Ларисса Айон - Смертоносный всадник (ЛП)

Клееночная простыня заскрипела под Реган, когда девушка вновь опустилась на матрас.

– У кого-нибудь из вас есть дети?

Реган не знала, зачем спросила, разве что она хотела отвлечься от пугающих мыслей, и не думать, сколько всего может пойти не так.

Тень опустил чашку, чтобы Реган смогла достать кубик льда.

– У меня три мальчика. Тройняшки. Им два года.

– Трое? – Господи всемогущий, рожать одного – просто ужасно, но троих? Да попасть под поезд менее болезненно. Реган положила лед в рот и почти застонала от блаженства, когда вода забрала сухость.

– А у тебя, Владлена?

Владлена показала головой.

– Я только недавно вышла замуж. Пройдет много времени, прежде, чем мой супруг и я решимся на усыновление. Мой муж вампир, – объяснила она.

Точно… вампиры не могут производить потомство. То есть забеременеть от них нельзя. Реган выгнула брови и спросила:

– А как на счет вас, доктор?

– Тэйла родила здорового мальчика шесть месяцев назад, – улыбка Призрака была немного грустной. – Надеюсь, расти он будет в достойном мире.

– Я тоже на это надеюсь, – пробормотала Реган.

Призрак полез в свою медицинскую сумку.

– Реган, я снова попробую прослушать утробу. В прошлый раз получилось не очень хорошо, но я надеюсь уловить сердцебиение младенца до того, как меня швырнет через комнату.

Только она хотела сказать ему, чтоб он начинал, когда адская боль взорвалась в её животе. Реган резко села, закричав от боли. Ощущение было такое, словно её резали бензопилой. Сердце бешено колотилось, отдавалось пульсацией в горле, перекрывая доступ воздуха, останавливая остальные крики. В прошлом Реган кусали, разрывали когтями, резали ножом, почти выпотрошили, но ничто, Боже правый, ничто не приносило такой боли как та, которую она переживала сейчас.

Дыша с трудом, словно рыба, выброшенная на сушу, Реган опять упала на кровать, сминая простыни в кулаках и упираясь пятками в матрас, таким образом пытаясь убежать от боли.

Призрак и Тень что-то спрашивали, но она не могла ответить на вопросы. Прямо сейчас, Реган даже не понимала, чего они от неё хотят.

Танатос ворвался в комнату.

– Что стряслось? – В тот же миг он оказался рядом с ней, взял за руку и обхватил ладонью щеку.

Реган не была уверенна, ответил ли кто-нибудь Тану. Боль пронзила её вновь, но на этот раз к ней присоединился поток теплой влаги, хлынувший у Реган между бедер. Девушка услышала множество нецензурной лексики и медицинских терминов, почувствовала, как с помощью полотенец пытаются остановить кровь.

А затем появилось головокружение. И холод. Ей было так холодно. Голос Танатос послышался откуда-то издалека, зовя её по имени, но Реган не могла ответить. Во рту всё пересохло, а может она просто не могла разлепить губы

Ещё одна вспышка боли пронеслась телом Реган, выворачивая её мир наизнанку, на этот раз приступ длился дольше, чем хватило сил кричать. А затем наступила блаженная тьма.

Редактор и переводчик: navaprecious

Глава 36

Никогда в жизни Танатос не был так напуган.

– Призрак? Что случилось? Она потеряла сознание. – И повсюду была кровь. Так много крови.

– Танатос, проверь пульс.

Тан прижал два пальца к горлу Реган – его сердце стучало так же сильно как и ее.

– Сильный. Бешено сильный. Это же хорошо, верно?

– Блять! – Из-за неспособности сделать ничего, кроме как менять мокрые полотенца на сухие, Призрак показал свой нрав. Его обычно карие глаза, сейчас пылали золотым. – Не хорошо. Ее тело пытается компенсировать потерю крови. Думаю, у нее разрыв матки.

Слово "разрыв" хорошим быть не может.

– Что это значит?

– Это значит, что она истекает кровью, а я ни черта сделать не могу. – Призрак снова выругался. – Ребенок защищает ее, и как бы иронично это не звучало, его рождение убьет Реган.

– Нет. – Танатос вскочил на ноги. – Ты должен что-то сделать. Реган говорила, что ублюдки из Эгиды собирались вырезать его. Они нашли способ…

– Если они и нашли способ, то с помощью злой магии, – прервал его Призрак. – Даже если бы у нас было время выяснить их планы, предпринимать что-либо слишком опасно.

– Тогда позволь мне сделать хоть что-нибудь. Пожалуйста.

– Можешь следить за ее пульсом и дыханием. – Призрак бросил промокшее полотенце на пол и мрачно взглянул. – И если случится худшее…

Внутри Тана все похолодело.

– Не говори этого, Док. Не надо.

Призрак все ровно произнес это, ублюдок.

– Тебе придется сделать Кесарево сечение и чертовски сильно надеяться, что она не проснется.

Мысли Танатоса бешено завертелись. Должен же кто-то помочь.

– У вас в ЦБП есть дневальник. Приведи его.

– Блядь, не вешай мне лапшу на уши! Я узнаю дневного вампира с первого взгляда. – Призрак схватил еще больше полотенец. – Клянусь тебе, Всадник, среди моего персонала дневальников нет.

Дерьмо. Ладно, подождите… Ривер был врачом в ЦБП прежде чем вновь обрел свои крылья. Он вернулся из Небесного Хранилища за долю секунды до того, как Реган закричала.

Тан не стал тратить время. Бросился в гостиную.

– Ривер, поторопись.

Уже вдвоем они вернулись в спальню, где в лицо Тану ударил запах крови.

За века своей жизни он научился не замечать этого запаха, но сейчас все было по-другому. Кровь, принадлежащая Реган, с тем же успехом могла вытекать из него.

Как только они оказались внутри, стало ясно, что Ривер ничего не сделает.

– Ривер? – голос Тана сломался. – Ну давай же, она умирает.

– Я не могу к ней прикоснуться.

– Не можешь, – выплюнул он, – или ни станешь. – В это мгновение Тану было плевать на правила Наблюдателей, пророчества и богом проклятые законы, заставляющие крутится эту планету. Он хотел… нуждался… в том, чтобы Реган выжила.

– И то и другое. Поскольку я занимаю пост Наблюдателя – мне не положено помогать, но даже рискни я нарушить правила, это всё равно бы не помогло. Как и Призрак я не могу установить с ней контакт.

– Я могу прикоснуться к ней.

Тан резко повернулся и увидел стоящую в дверях Гетель. Никогда в жизни Танатос не был так рад видеть свою бывшую Наблюдательницу.

– Как?

– Я Ангел, – просто ответила она. – Только Наблюдателям запрещено к ней прикасаться. – Она скользнула к кровати и прижала руку к животу Реган. – С ребенком все в порядке. – Гетель опустилась на кровать и подняла Реган на руки, словно собиралась убаюкать ее. – Бедняжка. Люди так слабы.