Елена Грушковская - Печальный Лорд

— Идите сюда!

Элихио стал отказываться:

— Нет, я ими никогда не пользуюсь… Боюсь упасть. Пешком как-то надёжнее…

— А вы не бойтесь, — убеждал Муирхаль. — Я не дам вам упасть, будьте спокойны. Ну же, идите ко мне!

Элихио, опершись на поданную ему Муирхалем руку, боязливо поставил ногу на платформу, схватился за поручень и поставил вторую ногу. Он почувствовал себя в относительной безопасности только после того, как сильная рука Муирхаля обхватила его за талию.

— Всё хорошо, не бойтесь, мы не упадём, — успокоил его Муирхаль.

Пошире расставив ноги для равновесия, он вытянул и изогнул поручень со своей стороны, так что тот превратился в страховочное полукольцо.

— Сделайте так же, — сказал он Элихио.

Элихио сделал то же самое, и поручень окружил их со всех сторон. Впереди посередине поручня был руль, и Муирхаль показал, как управлять платформой.

— Это просто. Поворачиваете руль вправо — платформа двигается вправо, хотите свернуть налево — соответственно, поверните руль в левую сторону. Чтобы подняться вверх, нужно плавно потянуть руль на себя, а чтобы опуститься вниз — надавить от себя. Вот и всё, ничего сложного. Никуда вы не упадёте, поручень вас страхует. Но если вам так спокойнее, я тоже буду вас страховать.

Одной рукой управляя платформой, другой Муирхаль обнимал Элихио за талию, и они медленно плыли над пропастью улицы вдоль пешеходной зоны. У Элихио слегка замирало сердце и бежал холодок по телу, и он старался не смотреть вниз.

— Да не бойтесь вы так, — улыбнулся Муирхаль.

— А если платформа накренится? — спросил Элихио с опаской.

— Она двигается только в двух плоскостях, горизонтальной и вертикальной, — ответил Муирхаль. — Наклоняться она не может.

Они проехали на платформе два квартала прямо, потом свернули налево и проехали ещё полквартала, и Муирхаль «пришвартовал» платформу к краю пешеходной зоны. У Элихио ещё немного подкашивались колени, и он ступал не очень уверенно даже по привычной, неподвижной поверхности пешеходной зоны.

— Ну, а теперь-то с вами что? — засмеялся Муирхаль. — Мы ведь уже не на платформе.

— Не знаю, — пробормотал Элихио. — Можно опереться на вашу руку?

— Пожалуйста, — сказал Муирхаль. — Да мы, кстати, уже пришли.

Над дверью кафе горела оранжевая вывеска «У Ринни и Олли». Оно было небольшое, но внутри было чисто и уютно, столики стояли в три ряда, и каждый из них заключался в невысокую полукабинку, стенки которой скрывали сидящего человека. Над каждым столиком парил шарообразный маленький светильник, и только за тремя в этот ранний час сидели посетители. За стойкой на высоком стуле сидел человек неопределённого возраста, в атласной голубой жилетке и белом шейном платке, с редкими, гладко зачёсанными волосами, собранными в жиденький хвостик на затылке. Он занимался какими-то подсчётами, а рядом за стойкой скучал молодой официант, в котором Элихио по детскому, небесно-чистому взгляду определил клона с Мантубы.

— Привет, Олли, — сказал Муирхаль человеку в шейном платке.

— А, Муирхаль, здравствуй, — улыбнулся тот, сверкнув фарфоровой белизной идеально ровных зубов. — Только я Ринни. Мы с Олли поменялись: теперь я работаю в ночную смену, а он — в дневную, а не наоборот.

— Никак не могу научиться распознавать, кто из вас кто, — засмеялся Муирхаль. — Да вы ещё и меняетесь сменами. Только я успею привыкнуть, что ночью работает Олли, а днём Ринни, как у вас уже всё наоборот. Вы бы хоть нагрудные значки носили с именами!

— Думаю, так и нужно сделать, — согласился Ринни, с любопытством поглядывая на Элихио. — А кто этот симпатичный юноша с тобой?

— Это Элихио, сын доктора Кройца, — ответил Муирхаль.

— Так у доктора Кройца сына вроде зовут Иниго, если мне не изменяет память, — недоуменно нахмурился Ринни.

— Это другой его сын, — пояснил Муирхаль. — Я сам только сегодня его впервые увидел.

— А, в таком случае очень приятно познакомиться, — поклонился Ринни. — Позвольте представиться: Ринаттио Арамхарт, хозяин этого кафе… Собственно, мы с моим братом оба являемся владельцами этого скромного заведения. Олгардин сменит меня через полчаса, и вы его тоже увидите. Он выглядит в точности так же, как я. Как, кстати, поживает наш уважаемый доктор Кройц? Мы что-то уже неделю его не видели.

— Сегодня ночью я увёз Азахеля в больницу, Ринни, — невесело сообщил Муирхаль.

— Да ты что! — ахнул хозяин. — Доктор Кройц заболел! А что с ним такое?

— Подскочило давление. Он был на волосок от инфаркта, равно как и от инсульта.

Ринни слез со своего стула и оказался весьма невысокого роста. Глядя на Муирхаля и Элихио снизу вверх, он сокрушённо покачал головой.

— Ай-ай-ай… Прискорбно слышать такие новости! И что же, какие прогнозы?

— Разумеется, его вернут в строй, — сказал Муирхаль, скорее даже не для Ринни, а для Элихио. — Проведут полную чистку организма, в особенности сосудов, восстановят сосудистую стенку, также приведут в порядок сердечную мышцу — и он будет как новенький.

— Очень на это надеюсь, — сказал Ринни. — Когда будете у него в больнице — передавайте ему привет от нас. Мы желаем ему скорейшего выздоровления.

— Спасибо, Ринни, мы передадим, — кивнул Муирхаль. — Но довольно разговоров, ибо мы пришли утолить голод.

— Ну разумеется! — с готовностью отозвался Ринни. — Сегодня у нас в меню твой любимый салат с мясом кранки и трубочки с паштетом. Поджаристые, хрустящие! А ещё омлет из яиц сифруги (1) с начинкой из макдуниса (2) с зеленью и соусом кабури!

— Хватит дразнить, — оборвал его Муирхаль. — Звуком названий блюд сыт не будешь. Давай сюда всё! Мне и Элихио.

— Будет сделано! — ответил Ринни. — Что берёте из напитков?

Муирхаль подумал и спросил:

— Есть у тебя маиль?

— Самый лучший, золотой, — ответил Ринни. — Сколько?

— Одну кауву (3), на двоих.

Элихио сказал:

— А можно мне чашку горячего асаля?

— Разумеется, — ответил Ринни, записав. — Это всё?

— Пока — да, — сказал Муирхаль.

Они сели за столик. Через пять минут официант принёс заказ: два салата с мясом кранки, две порции трубочек с паштетом и два омлета, чашку обжигающего асаля, маленький графинчик с золотистой жидкостью и две ликёрные рюмки. Элихио слегка забеспокоился: хватит ли ему денег, чтобы оплатить свою половину счёта? Во всём, что касалось денег, отец учил его быть щепетильным и стараться не делать долгов; конечно, это был не фешенебельный ресторан, но блюд было заказано целых три, а ещё маиль, которого Элихио никогда не пробовал и о цене которого не имел никакого понятия. Слегка напряжённый, он приступил к салату. Муирхаль, также отправив в рот вилку салата, сказал: