненько Олви, тряхнув серебристой копной. – У нас к вам разговор. Не по поводу экзамена… Уделите нам пять минут, пожалуйста.

Эймери посторонился и пропустил в аудиторию нашу смешанную заспанную и встрёпанную компанию.

- Мальёк Флотарис, – продолжила Олви. – У нас пропала наша соседка. Делайн. Директриса Лестор сказала, что она отчислилась по неизвестным причинам… Но мы узнали, что это неправда.

Мысленно я прокляла болтливость Аннет и нерасторопность Леа, по некоей причине за целые сутки не заткнувшей никому рот, но было уже поздно. Вероятно, и Леа руководствовалась теми же аргументами. Новость попала в студенческие ряды и расползлась по Колледжу, как КИЛ, так и КБД.

На консультации нас было десять человек, мы записались все вместе: и мальчики, и девочки, кроме меня и моих пяти соседок по комнате – Аннет, Лажен, Дик и Сайтон. Должен был, кажется, прийти и Армаль, но его почему-то не было. Впрочем, Армаль достаточно умён, чтобы не ввязываться в сомнительные мероприятия.

Я взглянула на всех присутствующих по очереди. В воскресенье меня не было в КИЛ… но остальные были. Успели обменяться информацией и сговориться. Пришли вот на консультацию на два часа раньше. Четверо моих скверных – понурые донельзя. Пятёрка благих – воинственно.

- Это неправда, – подтвердил Сайтон. – Мальёк Флотарис… помогите нам. Нужно что-то сделать!

- Нам сказали, что она была скверная, – непривычно тихо для себя произнесла Беренес. – Но это чушь какая-то! Она была… хорошая. Весёлая.

- Умная, – добавила Олви, как будто это что-то меняло.

- Даже если у неё был скверный дар, – тоже тихо откликнулась Мардж. – Она не сделала нам ничего плохого! Никому.

- Можно что-то сделать?

- Подписать петицию? Как-то обратиться от лица всего Колледжа? Скажите нам, вы же преподаватель, – выступила раскрасневшаяся Мардж.

- Вы же… вы же понимающий. Остальные только мораль читают, но вы…

Аннет промолчала.

И четвёрка моих скверных молчала тоже.

И я.

Эймери посмотрел на меня поверх их голов. Его лицо было измученным и бледным, а я подумала, в тысячный раз подумала, как мало осталось времени, и грохот внутренних часов заглушал встревоженные голоса моих однокурсников и однокурсниц.

Делайн было бы приятно знать, что все её… что не всем было всё равно. Хотя изменить для неё мы ничего не сможем.

- Закройте дверь, малье Флорис, – вдруг сказал Эймери, и у меня сердце ёкнуло. Но я ничего не сказала, повернулась и послушно повернула торчащий в замке ключ, потому что оказалась ближе всех к дверям.

- Мальёк Флотарис… – начала было Аннет, но он оборвал её одним жестом. Уставился в стену, и я видела, как побелели его сжатые пальцы.

- Делайн действительно больше не будет здесь учиться. Её арестовали по подозрению в наличие неподотчётного скверного дара и… в убийстве мальи Чайти.

Шёпоток пробежал по аудитории, как волна.

- Да, я тоже считаю, что в последнем она не виновата, но сейчас это не имеет значения. Никто ничего уже сделать не сможет. Успокойтесь, и давайте вернёмся к насущным проблемам. Консультация. До которой чуть менее двух часов…

- Что вы… – начала было Мардж, но в этот момент раздался стук в дверь: уверенный, чёткий и громкий.

Я посмотрела на Эймери. Что-то было не так. Возможно, он и не знал, что именно, но чувствовал так же, как и я.

- Прячьтесь. Живо, – шепнул Эймери одними губами, и я нырнула под один из столов, просто подавая пример остальным.

Они последовали за мной молниеносно – стадный инстинкт сработал.

Щёлкнул замок. Мне отчаянно хотелось высунуться, и я укусила себя за ладонь.

- Почему вы заперли дверь? – холодный голос директрисы Лестор рассыпался по аудитории.

- Хотел вздремнуть перед консультацией, – равнодушно и чуточку лениво произнёс Эймери. – В чём дело?

- Сюда едут агенты из отдела контроля за скверной, – она так и сказала "за скверной", а не за "скверными".

- Зачем?

- У них есть предположения в адрес некоторых студентов.

- Предположения?

- Не стройте из себя идиота.

Наступила тишина. Я вдруг подумала, что кто-то из сидящих под столами неприменно сейчас чихнёт, возможно, это даже буду я. Нос зачесался.

- Ваша задача, – директриса продолжала говорить мерно, холодно, – просто начать вовремя занятие. Как всегда. После этого ваша, так сказать, миссия здесь будет завершена.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Вы уверены?

- В чём уверена я, не имеет значения.

- Не стройте из себя идиотку, – предельно вежливо, но и предельно отчётливо ответил Эймери.

Молчание.

- Я сказала, а вы меня услышали, – голосом директрисы можно было резать масло. – Ваше хамство сейчас неуместно. Достаточно уже того, что вы обманули оказанное